Вечная жизнь - Тирнан Кейт - Страница 36

Нет, я знала, что он магический и помнила, как мама им дорожила, но я прятала его от всех и хранила не как источник силы, а как единственную вещь, оставшуюся от моей прежней жизни. А это, оказывается, был тарак-син. У меня была всего половина амулета, значит, захватчикам досталась вторая. Понятно, почему их магия не сработала.

Я почувствовала, что сейчас потеряю сознание. Вцепившись в край стола, я попыталась выровнять дыхание, не сводя вытаращенных глаз с лица Ривер. От нее не укрылось выражение моего лица, и мне показалось, будто в глазах ее что-то промелькнуло.

Рейн вернулся из кухни и молча уселся на свое место.

Опустив глаза на стол, я судорожно пыталась сглотнуть, но в горле у меня словно застрял мяч для гольфа. У меня была куча вопросов, но я не могла их задать.

— Бринн! — воскликнула Ривер, резко меняя тему. — У нас сегодня будет десерт?

Бринн вздрогнула от неожиданности, но тут же нашлась с ответом:

— Десерт? Давайте разберемся. Разве не я сегодня готовила ужин? И разве я хоть раз готовила ужин без десерта? По-моему, такого еще не бывало! — Она бросилась на кухню и через минуту вернулась с двумя яблочными шарлотками на подносе.

— У нас есть мороженое? — спросила Ривер, и Бринн энергично закивала, словно хотела сказать: «Еще бы! Как у нас может не быть мороженого, если у нас есть шарлотка?»

Еще раз сбегав в кухню, она принесла пластиковый контейнер с органическим мороженым, изготовленном на молочной ферме в двух милях от нашей.

Мне показалось, что Ривер намеренно давала мне время прийти в себя, и я воспользовалась этой передышкой, чтобы лихорадочно собрать воедино клочки своей разорванной души, вернуть себе лицо, отвлечь внимание от своей персоны.

— Значит, никого из представителей этих домов не осталось? — спросила Рейчел.

— Этого никто не знает, — ответила Ривер. — История Аль Авейнат покрыта глубокой тайной. Что касается домов Тарко-Сале и Хеольфдавик, то никто никогда не слышал о том, что там кому-то удалось выжить. Кроме того, тарак-сины всех этих домов бесследно исчезли, — негромко пояснила она, выкладывая шарик мороженого на свой кусок шарлотки.

— Поговорим об этом в другой раз, — объявил Эшер, быстро взглянув на Ривер. — А теперь я назову последний дом, которому соответствует последняя звезда в созвездии Большого Пса. Это Салем, штат Массачусетс.

— Шутите? — выжала из себя я, с трудом запихнув в рот кусок пирога. — Тот самый Салем, где состоялся печально известный процесс над салемскими ведьмами? — Мой голос был похож на воронье карканье, кусок встал поперек горла, так что я едва не подавилась.

— Тот самый. Можешь себе представить, сколько из этих так называемых «ведьм» не умерли во время казни? — мрачно процедил Солис.

— Солис происходит из салемского дома, — мягко пояснила Ривер, и я мгновенно представила себе Солиса, горящего на костре. Очень долго горящего. Без надежды на милосердную смерть.

— Но ведь несколько тысячелетий тому назад в Америке не было никого, кроме коренных американцев, — удивленно заметил Чарльз. — Как же это возможно?

— Это долгая история, — ответил Солис, посмотрев на Ривер. — В любом случае, на сегодня прогулка под звездами отменяется.

Словно в подтверждение его слов снаружи раздался оглушительный удар грома. Мучительно сражаясь со вторым куском пирога, я слушала, как дождь зябко барабанит в окна.

Мне нужно было о многом подумать.

Позже, когда я выползла наружу после долгого обжигающего душа, в коридоре меня поджидала Ривер. Глаза ее смотрели серьезно, но ласково.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Да, — солгала я, вытирая полотенцем мокрые волосы. — С чего мне быть не в порядке?

Несколько мгновений она молчала, шагая рядом со мной по длинному коридору в мою комнату.

— Сегодня на тебя свалилось столько новой информации, — сказала она наконец.

— Ага, — распахнув дверь в свою комнату, я повесила мокрое полотенце на спинку стула около батареи. — Просто поразительно, какие у меня огромные пробелы в образовании. Зато я умею ругаться на восьми языках. Как минимум.

— Настасья... — Ривер заколебалась, глядя на меня. — Ты родилась в 1551 году. Где?

Сердце у меня сжалось и с глухим шлепком оборвалось. Поэтому я выпалила первое, что пришло мне в голову:

— В Японии.

Ривер сжала губы.

— Когда-нибудь тебе все равно придется об этом рассказать, милая.

— Рассказать о чем? — переспросила я, тупо уставившись на нее. Признаюсь без ложной скромности, что бессмысленные взгляды получаются у меня особенно убедительно.

Ривер кивнула, а потом вдруг обняла меня и погладила по мокрым волосам.

— Ложись спать. Завтра тебе идти на работу.

У меня вытянулось лицо — я успела совершенно забыть об этом. Ривер с улыбкой посмотрела на меня и вышла.

Мне нужно было подумать. Она ведь не пыталась выжать из меня правду, верно? А что бы я сделала, если бы она попыталась? Я была потрясена тем, что на свете существовало восемь различных домов, восемь совершенно разных путей истории. Наверное, эти восемь были самыми главными, сумевшими сосредоточить самую большую силу. Значит, должны существовать тысячи других домов, поменьше... Боже мой, за всю историю в мире существовало всего восемь тарак-синов. Откуда они взялись?

Я машинально запустила пальцы под тонкий хлопчатобумажный шарф. Я знала, где хранился тарак-син исландского дома. Он был выжжен на моей шее.

Не в силах устоять, я прислушалась и, убедившись, что за дверью все стихло, полезла под кровать. Нащупав незаметную трещину в плинтусе, я запустила в нее свои короткие ногти и потянула. Добравшись до дырки в полу, я снова ощутила под пальцами тяжелый золотой амулет, который всегда оставался теплым, где бы я ни находилась. Убедившись, что амулет в целости и сохранности, я поставила плинтус на место, плотно прижала к стене и нагребла на него пыли из-под кровати, чтобы не было заметно, что сюда кто-то лазил. Потом выбралась наружу и уселась на кровать.

Если мой амулет действительно был тарак-сином нашего дома, то он оказался гораздо ценнее и могущественнее, чем я думала. Из-за него была убита вся моя семья. Из-за него на нас напали захватчики. Из-за него они погибли в огне.

Интересно, догадывается ли кто-нибудь о том, что половина тарк-сина все еще существует? И самое главное — стоит ли эта половина того, чтобы за нее могли убить?

Глава 15

Не знаю, был ли старый Макинтер удивлен, увидев меня вовремя на следующее утро, но лично я была потрясена до глубины души. Ему потребовалось двадцать минут на то, чтобы объяснить мне принцип раскладки товара, пять минут на краткий инструктаж по обращению со старым-но-нисколько-не-очаровательным кассовым аппаратом, и сорок пять минут на то, чтобы запугать меня до полусмерти на случай, если мне придет фантазия украсть что-нибудь. Поскольку заднюю секцию, где хранились средства по рецептам, хозяин держал запертой на замок, то видимо, он опасался, как бы я не вынесла в сумке пачку «тампаксов», детское питание и пригоршню червей из ящика с наживкой. Ну и фиг с ним.

Закатав рукава своей сексуальной и соблазнительной фланелевой рубашки, я распечатала первую коробку с краской для волос «Гарнье Нутрисс» и начала гореть на работе.

Уйти с головой в эту нудную деятельность можно было, только выбросив из головы все другие мысли. И это полностью соответствовало моим намерениям. Прошлой ночью я залпом выпила чашку травяного чая и неожиданно крепко уснула — никаких кошмаров, никаких воспоминаний. Однако это не отменяло вопроса о том, что мне делать с этим знанием о восьми домах. Я имею в виду, как мне с этим смириться.

Мне нужно было слишком много узнать о моем собственном прошлом, о моем наследии. Короче говоря, обо всем том, о чем я никогда не хотела знать. О том, о чем боялась узнать. Мне нужно было узнать все о своем амулете. После всего, о чем мне вчера рассказали, моя паранойя поднялась на новую ступень. Вот веселье, а?