Сон Лилит - Страйбер (Стрибер) Уитли - Страница 48

Глава 12

Обнаженные

Джордж бережно обнимал ее за плечи, а Лео изо всех сил пыталась справиться с тошнотой, содрогаясь от рвотных позывов. Это не был страх перед выступлением – она никогда не боялась выйти на сцену. Но эта женщина... неужели появление неизвестной красавицы так подействовало на Лео? Кровь звенела у нее в ушах, сердце выпрыгивало из груди. И когда она, вздрагивая от конвульсий, закрывала глаза, то снова видела ее, самое прекрасное создание на земле.

Лео в очередной раз передернуло. Вампир оказался женщиной – великолепной, чья красота превзошла даже красоту Мириам. Теперь было понятно, почему она была такой неосторожной, что бросила останки съеденного человека в гавани: разве повелительницу, императрицу вампиров, должны занимать такие мелочи? Одному только Богу известно, откуда она взялась, но Лео всей душой обожала ее и хотела служить ей, как в свое время Мири, повинуясь любому ее приказу. А мальчик... в его венах течет кровь вампиров? Похоже на правду – потому что он тоже просто великолепен, молодой Аполлон с мудростью и жесткостью в глазах. Я почувствую его внутри себя, подумала Лео, и эта мысль заставила ее невольно вскрикнуть, но она тут же сумела взять себя в руки.

– Кровь – это магнит, – говорила ей Сара. – Другие вампиры будут сводить тебя с ума.

Ей так безумно хотелось быть любимой, и это непременно осуществится. Молодой бог – сильный, неистовый, его мускулы будут мерцать в свете свечи, он буквально разорвет ее пополам и будет обладать ею долго-долго.

– Мы опаздываем на десять минут, – заметил Джордж.

– О Господи! Грим... прическа...

Лео поспешила в гримерную, и Нильда тут же принялась одевать ее. Кожаные сапоги до колен, короткое платье из полосок кожи и шелка, на шее – черная лента, украшенная изумрудами и бриллиантами. Именно так, ничего больше. Сегодня она запланировала необычное шоу, это будет не только музыка. Еще час назад Лео окончательно не решила, осмелится ли осуществить свой план. Теперь, с появлением этой женщины, для Леоноры Паттен нет ничего невозможного, будьте уверены.

Она сделает это для них, бога и богини в первом ряду, если ее внезапно не поглотит пучина ада! Да, Лео сегодня вечером перевернет всем мозги, приложит для этого все силы, пока сама не обратится в пепел.

Франси и Лестер занимались гримом и прической. Черная губная помада была очень хороша – из тех, что не сушат губы. Ее волосы, над которыми так долго колдовал сегодня Моррис, теперь превратились в нечто более дикое, близкое к ее реальным чувствам.

– Как я все это смогу... – прошептала она.

– Сможешь, – отозвался Джордж. – Ты великолепна.

Откуда парню знать, что она собирается сделать? Пожалуй, только Нильда, судя по всему, о чем-то догадывалась... Так что его слова ничего не значат.

Ей было одиннадцать лет, и она демонстрировала стриптиз для Бобби Карни и Дана Белтона, своих одноклассников, – вот на что было похоже ее нынешнее состояние. Лео, обнаженная, села тогда на колени Бобби, затем забросила ноги на плечи Дана. Она дрожала и была необычайно смущена, а мальчишки раздвинули ей ноги – какая потрясающая, очаровывающая беспомощность и беззащитность! Такого с ней больше не случалось, разве что однажды, когда они вместе с Мири и Сарой неслись в роскошном автомобиле в глубокую и пьянящую ночь.

Я сейчас сделаю это, сказала она сама себе. Она глубоко вздохнула, мечтая о хорошей сигарете. Но сейчас не будет никаких сигарет, ее голос должен быть мощным, совершенным и нежным, как звон колоколов, как сама гармония.

– Отлично, – сказала Лео, оглядывая себя в зеркало. – За работу!

Лилит держала юношу за руку, не в силах отпустить его запястье. Эта совершенная красота Властителя притягивала, вызывая непреодолимое желание. Он сидел рядом с ней, и сияние, исходившее от сильного тела, было самым необыкновенным из всего, что она когда-либо видела. Нет, он был больше чем просто Властитель. Во всех ее соплеменниках-мужчинах чего-то недоставало. Лилит только сейчас это поняла, вглядываясь в его необыкновенные глаза.

Как ей хотелось обнять этого юношу, прижаться к нему губами, почувствовать вкус его великолепного рта и вдохнуть ничем не отравленное дыхание. Впервые за свою долгую жизнь она хотела принадлежать мужчине, и, если бы они не находились в комнате, полной человеческих созданий, Лилит упала бы перед ним на колени.

Это был Аполлон, Гильгамеш,[12] Осирис, тот самый воображаемый возлюбленный, мальчик, которой играл с ней в золотой беседке, обнимая и целуя ее так, что она начинала плакать от удовольствия.

Мальчик из детства? Предназначенный Лилит, ее жених? О, это так, и он ждет.

Но где?

Она увидела город – невысокие домики из камня под соломенными крышами, прекрасный фонтан в центре площади. Там сидел юноша с длинными ногами и загорелыми мускулистыми плечами, он плескал рукой среди рыб. Мимолетный взгляд, улыбка...

– Лилит! – его голос зазвенел, как колокольчики.

На какое-то мгновение ею овладела ярость. Он был ее мужем, они только что поженились, Лилит должна вернуться к нему!

Неожиданно погас свет. Властительница набрала в грудь воздуха, готовясь к немедленной атаке. На небольшом возвышении в лучах света перед ней появилось чудесное существо – Лео. Она покачивалась в такт жесткому ритму, который создавала группа людей с разными музыкальными инструментами.

Я привыкла быть женщиной!

Что с того?

Пошли вы все!

Ты сделал меня женщиной, объявив меня таковой.

Что с того?

Пошли вы все!

Она сбросила с себя что-то из одежды. В темноте за спиной Лилит почувствовалось движение. Человеческие существа реагировали строго в соответствии с установленным ритуалом, но чувствовалось, что они в недоумении.

Я выбрала то, кем ты сделал меня,

Мне нравится, кем я стала,

Женщина, Женщина.

Я подобна свету луны,

Я твоя мать.

Ты лежишь у меня на руках...

Теперь музыка звучала тише и опаснее. Лео мягкими шагами двигалась к их столику – наверное, она пела для Лилит.

Я отдам тебе всю себя,

Позволь мне лишь любить тебя.

Позволь мне, позволь мне,

О, позволь мне, позволь мне...

Она спустилась с возвышения и взяла Властительницу за руку. Прикосновение было прохладным и осторожным, а когда тонкие пальцы сомкнулись вокруг ее запястья, Лилит почувствовала твердость и неожиданно для себя вздрогнула.

Позволь мне, позволь мне, позволь,

ну пожалуйста, позволь...

Послушно ступая за Лео, Властительница поднялась и направилась на возвышение.

Позволь мне, позволь мне, позволь,

ну пожалуйста, позволь...

Лилит чуть было не застонала, когда песня закончилась, – это было так великолепно, словно она вслушивалась в соблазнительный шепот самого естества. Значит, весь этот ритуал был посвящен ей, ритмичная музыка звучала так нежно... Лео покачивалась, и Лилит страстно хотелось вдохнуть запах невинности и чистоты, исходивший от нее, дотронуться до ее гладкой кожи, коснуться прекрасных округлых грудей, которые женщина теперь обнажила перед изумленно поднятыми в темноте лицами. А еще она хотела юношу, чье запрокинутое лицо горело желанием, которое невозможно было скрыть.

Лео наклонилась к нему, продолжая покачиваться в такт музыке, ее грудь в лучах света своей матовостью напоминала сливки.

– Ну же! Давай, малыш.

– Э-э-э... я... меня?

Позволь мне, позволь, пожалуйста, мне,

Позволь мне, позволь, пожалуйста, мне...

Она подтащила испуганного юношу ближе к себе, улыбаясь, подбадривая, пока он наконец не поднялся на возвышение. В лучах света его лицо было таким милым, таким знакомым, что Лилит с трудом сдержала подступившие к горлу слезы восторга.

Где-то, когда-то и у нее был такой юноша.

– Всего лишь на час, – пообещал он.

Обратно в глубины времени... Так далеко, что это мгновение скрылось за горизонтом реальности.