Увидеть меня (ЛП) - Любительский перевод - Страница 38

Подойдя ближе, папа всмотрелся в лицо Кэссиди. Он остановился, на мгновенье заколебавшись, прежде чем тронуться в сторону поля, сначала медленно, но сорвавшись на бег. Мы втроем пораженно смотрели ему в след. Никогда не видела, чтобы он двигался так быстро.

— Леон! — закричала мама. Мы втроем побежали за ним, а другие — следом.

Отец нагнал парней ровно перед тем, как те добрались до деревьев. Он схватил Рока за рубашку и дернул на себя так, чтобы они оказались лицом к лицу. Мышцы на папиных руках были напряжены от сдерживаемой ярости. Я даже представить себе не могла, что он настолько мощный.

— Папа, пожалуйста, — плакала Кэссиди.

Он сильно сжал руку Клури.

— Что ты сделал с моей дочерью?

Рот Рока приоткрылся, но из него не вылетело ни звука.

Испугавшись за Рока, я вмешалась:

— Они просто расстались, папа… между ними все кончено.

Папа продолжал сильно сжимать руку парня, глядя на Кэссиди, которая кивнула.

Мама положила ладонь ему на плечо.

— Отпусти его, любимый.

Папа зарычал на Рока, притянув его лицо вплотную к себе и сквозь сжатые зубы прошептал:

— Ты будешь держаться от нее подальше. Ты меня услышал? Не возвращайся сюда до конца лета, пока мы не окажемся на другом краю земли.

— Папа! — заплакала Кэссиди.

Рок сглотнул и кивнул, прохрипев:

— Да, сэр. Я ее больше не побеспокою.

— Хорошо. — Папа жестом показал, чтоб тот убирался.

Рядом с ним показался Броган, исподлобья глядящий на Клуриканцев, скрывающихся за деревьями. За нами собралась большая группа зевак. МакКайл встал рядом со мной и взял за руку.

Мы все смотрели на Кэссиди. Она издала приглушенный стон и, пробираясь через толпу, ринулась к деревне.

Папа выдохнул и потер лицо.

— Я прошу прощения, Броган.

— Все в порядке, сэр. Не могу винить вас за то, что вы погнались за тем ублюдком. Мы проследим за тем, чтобы они не возвращались.

— Спасибо.

Броган окинул МакКайла серьезным взглядом.

— Я забираю назад свои слова об их приглашении на церемонию бракосочетания. Понял?

— Да, папа.

Мы возвращались к полю в тишине. МакКайл не отпускал мою руку. Народ разбрелся по поляне, шушукаясь между собой.

— Думаю, пора идти отдыхать, — сказал папа.

— Я присоединюсь, — сказала мама. — Но сначала проведаю Кэсс.

Он кивнул:

— Скажи ей… скажи, что я люблю ее и мне жаль. Я не хотел выходить из себя, но, думается, в этой истории не все так просто. Черт, я даже знать ничего не хочу.

Я опустила взгляд в пол, когда папа уходил. Мое сердце гулко стучало. А тем временем мама повернулась к нам с МакКайлом.

— Робин, что твоя сестра с этим мальчишкой натворили?

МакКайл отвернулся. Я сглотнула и прошептала:

— Я… — Я опустила глаза.

Она прижала пальцы к вискам, выглядела она еще более измученной, нежели когда сообщала мне новость о генетических особенностях МакКайла.

— Не бери в голову. Я не хочу ничего слышать.

— О, Кэссиди Рене, — прошептала она в никуда. Ее глаза увлажнились. — Ну почему необходимо постигать все таким трудом?

Я сжала руку МакКайла, а затем отпустила.

— Ты иди. Увидимся утром.

Он оставил нас.

До моей комнаты мы с мамой дошли бок о бок. На ней явно сказывался стресс. Рыдания Кэссиди мы услышали задолго до того, как приблизились к дому. Меня пугали мысли о том, что могла задумать мама. Собиралась ли она кричать или читать нотации? Собиралась ли она назвать Кэсс глупой и заявить, как сильно в ней разочаровалась?

Но нет. Этой ночью мои родители были полны сюрпризов. Мама залезла прямо в кровать сестры и свернулась калачиком около Кэссиди. Она зашептала ей на ухо, убирая волосы с лица. Она так и продолжала, пока Кэссиди не успокоилась, икая каждую минуту. Я забралась в свою кровать, но не могла расслабиться, а минуты все бежали и бежали. Мама не уходила в свою комнату до тех пор, пока Кэссиди глубоко не уснула.

Я проснулась на следующее утро от легких толчков руки у меня на плече.

— Робин, — прошептала Кэсс.

Я села, сглотнув.

— Что такое?

— Я рано проснулась и не смогла уснуть снова. Чувствую, что должна поговорить с Ронаном о прошлой ночи.

— Кэсс. — Теперь я чувствовала себя куда как более проснувшейся. — Ты не забыла, что именно он сделал?

— Да, — помрачнела она. — Но, думаю, он просто пытался меня оттолкнуть, потому что знал, что я должна уехать. Думаю, он испугался.

Я смотрела в потолок, собираясь с мыслями.

— Может быть, и так, синичка, а может, дело в том, что он огромный эгоистичный придурок.

— Я так не думаю, — тихо сказала она. — Он был пьян вчера. Нужно поговорить с ним, пока он трезвый.

Есть у романтиков дурная черта — они сами разбивают себе сердца. Я бы хотела, чтобы она лучше берегла свое сердце, хотя и трудно винить ее доверчивую, влюбчивую натуру.

— Я попрошу МакКайла связаться с Роком сегодня, хорошо? Судя по прошлой ночи, наверное, тебе ходить за ним не стоит.

Она прикусила нижнюю губу.

— Ладно. Но ты должна буквально выбить из МакКайла, что же ему сказал Рок, и рассказать мне.

Я снова глубоко вздохнула.

— Договорились.

Она улыбнулась и подпрыгнула, начав копаться в своей сумке так, словно вчера не был худший день в ее жизни, будто папа не прогнал парня, которого она любит.

— Вчера ночью мама правда волновалась за тебя, — сказала я.

— Ох… ага. — Это замечание немного сбило с нее спесь. — Думаешь, у меня проблемы?

— Нет. Думаю, теперь мама волнуется за нас обеих.

— Пойду, поговорю с ней, — прикусила она губу. — Но, может, сначала я помогу тебе с животными?

— Конечно.

Глава 17

В тот вечер по пути к водопаду МакКайл держал меня за руку. Клан продолжал праздновать, но Мейсонам весь день было не до того. Я с благодарностью приняла предложение МакКайла насчет вечернего «свидания».

Когда мы достигли журчащего ручья, первое, что я сделала, — осмотрелась вокруг в поисках карликов. Я пришла в купальнике, но не была против испытать свои борцовские навыки, если кто-то осмелится достать нас сегодня.

Мы шли по болотистому, влажному берегу к подножью водопада, где ручей расширялся. Когда мы остановились и посмотрели друг на друга, нас одолела застенчивость, и мы рассмеялись.

— Полагаю, плавок у тебя нет, верно? — спросила я у него и указала на свои шорты.

— Неа. Мы с ребятами плаваем без одежды.

— Ох. — Жар защипал щеки, и я откашлялась.

— Но сегодня я их надел.

Я кивнула, глядя вниз на жижу под ногами.

— Ладно. У меня под одеждой купальник. Он предназначен для купания. Это так, на случай, если ты не догадался из названия.

Уф, чертов неловкий лепет!

Мы переглянулись, прежде чем потянуться к футболкам и снять их. Он сбросил тунику и потер руками плоский живот при виде моего танкини цвета фуксии. Мое сердце забилось неимоверно быстро, когда я наклонилась, снимая шорты. Замедлить пульс мне так и не удалось, потому что горячий взгляд его ореховых глаз ни на секунду не отрывался от меня. Стало тяжело дышать, я не знала, куда девать руки.

— Ты в порядке?

— Нервничаю.

— Да уж. Но все будет в порядке.

Его голос потряс меня. Черт, если я нервничала из-за купания с ним, даже не представляю, что будет со мной через три ночи. Нужно успокоиться. Легкий мандраж был вполне естественным, но из-за него я чувствовала себя слабой.

— Я никогда не видел такого материала. Можно?

Я кивнула, и он потянулся к верхней части танкини, где она соединялась со средней. Тыльной стороной пальцев он пробежался по моему животу, и во мне снова вспыхнул жар. Двумя руками он потянул ткань, чтобы увидеть насколько она эластичная. Я четко видела в нем сапожника, увлекшегося этим изобретением и представляющего, как бы он мог его использовать для ног фей.

Когда он закончил осматривать мой купальник, я взяла его за руку. Вместе мы погрузились в воду около водопада. Она была холоднее, чем я думала, наверное, из-за недавнего дождя. Я зашипела и приподнялась на носочки. МакКайл отпустил мою руку и нырнул прямо вглубь воды, вновь появляясь уже посреди озерца с широченной улыбкой.