Огненное небо (СИ) - Воробьев Александр Николаевич - Страница 89

За вычетом уничтоженных, и тех, что лидировали дивизии такшипов, в строю флота находились шесть фрегатов типа ‘Котлин’. Но два из них еще не прошли ходовые испытания, а на трех к старту не успели закончить пристрелку главного калибра. Поэтому реально эффективный огонь мог вести только один из них.

Зато флагманский линкор ‘Потрясатель’ нес сразу три двухорудийных башни. Его излучатели обладали гораздо более высокой точностью, и на треть большей мощностью, чем протонники фрегатов. И все три его башни синхронно развернулись, выцеливая изготовившихся к стрельбе аспайров.

- Флот открыл огонь, - проинформировал аш-Шагури консультант.

С максимальной дистанции точность оставляла желать лучшего, поэтому попасть удалось лишь ‘Потрясателю’. Сразу двумя пучками разогнанных частиц.

Мобильное орудие аспайров практически не несло брони, и взрывы дошли до хрупких обмоток ускорителя. ‘Карандаш’, длинной в полторы сотни метров внешне почти не пострадал, и даже сохранил ход, но из дальнейшего сражения выбыл. Вихляя, и с заметным трудом разгоняясь, орудие уползло за край щита.

Ответ аспайров не заставил себя ждать, орудия прекратили накопление энергии, и почти одновременно разрядились по наглецам. В ‘Потрясатель’ полетели заряды сразу с шестнадцати орудий, и подлетное время уже не позволяло контейнерам отходить на оптимальное расстояние, их приходилось подрывать гораздо раньше.

Наведите телескоп на “Потрясатель”! - быстро скомандовала аш-Шагури. Ей хотелось своими глазами увидеть, что случиться с новейшим линкором после такого обстрела.

Не зная разгонных характеристик флагмана, аспайры постарались закрыть возможные коридоры ухода с гарантией. Но одновременно, это уменьшило плотность роя, и на всю площадь лобовой проекции пришлось всего два десятка сгустков. Вот только эти сгустки уже не успели рассеяться в безвредный газ. В лобовую броню линкора ударили все еще опасные облака остывающей плазмы. И если раньше пламя от попаданий покрывало броню тонким слоем, то теперь на темном, едва заметном среди звезд носу “Потрясателя” на миг засияли внушительные шары разрывов.

С трудом отведя глаза от этого гипнотизирующего зрелища, аш-Шагури посмотрела на экран, где потирал бок адмирал Югай. Судя по тому, как он согнулся, линкор ощутимо тряхнуло при попадании, но адмирал как ни в чем не бывало продолжал раздавать приказы. Забрало его шлема было наглухо закрыто, и она ничего не слышала, но моторика движений узнавалась сразу. Командующий продолжал руководить сражением.

- Как флагман? - повернулась она к консультанту.

- Лобовая броня не пробита, - после короткой паузы ответил тот. - Есть незначительные повреждения второй и третьей башен главного калибра, но они вполне боеспособны.

Заметив некоторую недоговоренность, аш-Шагури спросила прямо.

- Что то еще?

- Два попадания во фрегат “Либертад”, телеметрия с него потеряна, но судя по наблюдениям радарных постов, корабль сохранил ход.

- Он боеспособен?

- Возможно способен запускать торпеды, госпожа президент. Мы ждем возобновления связи.

В “Потрясатель” попали незадолго до того, как перезарядился его главный калибр. Сотрясение от удара задержало выстрел еще секунд на десять, пока автоматика заново проводила юстировку орудий. Поэтому башни линкора зашевелились уже после того, как бездарно отстрелялись фрегаты.

На этот раз попадание вышло только одно, зато очень удачное, протонный пучок угодил мобильному орудию прямо в жерло разгонного блока. По странному стечению обстоятельств, это было то самое орудие, два сгустка которого угодило в невезучий “Либертад”. Как и фрегат оно потеряло возможность стрелять, и с развороченным стволом поползло за щит.

- Этак у нас корабли кончаться быстрее… - недовольно заметила аш-Шагури.

- Госпожа президент, - внезапно прервал ее Масори, - через несколько минут флот выйдет на дистанцию пуска торпед…

Спросить, при чем тут это, аш-Шагури не успела.

- Новый залп, враг бьет по грузовым судам, по тяжелым грузовым судам!

Это из-за “Потрясателя”, догадалась аш-Шагури. До его выстрела аспайры били только по знакомым силуэтам, выбивая боевые корабли. Но после двух уничтоженных “карандашей”, они решили исправить свою ошибку. Или совершить новую, этого аш-Шагури пока понять не могла.

- По два орудия на грузовик, один залп рассеянный, перекрывая коридор, второй узкий, для пробоя завесы.

- Это плохо? - спросила она.

- На гражданских судах у нас всего по одному контейнеру с пылью. Аспайры бьют с двух векторов, поэтому вероятность попадания очень велика. И…

Прежде чем он закончил, снаряды аспайров достигли целей.

Космонавтов транспортных кораблей никто не готовил для боя, а их системы обнаружения рассчитывали на обнаружение метеоритов по курсу судна. Поэтому о возникшей угрозе там узнали лишь когда со штабных кораблей пришли экстренные директивы. Люстровым контейнеровозам предписывалось немедленно прекратить ускорение, и отстрелить пылевую завесу. Без указания вектора, на разворот уже не оставалось времени.

Но времени все равно не хватило, самую быструю реакцию показал контейнеровоз “Атланта лайн”, отстрелив контейнер через тридцать шесть секунд после того, как сенсоры флота определили направление залпов. Лишь за четыре с половиной секунды до момента “ноль”. Слишком поздно.

Раскрыться контейнеры не успели, и пятнадцать тяжелых грузовиков исчезли во вспышке мощностью около десяти килотонн каждая. После такого попадания шансов на выживание у экипажа не оставалось, лишенные брони люстровики разрывало почти до двигательного отсека. Флот разом лишился половины тяжелых грузовиков, или трехсот торпед в залпе.

Но вопреки ожиданиям, следующая волна сгустков полетела не по уцелевшим люстровикам, а по пяти до сих пор не поврежденным крейсерам. Увидев, что кроме отстрела пыли крейсера ничего не предпринимают, аш-Шагури буквально вцепилась в консультанта.

- Почему они не маневрируют?

- Они в любом случае уже не успевают уйти, госпожа президент, а на маневре подставляют борт. - капитан первого ранга облизнул сухие губы, и добавил, - им придется перетерпеть.

Прежде чем снаряды достигли крейсеров, аш-Шагури сообразила, почему аспайры не стали добивать контейнеровозы. Разнеся в клочья половину из них, они убедились, что имеют дело с беззащитными гражданскими судами, и перенесли огонь на военные. Тем самым расписавшись в получении трех сотен “Демиургов”.

Но для крейсеров это вышло боком. Подлетное время уже не позволяло распылить завесу на безопасном расстоянии, и все что оставалось крейсерам, прикрыться со всех опасных направлений, и ждать. Недолго, последний контейнер отстрелили лишь за семнадцать секунд до контакта.

Главный телескоп “Борта ?1” по прежнему смотрел на “Потрясатель”, и поэтому аш-Шагури не видела, ни как засияли от плазменного удара носовые оконечности крейсеров, ни как на трех из них вспухли огненные шары прямых попаданий. Пылевая завеса не успела прикрыть всю фронтальную проекцию, и до трех крейсеров сгустки все таки добрались.

- Сильные повреждения на крейсере “Балеарес”, телеметрия докладывает о смещении двигателей с оси корабля. У тяжелого крейсера “Аделаида” выбита пятая часть оборонительного вооружения, касательный удар сгустка. - вчитавшись, консультант помрачнел, - госпожа президент, мы потеряли тяжелый крейсер “Адмирал Браун”.

- Почему? - аш-Шагури почувствовала вдруг страшную опустошенность и апатию. От нее уже ничего не зависело, и наблюдение за тем, как аспайры избивают флот все больше напоминало ей изощренную пытку.

- Один из контейнеров не раскрылся, и с того вектора крейсер пропустил почти полный залп. Мы потеряли телеметрию с “Адмирала Брауна”, госпожа президент, а радары показывают разрушение его корпуса.

- Итого, у нас осталось лишь два неповрежденных крейсера? - сверилась аш-Шагури со списком кораблей.

Консультант на миг опустил глаза.

- На них частично повреждены антенны, и выбита часть оборонительного вооружения. Плазма уже не успевает рассеяться.