Сон Лилит - Страйбер (Стрибер) Уитли - Страница 3

Пока она спускалась с горы, пламя костров становилось все ярче и отчетливее. Вскоре Властительница подошла настолько близко, что смогла различать человеческие существа. Судя по одежде, это были шумерские купцы, потому что у них намного больше полотна для одежд, чем у египетских, а чтобы продемонстрировать свое богатство, они облачаются еще и в длинные камзолы. Не самый плохой вариант для Лилит – караван находится слишком далеко от дома, поэтому исчезновение одного из купцов не вызовет немедленную тревогу. А может быть, это просто путешественники, которые следуют из Нубии на юг.

Женщины были закутаны с ног до головы, лица скрывались под покрывалами. Странно. Хотя, когда она последний раз была в Каире, женщины ходили по улицам в подобной одежде. Даже на детях были голубые штаны и белью рубашки, украшенные буквами и рисунками.

Лилит приблизилась к краю освещенной площадки. Один из мужчин играл на музыкальном инструменте и пел. Увидев ее, он прекратил свое занятие. Дети угомонились и теперь смотрели на нее испуганными глазами.

Настороженную тишину прервал голос Лилит, она говорила по-египетски:

– Отвезите меня в Фивы.

Сидящие у костра переглянулись. Маленький мальчик прижался к ногам отца. Властительница повторила свою просьбу, затем перешла на арабский:

– Пожалуйста, довезите меня до своего города.

– Мы, по милости Аллаха, скитальцы.

– Тогда к римлянам. Довезите меня до римлян.

Они начали переглядываться, что-то бормоча. Наконец заговорил самый старший, с клочковатой бородой и в грязном полотняном тюрбане:

– Вы имеете в виду развалины в Абу-Маммале? Вы туристка?

Некоторые слова Лилит не поняла.

– Я путешественница, – сказала она.

Властительница откинула капюшон. Раздался дружный вздох. Дети, прижавшись к взрослым, застыли в испуганных позах. Двое мужчин, не вставая на ноги, начали отодвигаться от костра.

Кислое дуновение страха предупредило ее о том, что у нее есть всего лишь несколько секунд, чтобы совладать с неожиданной ситуацией. Лилит, протянув вперед руки, повернула их ладонями вверх.

– Мне нужна ваша помощь.

– Это джинн, – прошептала одна из женщин. – Джинн ночи.

Самый старший мужчина жестом велел говорившей женщине успокоиться...

– Все в руках Аллаха. Хотите чаю?

Лилит подошла поближе.

– С удовольствием.

Она уже очень давно не оказывалась в подобной ситуации, но тут вдруг обнаружила, что испытывает намного большее удовольствие в компании этих существ, чем ожидала. Наверное, ее одиночество в пещере оказалось слишком долгим. Здесь, рядом с горящим костром, в лунном сиянии, Властительница чувствовала себя очень уютно.

Старик подошел к ней поближе, его глаза были опущены, а руки тряслись так, что, казалось, он вот-вот уронит чашку. Лилит посмотрела на пульсировавшие у него на горле вены: вряд ли они дадут сильную струю. Пожалуй, стоит сразу переключиться на главную артерию и единым усилием мышц живота осушить его.

Она приняла чай с легкой улыбкой.

– Спасибо.

– Да пребудет с тобой Аллах.

Пока она пила маленькими глотками чай, напряжение продолжало расти. Дети и женщины отошли к своим палаткам, и было слышно, как они там тихо переговариваются.

– Какой богатый джинн, – прошептал маленький мальчик, – посмотри, сколько золота!

– Это американка, – ответила женщина.

Незнакомое слово! Надо будет выяснить его значение.

Лилит осталась пить чай вместе с четырьмя мужчинами. По их глазам можно было определить, что они находят ее чрезвычайно красивой. Ее чары упали на них так же быстро, как перед утренней зарей опускается на землю роса. Однако люди передвигались, маневрируя так, чтобы оставить ей возможность отступления всего лишь в одном направлении – назад, что приведет ее к палаткам. Засада?

– Как мне попасть в Фивы? – спросила она.

– Дорога вон там, – старик указал на запад. – Можете сесть в автобус до Каира. Там есть туры в Фивы. – Список неизвестных слов пополнился еще двумя: «туры», «автобус». – Всего несколько километров.

Лилит знала, что в этом направлении нет дороги. Может быть, они задумали выманить ее в пустыню, а затем пойти следом и напасть? Если так, то она использует их всех. И пусть потом раздуется, как клещ, но зато довольно долго ее не будут посещать мысли о еде. Язык уже напрягся, когда уха Властительницы достиг очень отдаленный и странный звук, за которым последовало дребезжание.

– Едет мой кузен, – сообщил один из мужчин. – Он может отвезти вас в своей машине до самого Эль-Маади. Там вы можете сесть в автобус из Восточной Дельты до Каира. Ваш отель там?

Кое-что из сказанного она поняла. «Кузен» означает кровный родственник. Но что могли обозначать остальные? Откуда в арабском появилось так много новых слов всего за... ну... больше ста лет пройти не могло.

Внезапно бряцающий звук стал громче, в нем чувствовался некий ритм, к тому же он неестественно быстро приближался.

Шакалы, поджидавшие ее в тени поблизости, поспешно скрылись. На западе Лилит увидела сияние, однако даже не представляла, как спросить, что это такое, поэтому продолжала хранить молчание. Затем ей показалось, что за одно мгновение предмет, возникший на вершине ближайшего холма, вырос до огромных размеров. Слепящий свет сопровождался ужасным ревом и запахом какого-то странного огня.

Забыв обо всех предосторожностях, теряя самообладание, Властительница, подпрыгнув, вскрикнула и бросилась к палатке. Она споткнулась о ребенка и неуклюже упала у входа, плащ накрыл ее.

Через минуту звук стал слабее, а вместе с ним, правда немного медленнее, исчез и запах.

– Да не покинет нас Аллах! – жизнерадостно воскликнул мужчина. – Заблудившаяся американка! Ну и счастье же нам привалило, братцы мои!

– Она говорит по-арабски, – пробормотал кто-то.

– Так еще лучше, да будет на все воля Аллаха! Милая леди, подойдите, будьте так добры.

Лилит поднялась на ноги. В свете костра была видна повозка; по всей вероятности, она приехала издалека, так как была вся покрыта пылью. Именно от повозки исходил запах огня, но не чувствовалось даже слабого запаха лошади, равно как ни одной лошади не было заметно и в округе. Эту загадку надо будет решить.

– Слушайте, я могу отвезти вас за двадцать фунтов. У вас есть мобильник? Вы хотите кому-нибудь позвонить? В каком отеле вы остановились?

Ни один из вопросов не имел смысла. На самом деле Лилит только по интонации определила, что это были вопросы.

– Все прекрасно, – сказала она. – Могу я воспользоваться этой повозкой?

– Она говорит, как в старом кино, – удивленно произнес кузен. – Что это за диалект арабского?

– Ее собственный. Да ты только посмотри на ее украшения и одежду! Она, должно быть, очень богатая.

Кузен одарил ее долгим и откровенным взглядом.

– Вы очень бледны, – заметил он.

– За последние годы я очень редко бывала на солнце.

– Эй, Аби, мне сегодня вечером надо возвратиться, а то босс сделает из меня отбивную. Ведь пока я не появлюсь, эти толстяки так и не увидят кондиционеров.

– А сколько их там?

– Куча. Большой автобус. Первый класс, экстра и даже выше.

– Заплатят, если мы будем фотографироваться?

Кузен утвердительно кивнул.

– Позаимствуй верблюда у Дули, сможешь хорошо заработать. Но приезжай попозже. Эти с восходом солнца не встают, – он засмеялся, сверкая зубами. Потом обернулся к Лилит: – Мы сейчас поедем, леди.

Как интересно будет прокатиться в повозке без лошади! Он сам ее потащит? Римские мальчики, играя в войну, заставляли рабов таскать свои игрушечные колесницы. Но человеческое существо не в состоянии сдвинуть с места такую тяжелую махину, как эта повозка, грязная и одновременно красивая. Надо же, в ней два ряда сидений и четыре дверцы, к тому же маленькие широкие колеса. И все-таки тащить ее по песку будет просто невозможно даже существу намного более сильному, чем человеческое создание.

Властительница залезла в повозку, уселась перед поручнем в виде круга и уверенно положила на него руки. Она ненавидела тряску, к тому же всегда существовала опасность, что повозка опрокинется в яму.