Война темной славы - Стэкпол Майкл А. - Страница 48

Я один раз сильно дернул цепь, и вся ее масса загремела, ударяясь о подбородок существа. «Пожалуй, теперь мне пора».

Сулланкири развернулся внутри намотанной на него цепи, потом протянул руку к своему раненому предплечью. Цепь слегка натянулась, и меня снесло на поручень полубака. Я ослабил цепь, пропустив между пальцами еще некоторое количество ее звеньев, не давая ей стащить меня вниз, на палубу. Существо улыбнулось и снова подергало за цепь.

Я кивнул, проскользнул через поручень и спрыгнул на палубу, оказавшись в тени полубака. Цепи от обеих кошек лежали горой у моих ног. Позади Темного Наемника я видел Ли — он полз по палубе и тянулся правой рукой к эфесу Теммера. Только Ли с его мечом мог уничтожить это существо — я в этом был уверен, но не знал, как долго Ли будет приходить в себя.

Я просто должен был выиграть для него время. Я упал на одно колено, подгреб кошкой, которую держал в другой руке, звенья первой цепи и потом якорную цепь. Взмахнул правой рукой, сорвав тормоз с брашпиля, и бросил свое тело вперед кувырком через вертящиеся цепи. Под тяжестью якоря цепи вылетели из небольшого отверстия, подтянув провисшую цепь, которую я намотал на сулланкири.

Какой-то миг мне казалось, что моя тактика удачна. Под натяжением цепи отошло правое предплечье сулланкири, и кровь из раны в нем потекла еще сильнее. Темный Наемник, шатаясь, сделал два шага к носу. Я откатился налево, чтобы он на меня не наступил, но создание Кайтрин сгорбилось, согнуло свои мощные ноги и уперлось пятками в палубу. Под его пятками настил палубы искрошился в желтые древесные стружки, пока он, перекинув цепь через правое плечо, тянул тяжесть назад; потом он развернулся и потянул ее снова к центру корабля.

И, развернувшись, он оказался лицом к лицу с Ли.

Ли, держа Теммера обеими руками, разрубил ему левое колено поперек. При падении отсеченной конечности палуба вздрогнула и ее настил треснул. Из обрубка выливалась пульсирующая огненная струя, от нее загоралась деревянная палуба и воспламенялись трупы бормокинов. Под тяжестью якоря потерявшая равновесие фигура не могла устоять на оставшейся целой ноге. Сулланкири шлепнулся на спину, якорь волоком тащил его к вельсам, багровое пламя тянулось за ним. Ли прыгнул сквозь струйки огня, в полете поднимая меч кверху. Он пронесся по воздуху, в золотом сиянии с пурпурными бликами, напоминая статую какого-то героя в храме Кедина. Он изо всех сил вогнал Теммера вертикально вниз, в грудь монстра. Клинок, сопровождаемый багровыми языками пламени, вошел по самый эфес и пригвоздил сулланкири к палубе.

Ли испустил победный крик, встав коленом на грудь монстра. В золотом сиянии и багровых отблесках огня его лицо казалось маской воинской ярости. Одного выражения его лица хватило бы, чтобы полдюжины бормокинов нырнули за борт. Дерзко смеясь, он поднял вверх кулаки в знак победы.

И при этом выпустил из рук меч.

Зашатался, рухнул на левый бок и свалился мне на руки.

Глава 24

Я опустил Ли на палубу, вытащил свой меч и рассек надвое первого же бормокина, который прыгнул ко мне, перескочив через тело сулланкири. Он отлетел налево, скорчившись и держась за рассеченный живот, ударился о стенку полубака и осел на палубу. Матросская секира раздробила голову следующего, и через стену бормокинов ко мне пробился Ней. Бок о бок мы отражали их атаки, защищая Ли.

Смерть сулланкири охладила боевой пыл многих бормокинов. На нас нападали немногие, но даже они постарались скрыться в свои суденышки, потеряв опору. Мы сбросили за борт их кошки, с радостью дав им уйти, и расхохотались, когда кто-то выпустил стрелу из арбалета: стрела пробила борт, и вода гейзером ворвалась в их судно.

Тут над нами с грохотом столкнулись черные штормовые тучи и полил пронизывающий до костей дождь. Гремел гром, ходуном ходила палуба корабля. Завывающий ветер нес на нас полосы дождя, смывавшие кровь с палуб. В этом было и еще одно преимущество: дождь потушил огонь на горящих участках палубы.

Натиск погоды был и неожиданным, и грозным, и у лорда Норрингтона не оставалось выбора: он приказал флотилии укрыться в портовом городе, где нас ждали торговцы. На бриг он отправил особую команду, велев захватить корабль авроланов и вести его вслед за нами. Мы захватили еще несколько вражеских кораблей, в том числе две галеры. Несколько наших галер тащили за собой на буксире суденышки.

Мы направлялись в город Мирвосток, подгоняемые ветром. Мы обогнули небольшой мыс и вошли в узкий залив, в который впадала небольшая речка. Шторм все еще продолжался, но тут, в гавани, вода была гораздо спокойнее. Мелкие рыболовецкие суда немедленно устремились к нам и проводили нас в безопасные места для швартовки. Поскольку якорь «Непобедимого» был поврежден, мы пришвартовались к «Охотнику». Многие считали, что нам следует просто отрезать старый якорь и вместо него пользоваться мертвым сулланкири.

Оказавшись в порту, мы перетащили Ли в гостиницу, устроили ему горячую ванну, дали поесть супа и выпить немного эля. Мы с Неем не отходили от Ли, пока он не пришел в себя. К нему вернулся нормальный цвет лица, серая кожа немного порозовела. Несмотря на строгий приказ отца не вставать с кровати, Ли тепло оделся и отправился на «Непобедимый» за своим мечом, который так и торчал в теле сулланкири, как в соломе; засунул его на место — в ножны — и вернулся вместе с нами в гостиницу.

У себя в комнате он рухнул на постель, не раздеваясь. Ней стащил с него сапоги, и Ли забрался под шерстяное покрывало. Он подпихнул под себя подушки и кивком указал на Теммера, висевшего на поясе для меча на ближайшей стойке кровати:

— Хокинс, пожалуйста, подай его мне. — И похлопал ладонью по постели рядом с собой. Я положил клинок на указанное место.

Он опустил руку на меч и на секунду прикрыл глаза. По лицу его разлилось спокойствие.

— Спасибо, друг.

— Не за что.

Ли открыл глаза. Рукой он поглаживал эфес Теммера:

— Да, ты тоже молодец, Хокинс. Если бы не твое умение быстро шевелить мозгами, все оказалось бы намного труднее.

— Если бы не Хокинс, — нахмурился Ней, — ты бы вытек потоком из-под ступней Железного Принца.

— Неплохо сказано, — засмеялся Ли, — Но я довольно быстро успел схватить Теммера.

— Твое «быстро» мне показалось просто ленивым шевелением. Если бы Хокинс не накинул цепь на Резака, тебе пришел бы конец. И всем нам.

— Резак… — хлопал глазами Ли. — Да, это был Резак.

— Ты знаешь, как зовут сулланкири? — взглянул я на Нея. — Откуда?

— Мы, оружейники, все знаем, нам многое рассказывают. У короля Норива был больной сын по имени Резак. И вот король велел мастерам создать, ну, такой металлический футляр, что ли, для его сына, который сыграл бы для него такую же роль, что и меч для Ли. Но принцу не понравилось в этом футляре. Он только один раз его и надел. Футляр оставался в замке Норива, пока на них не напал Крикук. И младший праправнук Резака, тоже по имени Резак, решил воспользоваться Железным Принцем для защиты от орды авроланов. Сначала он сражался с ними, потом желание захватить власть возобладало, и он стал игрушкой Кайтрин. Он уничтожил братьев, уничтожил свой народ.

— Знаю я эту историю, — медленно кивнул Ли. — Но мне почему-то казалось, что я видел это во сне. Может, снилось, когда я спал с Теммером в руках.

Ней нахмурился в ответ на шутку Ли, потом пожал плечами:

— По крайней мере, мне кажется, что это он и был. А если я ошибаюсь, значит, здесь где-то бродит еще один такой.

Ли оживился:

— Давай его сюда. Я и с ним разделаюсь в два счета.

Обменявшись быстрым взглядом с Неем, я похлопал Ли по коленке:

— Лучше поспи. — Взглянув в окно за его спиной, я увидел, что дождь льет как из ведра. — Мы еще немного тут побудем.

Мы с Неем раздобыли себе поесть и отправились искать лорда Норрингтона. Нашли мы его в другой гостинице, в обществе принцев Августа и Скрейнвуда, с ними были еще и другие советники. Принц Скрейнвуд возражал против нашего присутствия, но лорд Норрингтон отверг его возражение: