Увечный бог (ЛП) - Эриксон Стивен - Страница 222

  Они смешаются при первой серьезном натиске противника. Они видел их, стоящих вдоль пути морпехов и панцирников, видел их жалкие салюты. Ловки на отдачу чести, но лица пустые. Солдаты выглядят мертвецами. Каждый мужчина, каждая женщина.

  Лостара остановилась у шатра Адъюнкта, жестом предложила ему войти.

  Он прошел мимо нее.

  В шатре оставалась лишь одна комната - задние перегородки уже сняли, они были сложены у внешней стены. Тавора стояла к нему лицом. Больше не было никого, даже хитроглазого жреца; Лостара тоже не вошла следом.

  - Что такое, Адъюнкт? Мне есть чем заняться, если вы хотите построения и выхода до полудня.

  - Кулак Блистиг, я поручаю вам командовать центром. Справа будет Кулак Добряк, слева Кулак Фаредан Сорт. Вождь Желч будет командовать резервами - хундрилами, лучниками и застрельщиками.

  Он ошеломленно глядел на нее. - Вы описываете приготовление к битве. Но битвы не будет. Мы встретимся с Форкрул Ассейлами, а вы куда-то дели свой меч. Их колдовство нас подавит.

  Она твердо взирала на него. - Вы будете удерживать центр, Кулак. Единственная ваша задача в наступающем сражении. Вас атакуют нормальные солдаты - Колансе, регулярная армия. Ожидайте найти их высоко дисциплинированными и хорошо обученными. Если у врага будет тяжелая пехота, она наверняка ударит по вашим позициям. Вы не отступите ни на шаг, понятно?

  Блистиг стащил шлем, подумав, не швырнуть ли им в стоящую напротив женщину. Однако он лишь вцепился рукой в редеющие волосы. "Мог бы ее убить. Прямо здесь, в шатре. Но она купила их души, верно? Живым отсюда не выйти. Лучше ждать более удобного момента. Хотя... кого я пытаюсь обмануть?" - Поставьте меня там, Адъюнкт, и я воткну нож вам в спину, не успеют коланцы показаться на горизонте.

  Выражение ее лица заставило Блистига подумать: она проникла в его мысли, знает, как близко оказалась от смерти - но ей все равно. - Кулак, мне советовали оставить вас во главе гарнизона Арена. Шли разговоры о назначении вас городским Кулаком, а потом вас могли бы обучить и выдвинуть в Верховные Кулаки, назначить ответственным за все Семиградье. Понимаю, что это вполне бы вас устроило. До следующего мятежа.

  Блистиг проскрежетал: - К чему это, Адъюнкт?

  - Однако ваши доброжелатели - офицеры и чиновники Арена - не видели дальше городских стен. Они не могли вообразить, что джисталь Маллик Рель не хочет остаток дней гнить в тюремной камере или украсить своей головой пику на главных воротах. Иными словами, они не понимали степени влияния этого человека, уже перекупившего "Коготь", поставившего своих агентов у трона Лейсин.

  - Таким образом, - продолжала она, не спуская с офицера глаз, - его ненависть к вам и вашей... измене после падения Колтейна гарантировали скорое устранение. Вы не знаете, что до моего прибытия в Арен были предприняты три покушения на вашу жизнь. Все успешно предотвращены ценой жизни ценных агентов.

  Перевод в мое подчинение был единственным средством сохранить вам жизнь, Кулак Блистиг. В четвертый раз вас спасли в Малазе: не сумей мы уйти, вас бы арестовали и казнили. Вы можете думать, что я предприняла такие усилия, ценя вас как командира. И действительно, я до сих пор пребываю под впечатлением от вашего острого ума и решительности, с которой вы отказались сдать Арен бунтовщикам. Но это не основная причина, чтобы спасти вам жизнь. Маллик Рель, Верховный Кулак Корболо Дом и их клика пожелают исказить историю событий в Арене - преследование и погром виканов стали лишь началом.

  Кулак Блистиг, вы один из немногих, знающих истину. Я спасла вам жизнь, чтобы сохранить в живых истину.

  Он молча выслушал эту речь. Какая-то часть души желала не верить ни единому слову, желала громко назвать ее подлой и самолюбивой лгуньей. Но... как все это ей послужит ее интересам? Она ставит его во главе центра - вероятно, перед тяжелой пехотой врага - а малазанские солдаты его презирают. Она спасла ему жизнь, только чтобы погубить сейчас... и где в этом какой-то смысл? - Адъюнкт, вы ожидаете благодарностей?

  - Единственное, чего я ожидаю, Кулак - что вы приложите все свои способности, командуя центром.

  - Они за мной не пойдут.

  - Пойдут.

  - Почему бы?

  - Потому что не будет никого другого.

  "Никого?" - Где будете вы, Адъюнкт?

  - Я встречу Форкрул Ассейлов с их колдовством. Я буду бороться с силой их воли. Я помешаю им поразить солдат.

  - Но ты отдала треклятый меч, женщина!

  - Владение таким оружием оставляет некий эффект, Кулак. Да и не ваша это забота.

  - Если не провалишься. А ты провалишься.

  - Даже тогда, Кулак.

  Он прищурился. - Если только вы заберете их с собой. Адъюнкт, таков ваш план? Последняя жертва во имя армии, которая вас не любит? Которая не хотела приходить сюда? Которая даже не знает, за что дерется? И как, по-вашему, я и другие кулаки их удержат? Когда вы умрете и пропадете?

  - Вы противоречите сами себе, Кулак.

  Он пренебрежительно взмахнул рукой - так сильно, что засвистел воздух.

  Тавора вроде бы чуть вздрогнула, хотя тон слов противоречил такому впечатлению: - Держитесь наравне с флангами, Кулак.

  - Да нас порубят на куски.

  Она отвернулась, надела перчатки. - Если так, постарайтесь умирать как можно медленнее.

  Он вышел, не отсалютовав. Шлем болтался в руке.

  "Три неудачных покушения на мою жизнь? Перекупленный "Коготь"?

  Но кто же им помешал?"

  Банашар неподвижно стоял в двадцати шагах от ее шатра, пока все вокруг размеренно суетились. Он хотел быть тяжким камнем в потоке, на который можно встать обеими ногами, получив мгновение-другое отдыха. Но этот безжизненный остров обнаружен Лостарой Ииль - она подхватила его за руку и развернула. Хенар Вигальф ухмылялся рядом.

  - Что такое? - удивился Банашар, не особо сопротивляясь. Он только что заметил Блистига, вышагавшего из шатра мертвой походкой Т'лан Имасса, и думал, не войти ли снова, чтобы угадать суть произошедшего между ним и Адъюнктом. Вместо этого его куда-то потащили.

  Туда, где собралась группа офицеров. Скенроу, Рутан Гудд, Ребенд и Фаредан Сорт.

  Банашар попытался вырвать руку. - Вы забываете, что я не числюсь в армии.

  - Наше последнее совещание, - сказала Лостара. - Смейся или хмурься, Жрец, делай что хочешь. Но оно будет и ты примешь в нем участие.

  - Зачем?

  Они подошли к остальным; Банашар увидел на лицах ожидание, и ему захотелось спрятаться за щитом.

  Рутан Гудд, вцепившийся пальцами в бороду, заговорил первым: - Жрец. Мы все получили приказы. Вы будете рядом с Адъюнктом все время?

  "Время чего? Умирания?" - Не знаю. Сомневаюсь.

  - Почему? - резко, обвиняюще бросила Фаредан Сорт.

  Он пожал плечами: - Полагаю, она будет сражаться. Скорее всего.

  Лостара Ииль откашлялась в наступившей тишине. - Мне, Хенару и Рутану Гудду приказано находиться рядом с ней неотлучно.

  - Имеет смысл, - отозвался Банашар.

  - Из-за Форкрул Ассейлов, да?

  В ответ Банашар только снова пожал плечами.

  - Она где-то оставила свой меч, - сказала Сорт. - Как она намерена отбивать колдовство Ассейлов?

  - Не знаю.

  Ребенд грубо выругалась и, казалось, решила уйти, но Скенроу покачала головой, и капитан, состроив гримасу, подчинилась.

  Лостара смотрела Банашару в глаза; он видел ее страх. - Жрец, не думаю, что я способна на еще один Танец Теней. Не так, как тогда. Если она именно этого ждет... против Форкрул Ассейлов...

  - Капитан, я не знаю, чего она ждет, - спокойно сказал Банашар. - Вы с Рутаном Гуддом показали необычайные способности. Поэтому она хочет иметь вас рядом? Думаю, да. В миг наивысшей нужды она глядит на вас. Неужели она не права?