Лондонские оборотни - Стэблфорд Брайан Майкл - Страница 92

— Почему ты думаешь, что кто-то захотел похитить твоего друга? — язвительно спросила Элинор. — Если уж им нужен выкуп, разве не лучше ли им было похитить твою любимую доченьку?

Таллентайр немного удивился сарказму, прорвавшемуся в этом вопросе, хотя Лидиарда он ничуть не поразил.

— Кажется, что мой злополучный воспитанник проклят даром второго зрения, по крайней мере, те люди так считают. — сухо заметил сэр Эдвард.

— Кто же такие те люди? — спросила Элинор, удивленная тем, что он говорил так, будто знал, кто совершил похищение.

Таллентайр почувствовал, что если он будет продолжатьне отвечать на подобные вопросы, вся история выйдет наружу, и заколебался. Лидиард заметил, что хотя в определенных отношениях Элинор была надежной поверенной сэра Эдварда, баронету нравилось скрывать от нее некоторые стороны своей жизни, и он, неукоснительно соблюдал это правило. Таллентайр был уверен, Элинор не должна участвовать в этих событиях, ее задача, считал он, заключалось в том, чтобы обеспечить для него временное убежище.

— Ради Бога, Нора, с меня на сегодня достаточно. — взмолился он, — Поговорим о чем-нибудь другом, умоляю тебя.

Сэр Эдвард знал, что ей это не понравится, но, тем не менее, его поразила та холодность, с какой она пожала плечами и отвернулась. Он раскрыл, было, рот, чтобы кое-что добавить, но его перебил стук в дверь. Обрадовавшись такому предлогу прервать неприятный разговор, он, тем не менее, выругался, чтобы выразить свое неудовольствие.

Таллентайр не стал поторапливать любовницу побыстрее избавиться от посетителя, справедливо рассудив, что она и так сделает это по мере возможности. Лидиарда же удивило, но только слегка, высокомерие этого человека, хотя на самом деле мог бы иметь и большую причину для удивления: он считал-то, что слишком хорошо знает своего друга.

Таллентайр следил глазами за Элинор, когда она пошла к двери, он не отрывал от нее взгляда, пока она отпирала. Отворенная дверь загородила от него пришедшего, и он не мог слышать, о чем при этом говорилось, но нахмурился, увидев, что Элинор отступила в сторону, давая посетителю пройти.

Сэр Эдвард выпрямился, недовольно сжал губы, и на его лице появилась угрюмая гримаса. Но, как только он увидел вошедшего, его самообладание полностью испарилось, он порывисто вскочил, и Лидидард не понял, баронету ли принадлежит то головокружение, которое он испытал, или ему самому. Он не нуждался в мыслях другого человека, чтобы немедленно узнать нежданного гостя.

— Бог мой! — воскликнул Таллентайр. — Де Лэнси!

2

Довольно любопытно, но удивление Таллентайра не продлилось долго. Разделяя его мысли, Лидиард увидел, что сэр Эдвард уже переступил некий порог воображения, который не допускал дальнейшего удивления. Мир перевернул его надежды и ожидания. Баронет почти смирился с тем, что окружающее воспринимается, как сон. Происходящее стало не так уж важно, его просто необходимо было принять как факт. Лидиард был свидетелем того, как Таллентайр понял: человек в черном плаще, стоявший на противоположной стороне тротуара, наблюдая, как сэр Эдвард сворачивал на Греческую улицу, был тот самый де Лэнси, бесследно исчезнувший в Восточной пустыне несколько месяцев тому назад. Дэвид был также свидетелем того, что это открытие не показалось Таллентайру особенно странным.

Де Лэнси не сделал никакого жеста, чтобы избавиться от шляпы и перчаток, он просто неподвижно стоял, пока Элинор закрывала дверь. Таллентайр находил неестественное спокойствие вошедшего странным, Лидиард же так не считал. Он уже знал и понимал, что гость действует по принуждению.

Таллентайр сделал шаг вперед, намереваясь протянуть руку, но внезапно передумал и тоже застыл в неподвижности.

— Де Лэнси? — неуверенно повторил сэр Эдвард.

— Мое имя не де Лэнси, — тихо произнес неожиданный посетитель. — Я Адам Грей.

— Адам Грей? — эхом отозвался Таллентайр с деланным легкомыслием. — Впрочем, почему бы и нет? Вы не первый человек из встреченных мной в последнее время, который является двойником кого-то другого. В самом деле, почему бы и нет? И что за дело привело вас сюда, мистер Грей?

Говоря это, Таллентайр искоса поглядывал на Элинор Фишер, которая смотрела на него с интересом, очевидно, не намереваясь вмешиваться или затруднять себя обычными проявлениями вежливости, показавшимися бы в этой ситуации просто абсурдными.

— Вы нужны моей госпоже, — объяснил Адам Грей, который некогда был Уильямом де Лэнси. — И своей тоже, — пробормотал Таллентайр, не совсем sotto voce [32] — Так умоляю, скажите мне, кто ваша госпожа?

— Вы однажды с ней встречались, — негромко напомнил собеседник. — Но теперь она не собирается обращаться с вами так, как было тогда. Отправляя меня сюда передать ее просьбу, она намеревается поступить с вами честно. Вы узнаете, кто она есть на самом деле, и на что способна. Лидиард потерян, и его невозможно снова отыскать, если мы не будем действовать быстро и предусмотрительно. Ей нужно использовать вас, как она хотела использовать его, но она нуждается в добровольной помощи с вашей стороны и в полнейшем вашем усердии. Я здесь для того, чтобы просить вас об этом, сэр Эдвард, и убедить вас в необходимости действовать.

Потерян? удивился Лидиард. Как это я потерян?

Таллентайр уставился на Уильяма де Лэнси, который сейчас был Адамом Греем. Сэр Эдварлд вовсе не пришел в смятение от безрассудства этого человека и вынужден был подавить желание расхохотаться. Но Лидиард знал, Таллентайр прекрасно понял значение слов де Лэнси. Баронету уже было известно, что госпожа, о которой идет речь — Сфинкс.

— Так где же ваша госпожа? — не без иронии спросил баронет. — Почему она посылает вас?

— Она недалеко, — отвечал Грей таинственным полушепотом. — У нее нет таких ограничений в пространстве и времени, как у нас. Она заберет вас, как только вы на это согласитесь, и тогда вы ее увидите, если пожелаете. Но гораздо легче потревожить время, а сеть, которая собирается нас захватить, уже сжимается вокруг. Если вы хотите спасти Лидиарда, вы должны отдаться этому добровольно, а Лидиард может оказаться не единственным, кто нуждается в помощи.

—  Ваша госпожа — падший ангел, и наделена богоравной властью манить и звать. Она в силах овладеть людьми таким образом, что вы потеряли свое имя, а Лидиард — рассудок. Чего она может хотеть от меня? — спросил Таллентайр — И зачем, если таково ее желание, должна она посылать своего слугу спрашивать моего согласия?

Что-то тут не так, подумал Лидиард. Чувствуется тут что-то неладное. Происходит все это на самом деле или это только содержащее надежду воображение моей дремлющей души? Как это я потерян, и как меня нужно спасать?

—  Мы были ее глазами и ушами. — внятно произнес человек в черном плаще. — И мы были ее рассудком, когда она хотела понять то, что видела и слышала. Но мы не сумели помочь ей узнать, что происходит в действительности, и она боится. Те, кого некоторые люди называют ангелами, а другие — богами, нуждаются в подданных также же, как подданные нуждаются в них, и их нужды простираются дальше, чем служба рабов или находящихся у них в руках орудий. Вы нам нужны, сэр Эдвард, вы нужны Лидиарду, и еще другие нуждаются в вас, и мы — единственные, при помощи кого вы можете прийти к ним на помощь. Умоляю вас, сэр Эдвард, согласитесь добровольно. Если вы этого не сделаете, Лидидард и ваша дочь, несомненно, будут приговорены, и мы, все остальные, пострадаем вместе с ними.

Я все это придумываю! размышлял Лидиард. И все это совершается из-за меня, если вообще совершается!

Он услышал, как Таллентайр подумал: А могу ли я верить этому человеку? — и понял, что баронет отверг этот вопрос как бессмысленный. Он стал свидетелем того, как Таллентайра просят отказаться от веры в разумность и твердость того, что он всегда знал, отдать себя своевольному миру колдовства, превращений обликов и Актам Творения. И Лидиард почувствовал себя так, словно он некоторым образом предает своего друга, являясь частью этого мира.