Французская магия (СИ) - Бессарабов Николай "elSeverd" - Страница 171

— Гарри мой! — выпалила Джинни, еще больше покраснев. — Он должен был жениться именно на мне! Он спас меня от василиска и...

— Вот именно, спас от василиска, а вы напоили его зельями! — Рявкнул Артур, хватив кулаком по столу. — Вам напомнить наш прошлый разговор на эту тему?!

— Хорошая статья, — протянул Сириус, помахивая газетным листком. — Редактор оправдал вложенные в него деньги.

— Что ты имеешь в виду? — Я несколько раз просмотрел коротенькую заметку. — Все написано именно так, как я рассказал в своем письме в редакцию.

— Все верно, Гарри, — насмешливо уточнил Сириус. — Но вот приписку в конце про Ремуса и его статус сделал именно редактор, и сделал, замечу, совершенно верно. Тем более, об этом я ему написал незадолго до тебя. Таким образом он снял вопрос о том, почему род Блеков решил нарушить установившееся за последние сто лет традиции браков между чистокровными. По крайней мере, вопросов такого рода не возникнет у рядовых волшебников, а аристократы, чье мнение для нас важно, либо видели Ремуса в бою, либо же находятся в лагере сторонников Вольдеморта, мнение которых нас не должно волновать.

— Вот ты про что... — С этой точки зрения Сириус был совершенно прав. — То есть таким образом, через мое интервью, род Блеков показывает, что планирует вернуться к политике периодического разбавления крови?

— Именно так. — Крестный удовлетворенно улыбнулся. — Это даже лучше, чем если бы давал отдельное интервью я сам. Тут просто изложен сложившийся факт, что в род Блеков скоро вольется новый человек. А все остальное уже не касается никого, кроме Блеков.

Мы оба засмеялись.

— Моему примеру готовы последовать многие семьи, в которых осталась всего лишь одна наследственная линия, — отсмеявшись, продолжил Сириус. — Сейчас ситуация позволяет такие виляния между законами последних полутора столетий. Министерство слишком слабо, чтобы в действительности наказать нарушивших декрет о запрете на принятие в род маглорожденных не через свадьбу, а через вассальные клятвы, а нам, в послевоенном будущем пойдет на пользу такое вливание свежей крови, поскольку, когда спохватятся остальные семьи, самые талантливые и сильные волшебники окажутся вассалами нашего альянса.

— Я начинаю тебя опасаться, крёстный, — я усмехнулся. — Ты опасный человек.

— Политика — грязное дело, — философски вздохнул Блек. — Съешь сам или тебя съедят. В данном случае пострадают только те семьи, которые до последнего будут придерживаться чистокровных принципов, сформировавшихся в двадцатом веке. Маглорожденные, принятые в сильные семьи, окажутся в выигрыше в любом случае, поскольку уже их потомки получат поддержку родовой магии, ну а Министерство проиграет при любом исходе дел.

Глава 46. Свадьба

По странной, но до сих пор сохранявшейся старинной традиции, женщины и мужчины рода Делакуров венчались в древней магловской церкви недалеко от Парижа. Под пристальными взглядами изображенных на стенах святых угодников собрались те, кого, возможно, называли бы «дьявольским отродьем» — несколько десятков волшебников и волшебниц, одетых в строгие костюмы, старинные платья, сюртуки и камзолы, но — только магловского образца.

В голове проскользнула мысль как-нибудь позже спросить о причине появления такой традиции у Жан-Клода, но быстро исчезла — меня все еще колотила нервная дрожь, не знаю уж почему.

Впрочем, собравшихся под сводами церкви волшебников не поразили молнии с небес, не обрушились старые стены, а значит, дьявольским отродьем мы не были совершенно точно.

По взаимной договоренности, обе наши свадьбы были простыми, без всякого выкупа и предварительных церемоний. Поэтому мы с Флер, невероятно красивой в своем предельно простом платье и минимуме украшений и Ремус с Нимфадорой очень быстро оказались перед алтарем, где святой отец в окружении нескольких помощников должен был провести обряд венчания.

Даже главный демаскирующий фактор — световые вспышки, обычно сопровождавший любую помолвку с заключением старинных клятв волшебников, на этот раз был не так опасен. Помимо старинной традиции, преимуществом именно этой церкви был тот факт, что последние двадцать лет службы вел старый сквиб, знавший о существовании волшебного мира.

Белоснежные высокие стены, украшенные множеством изображений религиозной тематики, в которых я был не силен, были ярко освещены множеством свечей.

— Гарольд Джеймс Поттер! — Низкий, хорошо поставленный бас полноватого пухлощекого священника прервал мои размышления. — Берешь ли ты в жены Флер Делакур?

— Да. — Слово, после которого возврата к прежней жизни уже не было, вырвалось легко и просто, внутри, вместо нервного напряжения, появилось чувство какой-то радости и нетерпеливого ожидания.

— Обещаешь ли ты перед лицом Господа нашего быть верным Флер Делакур, быть ее опорой, как в счастье так и в горе, в болезни и в здравии?

— Обещаю.

Священник сделал паузу, во время которой я успел громко произнести длинную фразу на латыни, запускавшую ритуал помолвки в магическом мире, обращение к родовой магии с просьбой соединить двух людей в качестве мужа и жены.

— Флер Делакур, — на удивление, священник оказался полностью неподвластен магии вейл и совершенно спокойно смотрел как на саму Флер, так и на Мари Делакур, сила которой заставляла многих гостей невольно сглатывать слюну. — Желаешь ли ты выйти замуж за Гарольда Джеймса Поттера?

— Да! — Звонкий, немного искаженный волнением голос Флер колокольчиком разнесся по старинному залу.

— Обещаешь ли ты перед лицом Господа нашего быть верной Гарольду Джеймсу Поттеру, быть его опорой, как в счастье, так и в горе, в болезни и в здравии?

— Обещаю!

Меня охватило ощущение совершенно непередаваемого счастья, когда исполняется мечта, которой так долго ждал.

— Обменяйтесь кольцами, дети мои, — карие глаза священника с радостью смотрели на нас, пока я взял с протянутой Сириусом подушечки перстень с гербом рода Поттеров и осторожно одел его на палец Флер. Вспыхнуло яркое сияние, и перстень, несколько уменьшившись в размере, плотно охватил тонкий пальчик.

Спустя несколько секунд на моей руке оказался тяжелый перстень, очень похожий на перстень главы рода, но с иным рисунком.

— Властью, данной мне Господом, объявляю вас мужем и женой.

Белоснежный свет охватил наши сплетенные руки, когда я, с последним словом священника поцеловал сияющую Флер. Флер Поттер. Мою жену.

Под радостные крики и аплодисменты собравшихся в церкви людей мы с Флер обменялись первым и самым сладким поцелуем и развернулись к гостям, принимая поздравления. Флер с блестящими глазами и бурно вздымающейся от волнения грудью показалась мне еще очаровательнее обычного.

— Крестник! — Медвежьи объятья Сириуса чуть не заставили захрустеть все кости, однако издевательства учителя над моим телом не прошли даром, и мы с Сириусом оказались равны по силам. Крестный с лукавой улыбкой поцеловал протянутую ему руку Флер и вручил нам свой подарок — старинного вида амулет для Флер и не менее древне выглядящую книгу, посоветовав не показывать ее кому попало, поскольку в талмуде содержались откровенно черные заклинания, давно и навсегда запрещенные Министерством.

Радостно пищащий тайфун чуть не сбил меня с ног, когда мне на шею бросилась довольная Габриель Делакур. Пожимая руку Жан-Клода, я поймал глазами Киарана — учитель с улыбкой отсалютовал мне палочкой, не став подходить ближе.

— Гарри, Флер, — одетый в костюм Ремус и невероятно красивая Нимфадора в свою очередь подошли к нам, а уже через несколько минут должна была наступить их очередь встать перед алтарем.

Пока девушки радостно обнимались и целовались, Ремус протянул мне изящный нож, по матово блестящей поверхности клинка которого бежали серебристые разводы дамасской стали, сплетаясь в причудливые узоры. Взвесив оружие в руке, я оценил качество работы, нож лежал в руке, как влитой, и мне захотелось опробовать его на следующей тренировке. Флер получила от будущей четы Блеков чеканный браслет, полыхавший от вложенной в него магии.