Французская магия (СИ) - Бессарабов Николай "elSeverd" - Страница 216

— Привет! — единственный гриффиндорец во всем кафе помахал нам рукой. Дин Томас, сидевший рядом с закутанной в национальную одежду Падмой Патил, крепко пожал нам руки.

— Гарри, спасибо, — ухмыльнулся юноша, когда мы расселись за столом. — Снейп не сумел догнать Падму.

— Правда я ужасно испугалась, когда обнаружила, что подружки в комнате не видят меня, — улыбаясь своими слегка раскосыми глазами, Падма погрозила мне пальцем. — И только когда профессор Флитвик снял чары, я поняла, что это наверняка был ты.

Луна и Флер дружно рассмеялись.

— Не мог же я доставить Снейпу удовольствие снять баллы с моего факультета. — Я пожал плечами. — Если бы я успел на полминуты раньше, — я бы наложил чары и на Дина, но тут уж ничего не поделаешь. Снейп едва не снес меня по дороге, когда вылетел из-за угла.

— Я сначала не поверила своему счастью, — хихикнула Падма, — когда профессор пробежал мимо того коридора, куда я свернула. И только потом догадалась заглянуть в зеркало в своей комнате.

— Кстати, — Невилл с усмешкой посмотрел на меня. — Нам для занятий не помешала бы литература, которой нет в запретной секции, но наверняка есть в твоем особняке.

— Я не против, если книги не будут выносить за пределы Тайной комнаты. Я прикажу домовым эльфам поставить там стеллажи с книгами.

— Прекрасно, — Невилл отпил кофе, — Школьная программа Защиты уже пройдена всеми до конца седьмого курса, а более сложных книг в Запретной секции не так много, да и кто будет подписывать разрешение? Снейп?

— Он скорее удавится, — хмыкнул я. — Вряд ли он подписывает разрешения по Защите хоть кому-то кроме слизеринцев.

— Тогда к следующей субботе?

— Хорошо, давай тогда зайдем в библиотеку на следующей недели и отберем нужные тебе книги.

— Кстати, Гарри, — опять вступил в разговор Дин, — каким заклинанием ты так разделал Снейпа?

— Это было Дыхание хаоса, Дин, — я задумался, как сформулировать следующую фразу, но Невилл меня опередил.

— Это заклинание пока что не по плечу ни мне, ни кому-либо из членов нашего кружка, — усмехнулся Невилл. — Должен же Избранный быть Избранным.

— Иди ты, — Невилл сумел увернуться от моего тычка локтем и ехидно улыбнулся.

— Этому заклинанию меня научил аврор из Франции, — я с благодарностью взглянул на Невилла, смягчившего мой ответ. — Оно уже пару раз спасало мне жизнь. Хотя Темный лорд и Сириус могут заблокировать этот удар.

— Понятно, — Томас отвернулся к своей девушке, уже погрузившейся в беседу с Флер и Луной.

Выйдя из кафе, мы практически в упор столкнулись с директором и миссис Уизли, тут же устремившимися к нам навстречу. Невзирая на то, что в толпе учеников мне едва ли что-то угрожало, я ощутимо напрягся.

— Мистер Поттер, — Дамблдор смерил меня покровительственным взглядом. — У миссис Уизли есть к вами дело.

— Глава рода Поттеров готов выслушать вас, миссис Уизли, — в висках застучало, и я с трудом сдержал рычание при виде женщины, к которой относился когда-то почти как к матери.

— Гарри, ты должен, — начала было женщина, но я резко прервал её, ощутив на плечах руки Невилла и Флёр.

— Я должен только своим людям и своим друзьям, миссис Уизли. Для вас я лорд Поттер.

— Мистер Поттер, — вмешался директор, — вы слишком много значения придаете сословным предрассудкам ваших предков.

— Возможно, именно благодаря «сословным предрассудкам» вас лишили поста главы Визенгамота, директор Дамблдор, — зло усмехнулся я, — Но для подливавших мне приворотное зелье и травивших зельем дружбы людей я — лорд Поттер. И вам придется это учитывать, директор.

— Травля ваших однокурсников зашла слишком далеко, — сменил тему директор. — Вы должны попросить других учеников снова принять Рональда и Джиневру.

— Интересно, почему вы не просите за Гермиону Грейнджер? — насмешливо спросил я. — Может быть, потому, что её семья принадлежит миру маглов и не может поддержать вас?

— О мисс Грейнджер я хотел бы поговорить позже, — с достоинством ответил директор. — А пока что вернемся к детями миссис Уизли.

— Директор Дамблдор, — поняв, что я сейчас сорвусь, вступил в разговор Невилл. — Я готов засвидетельствовать, что не желающие общаться с тремя предавшими Гарри людьми сделали свой выбор самостоятельно и без просьб с его стороны.

— Это неправда! — Лицо Молли Уизли покраснело от гнева. — Рон и Джинни всегда дружили с другими детьми!

— Ваш сын, миссис Уизли, — отчеканил Невилл, приосанившись, — предал человека, который не раз помогал вашей семье. А ваша дочь — подливала человеку, которому обязана жизнью, приворотное зелье. Любой ученик, хотя бы раз в жизни слышавший слово «честь», прекратил с ними всякие отношения.

— Мистер Лонгботтом! — сверкнул глазами Дамблдор. — Минус двадцать баллов с Гриффиндора за вашу грубость.

— Директор, — я презрительно цедил слова сквозь зубы. — Я позволю себе сообщить о вашем взыскании в Попечительский совет... приложив для доказательства воспоминание об этом... прискорбном эпизоде. Вы лишили факультет баллов за слова, не связанные с учебным процессом и не являющиеся нарушением школьных правил.

— Мистер Поттер, — директор сделал вид, что не услышал меня. — Вам необходимо прекратить это длящееся уже больше трех месяцев бойкотирование студентами Рональда и Джиневры.

— Я не сделаю это просто потому, директор, что не считаю нужным навязывать другим свою точку зрения. Все ученики сделали свой выбор, показав, как относятся к предателям. Кажется, именно так они вели себя во время Турнира, когда вы ни разу не поддержали меня и не стали защищать от издевательств со стороны всех четырех факультетов. Вы не помните, директор? Значки «Поттер-вонючка», всеобщая уверенность, что это я бросил в Кубок своё имя, интересные статьи Скитер в «Пророке»? Или ваша память удерживает в себе только то, что вы хотите помнить?

— Вы слишком озлоблены, мистер Поттер, — вздохнул Дамблдор. — Я поговорю с учениками сам, и каждый снятый с них балл будет на вашей совести.

— Каждый снятый с них балл будет на совести того, кто дал миссис Уизли книгу с рецептами зелий дружбы и привязанности, а также миссис Уизли, поскольку зелья сварила именно она. Не пытайтесь навязать мне ложное чувство вины, директор.

Резко развернувшись, я направился в сторону центра деревни, где когда-то развернулся бой между оборотнями и аврорами Аластора Грюма. Невилл и Луна последовали за мной, а Флер обогнала меня и сочувственно улыбнулась, пытаясь поймать мой взгляд.

— Ненавижу, — прошептал я. — Я уже начал забывать, что такое ненавидеть кого-то до глубины души. А сейчас я опять увидел эту женщину, и не знаю, что бы сделал, если бы не было людей вокруг.

— Контролируй своих мозгошмыгов, — переглянувшись, Луна и Флёр поцеловали меня с двух сторон в щеки. Невилл, невзирая на серьезность ситуации, ухмыльнулся.

Однако на этом неприятные встречи не закончились. Как только я снова начал улыбаться, осаждаемый с обоих сторон девушками, нашей компании попались навстречу четверо Уизли и Грейнджер. Близнецы, увидев выражение моего лица, быстро ухватили за плечи своего брата, и гриффиндорцы удалились.

Девушки, лукаво покосившись в нашу сторону, ускользнули в какой-то магазин одежды и прочих, загадочных для мужского разума, но невыносимо притягательных для женщин мелочей, а мы с Невиллом остались на улице. Закатив глаза и с легким раздражением взглянув на вывеску магазина, Лонгботтом потянул меня в сторону книжной лавки.

— Может, найду что-то для клуба, — ответил он в ответ на мой вопросительный взгляд. — В этом году пришло еще шестеро новичков, которых ты не застал. Они все полукровки из небогатых семей, так что дополнительную литературу придется им одолжить.

— К чему ты их готовишь? — я следом за другом зашел в магазин.

— Амбридж ушла, Снейп пришел, — отозвался Невилл, осматривая полку с разрешенными Министерством томами по боевой магии. — На его уроках только тебе можно сидеть и не беспокоиться о зачете, а им приходится до всего доходить самим, — без унижений и ругани Снейп новый материал не дает.