Славянские сказки - Геркан Инга Константиновна - Страница 31

Но свекровь так и не дала ей рубашку.

Вскоре царевич снова отправился на охоту, а жена его ну ласкаться к свекрови, ну уговаривать:

— Дай мне, матушка, рубашку. Никуда я из дому не выйду, только покрасуюсь в ней немного! Бог пошлёт тебе за это здоровья!

Но и на этот раз не уговорила она свекровь.

Долго ли, коротко ли, собрался царевич в третий раз на охоту, а жена осталась дома со свекровью и так уж начала её умолять и приговаривать:

— Дай мне, матушка, рубашку! Заклинаю тебя твоим единственным сыном, моим дорогим мужем, никуда я со двора не выйду, а надену — стану красивей.

Поверила ей свекровь и дала рубашку. А та скорее набросила на себя рубашку, обернулась лебедем и говорит:

— Прощайте, матушка, ищите меня на стеклянной горе, — вылетела в окно и была такова.

Вечером возвратился царевич домой, рассказала ему мать, как жена умоляла её, как выманила у неё рубашку, обернулась белой птицей и улетела.

Услышал это царевич — сердце сжалось у него от горя. Вскочил он на коня и полетел через лес к старичку-белячку, волосы до земли, борода до пояса.

— Помоги тебе господь, дедушка! — закричал он ещё с седла.

— Бог в помощь, сынок! — ответил старик. — Что хорошего?

— Пришёл я к тебе, — говорит царский сын, — спросить, не знаешь ли, где стеклянная гора находится?

— Сынок, — отвечал старик, — я царь тридцати двух ветров. Если есть где-нибудь на свете стеклянная гора, отнесут они тебя туда.

Вот зашумели деревья, и явился первый ветер:

— Здравствуй, царь ветров!

— Бог в помощь, мой верный слуга ветер! Скажи-ка мне, не видел ли ты где на свете стеклянной горы?

— Нет, не видал! — отвечает ветер.

Тут с шумом прилетел второй ветер:

— Добрый вечер, царь ветров!

— Бог в помощь, слуга мой ветер! Не встречал ли ты где на свете стеклянной горы?

— Не встречал, — провыл в ответ ветер, — но слышал, что есть такая гора на свете.

Вдруг застонали деревья, склоняясь до земли. Это примчался северный ветер.

— Добрый вечер, царь ветров! — поздоровался он со старичком.

— Бог в помощь, — ответил старик. — Не видел ли ты, слуга мой ветер, стеклянную гору?

— Видел, засвистел ветер. — Только сейчас оттуда прилетел.

— Завтра отнеси туда, мой верный слуга, на своих крыльях этого человека.

А утром перед зарей поднялся северный ветер, подхватил спящего царевича на крылья, отнёс его к стеклянной горе и тихо опустил у её подножья. Проснулся царевич и видит — перед ним стеклянная гора. Стал он карабкаться вверх. Добрался с трудом до середины и сорвался! Полез во второй раз, поднялся выше половины, да опять вниз слетел. Собрался он с силами — в третий раз решил попробовать. Потихоньку, потихоньку и добрался царевич до вершины. Видит — стоит маленькая избушка, а около неё бабка сидит.

— Здорово живешь, бабуся!

— Спасибо на добром слове, сынок! Что хорошего скажешь?

— Эх, бабуся, одно плохое! Улетела от меня девушка-лебедь и велела искать её на стеклянной горе! Не скажешь ли ты мне, где она? Ведь девушка-лебедь — моя жена.

— Э-э, сынок, напал ты на верный след. Да у меня триста девушек-лебедей, и все друг на друга похожи. Выведу их перед тобою. Узнаешь среди них свою жену, забирай её с собой, а нет — не сносить тебе головы!

Так тосковал царевич по девушке-лебеди, что подумал:

«А, была не была! Двух смертей не бывать, а одной не миновать. Всё равно не житьё мне без милой, лучше уж погибнуть!»

Затрубила бабка в рожок, и тотчас же лебеди белой тучей закрыли небо. Со свистом и шумом рассекали они воздух крыльями и опускались вниз. А как только коснулись земли, превратились в девушек, и все на одно лицо. Красавицы стали в ряд, а бабка взяла царевича за руку, водит от одной к другой и спрашивает:

— Она?

— Нет, не она.

— Она?

— Не она!

— Может быть, эта?

— Нет.

Наконец подошли они к самой красивой девушке. Спрашивает бабка царевича:

— Не эта ли?

А девушка улыбнулась царевичу и незаметно подмигнула ему.

— Эта, — сказал царевич.

— Подумай хорошенько!

— Она.

— А не ошибся ли ты?

— Нет.

Тут бабка махнула рукой, девушки превратились в лебедей и улетели, а перед царевичем осталась его жена. Бросились они друг другу в объятия, крепко поцеловались, а царевна-лебедь шепнула мужу на ухо:

— Будут потчевать — не притрагивайся к еде, пока я сама не принесу тебе обед.

А бабка и говорит царевичу:

— Счастье твоё, что узнал ты свою жену, царевич, не то не сносить бы тебе головы. Да она ещё пока не твоя. Не укараулил ты жену, когда жила в твоём доме, а теперь, если хочешь получить её, выполни три задачи. Видишь вон тот высокий холм? Перенеси его до вечера к стеклянной горе.

Взял царевич лопату, пошёл к горе и начал копать. Да разве с таким делом за день управишься! Сел он отдыхать, сидит и вздыхает. Глядь — идёт маленький мальчик и несёт ему еду. Но царевич сказал:

— Не буду я из твоих рук есть! — и отослал его домой.

Вскоре пришла царевна-лебедь, принесла мужу обед. Увидела она, что царевич печальный да хмурый, и говорит:

— Не тужи, царевич. Поешь и ложись спать. Вечером, когда вернёшься с работы, бабка тебя спросит: «Ну как, выполнил ли ты мою задачу, слуга?» А ты ей смело отвечай: «Давно уж всё сделано. Давай мне ужинать, да побольше, не то тебя с голодухи проглочу».

Царевич пообедал и лег спать, а царевна-лебедь поскорее тайком прокралась к своим сестрам и упросила их выручить её из беды. Девушки-лебеди пошли за помощью к тридцати двум ветрам, и ветры тот же час перенесли холм к стеклянной горе.

Солнце уже село, когда проснулся царевич. Видит — работа его выполнена. Поднял с земли лопату и зашагал к бабке. Подошёл к избушке и кричит:

— Эй, с добрым вечером, бабка! Готов ли ужин?

— А справился ли ты со своей задачей?

— Конечно. Подавай скорей еду, голод меня одолел, хоть тебя целиком проглочу.

Удивилась бабка, да делать нечего — принялась поскорее собирать на стол.

Утром разбудила она царевича и говорит:

— Отправляйся, мой слуга, вон к той горе, выруби весь лес, дров напили, наколи и в поленницы сложи.

Взял царевич топор на плечо и пошёл в лес. Стук да стук топором — до полудня три дерева свалил. Сел царевич на дерево, сидит пригорюнившись и вздыхает. Да разве вырубить ему этакой лесище? Глядь — вчерашний мальчик, откуда ни возьмись, с узелком идёт. Но царевич не стал есть из его рук и отправил мальчика домой. Тут появилась царевна-лебедь — несёт ему обед. Увидела она, что муж её печальный да хмурый, и говорит:

— Не заботься ни о чём. Поешь да ложись спать, а вечером отправляйся к бабке и делай всё, как вчера.

Поел царевич и завалился спать. Царевна-лебедь снова потихоньку собрала своих сестёр, а те упросили ветры свалить лес. Дунули ветры и мигом повалили весь лес, а девушки-лебеди нарубили дров и сложили в поленницы. Солнце уже село, когда царевич проснулся. Увидел он, что леса как не бывало, взвалил топор на плечо и отправился к бабке. Подошёл царевич к избушке и закричал во всё горло:

— Эй, бабка, добрый вечер! Готов ли ужин?

— А закончил ли ты работу, слуга? — спросила бабка.

— Давно уж! Давай поскорее еду — проголодался я, не дашь — тебя проглочу!

И бабка кинулась со всех ног подавать ему ужин.

На третий день говорит бабка царевичу:

— Сегодня потрудись-ка ты, мой слуга, на поле. Сожни хлеб, обмолоти его, провей, зерно смели, чтобы я тебе смогла лепёшку на дорогу испечь.

Взял слуга серп и побрёл на поле. Около полудня опять принёс ему мальчик еду, но он обедать не стал и отослал его обратно. Пришла жена и принесла обед. Наелся царевич досыта и завалился спать, а царевна-лебедь собрала девушек-лебедей, сжали они хлеб, перенесли снопы на гумно и упросили ветры обмолотить их. Обмолотили ветры пшеницу, провеяли её, запустили ветряную мельницу и смололи зерно. Солнце уже село, когда проснулся царский сын и пошёл к бабке.