Амулет Самарканда - Страуд Джонатан - Страница 64

Сидевший у окна Натаниэль выпустил из рук газету, листы скользнули на пол. Он опустил голову на грудь и закрыл глаза. Он и сам всё это знал — но увидеть всё это напечатанным… Подтверждение оглушило его, словно удар по голове. Натаниэлю хотелось заплакать, но горе ускользало и продолжало прятаться в глубине души. Плохо. Он слишком устал. Он ничего уже не хочет — только уснуть…

Кто-то не слишком вежливо пнул Натаниэля в бок. Натаниэль вздрогнул и проснулся.

Над ним стоял джинн и усмехался. В руках у него был бумажный пакет, над которым поднималась многообещающая струйка пара. Чувство собственного достоинства пало под напором голода: Натаниэль выхватил у джинна пакет и чуть не опрокинул пластиковый стаканчик с кофе себе на колени. К его облегчению, под стаканчиком обнаружились ещё два пакетика, горячий бифштекс и сандвич, аккуратно завернутые в пергаментную бумагу. Натаниэлю показалось, будто он в жизни не ел ничего вкуснее. За каких-нибудь пару минут еда была уничтожена подчистую, и Натаниэль остался сидеть, тяжело дыша и лелея в окоченевших пальцах стаканчик с кофе.

— Какое зрелище! — заметил джинн. Натаниэль глотнул кофе.

— Где ты это раздобыл?

— Украл. Зашёл в кулинарию и попросил продавца упаковать это, а пока он выбивал чек, убежал. Ничего интересного. Продавец вызвал полицию.

Натаниэль застонал.

— Только этого нам и не хватало!

— Не волнуйся. Они будут искать высокую блондинку в шубе. Кстати, — джинн указал на вещи, валяющиеся прямо на полу, среди местного мусора, — тут ты найдёшь кой-какую одежку получше. Куртка, брюки, шапка и перчатки. Надеюсь, они тебе подойдут. Я взял самые маленькие размеры, какие только удалось найти.

Несколько минут спустя Натаниэль был сыт и переодет и отчасти ожил. Он сидел у огня и грелся. Джинн примостился рядом и смотрел на пламя.

— Они думают, что это сделал я, — сказал Натаниэль, указав на газету.

— Ну а ты чего ожидал? Лавлейс с повинной не явится, и не надейся. Нормальные волшебники таких глупостей не совершают. — Бартимеус смерил Натаниэля многозначительным взглядом. — Пожар для того и был затеян, чтобы уничтожить все следы его визита. А поскольку убить тебя ему не удалось, уж он постарается, чтобы тебя хотя бы засадили за решётку.

— Меня разыскивает полиция.

— Угу. С одной стороны полиция, а с другой — Лавлейс. Он наверняка припряжет всех своих ищеек, чтобы выследить тебя. В результате образуются восхитительные клещи. Именно этого он и желает: чтобы ты спасался от преследования и думать позабыл о нём самом.

Натаниэль скрипнул зубами.

— Это мы ещё посмотрим! А что, если я пойду в полицию? Они могут устроить обыск в доме Лавлейса, найдут там Амулет…

— Ты что, всерьёз думаешь, что они станут тебя слушать? Ты в розыске. Тебя подозревают в преступлении. А даже бы если и не подозревали, я бы на твоем месте крепко подумал, прежде чем связываться с властями. Лавлейс действует не в одиночку. Есть ещё его наставник, Скайлер…

— Скайлер?

Ах, ну да, тот морщинистый краснолицый старик.

— Так Скайлер — его наставник? Да… Я его знаю. Я подслушал в Парламенте, как они говорили об Амулете. Скайлер, Лавлейс и ещё один тип. Его называли Лаймом.

Джинн кивнул.

— Вероятно, это лишь верхушка айсберга. В ту ночь, когда я украл Амулет, за мной гонялась целая прорва следящих шаров — там явно работал не один волшебник. Возможно, это разветвленный заговор. В таком случае, если ты пойдёшь к властям, может оказаться, что тот, к кому ты обратишься, либо предупредит Лавлейса, либо сам тебя убьёт. Вот, например, Шолто Пинн, торговец артефактами, явно в одной упряжке с ними. Он — один из ближайших друзей Лавлейса. Они не далее как вчера обедали вместе. Я узнал это вскоре после того, как меня сцапали в магазине Пинна.

Натаниэль обозлился.

— Ты вел себя слишком неосторожно! Я просил тебя разузнать побольше о Лавлейсе, а не ставить меня под удар.

— Не бушуй. Я как раз выполнением твоего поручения и занимался. Именно у Пинна я и разузнал про Амулет. Лавлейс украл его у волшебника, работавшего на правительство, некоего Бихэма, — при этом Бихэму перерезали горло. Правительство очень хочет вернуть Амулет. Я узнал бы и больше, но тут по сигналу тревоги приперся африт и отволок меня в Тауэр.

— Но ты оттуда бежал. Как?

— А тут произошла одна интересная штука, — сообщил Бартимеус. — Меня извлек оттуда сам Лавлейс. Должно быть, он услышал от Пинна или ещё от кого-то, что власти изловили необычайно виртуозного джинна, и сразу же предположил, что это и есть похититель Амулета. Он отправил своих джиннов, Факварла и Джабора, в спасательную экспедицию. Чрезвычайно рискованное предприятие. Как ты думаешь, почему он это сделал?

— А чего тут думать? Хотел получить Амулет обратно.

— Вот именно. И он собирается вскоре его использовать. Он сам об этом сказал прошлой ночью. И Факварл говорил то же самое: что в ближайшую пару дней Амулет собираются использовать для чего-то серьёзного. И что время дорого.

В сознании у Натаниэля шевельнулись какие-то полузабытые воспоминания.

— В Парламенте кто-то говорил, что Лавлейс что-то вскорости устраивает, не то бал, не то конференцию. Не в самом Лондоне, а где-то рядом.

— Да, это я тоже знаю. У Лавлейса есть то ли жена, то ли подружка по имени Аманда. Это она принимает у себя конференцию, в какой-то усадьбе или вроде того. Там должен присутствовать даже премьер-министр. Я видел эту Аманду дома у Лавлейса, ещё когда крал Амулет. Он изо всех сил старался обаять её, так что, видимо, она ему всё-таки не жена. Скорее всего, они даже не очень давно знакомы.

Натаниэль ненадолго задумался.

— Я слыхал, как Лавлейс говорил Скайлеру, что он хочет отменить конференцию. Это было, когда он остался без Амулета.

— Да. Но теперь он снова его заполучил. Душу Натаниэля вновь окатило волной ледяного гнева.

— Амулет Самарканда. Ты выяснил его свойства?

— Лишь немного сверх того, что я и так знал. Он давно уже славится как вещь необычайной мощи. Шаман, который сделал его, был воистину могущественным волшебником — куда могущественнее любого из нынешней своры ничтожеств. Его — или её — племя не имело письменности. Все их знания хранились в памяти и передавались исключительно из уст в уста. В общем, Амулет защищает своего носителя от магического нападения — с этим всё ясно. Это не талисман: его невозможно использовать для нападения — скажем, для того, чтобы убить своих соперников. Он работает лишь на защиту. Все амулеты…

— Не нужно читать мне лекцию! — оборвал его Натаниэль. — Я знаю, как работают амулеты.

— Я так, на всякий случай. Кто его знает, как у вас сейчас поставлено обучение. В общем, я сам имел случай удостовериться в силе Амулета, когда по твоему приказу подбрасывал его в кабинет Андервуда.

Лицо Натаниэля исказилось.

— Я его не подбрасывал!

— Конечно-конечно. Но Амулет легко и непринужденно управился с несчастным огненным заклинанием, которым был защищен кабинет. Просто впитал в себя весь заряд. А вчера ночью проделал то же самое с той убогой атакой Андервуда, как ты и сам мог видеть, болтаясь у меня подмышкой. Один из моих осведомителей сказал, что, по слухам, в Амулете заключено некое существо из самого сердца Иного Места. Если это правда, то Амулет Самарканда — воистину могущественная вещь.

У Натаниэля болели глаза, и он, не удержавшись, потёр их. Теперь, когда он был сыт и немного согрелся, ему в первую очередь требовалось выспаться.

— Каковы бы ни были свойства Амулета, — продолжал тем временем джинн, — ясно одно: Лавлейс намеревается пустить его в ход в ближайшие несколько дней, на той конференции, которую он устроил. Как именно он намерен его использовать? Трудно сказать. Ради чего? А вот это нетрудно. Он рвется к власти. — Джинн зевнул. — История древняя как мир.

— Предатель! — выругался Натаниэль. — Изменник!

— Всего лишь нормальный волшебник. Ты точно такой же.

— Что? Да как ты смеешь! Я…