Увечный бог (ЛП) - Эриксон Стивен - Страница 196

  Какой-то водраз карабкался по ступеням, используя и руки и ноги; он дышал тяжело и хрипло. Сестра Почтенная нетерпеливо его ожидала. "Даже с нашей благой кровью... человеческое так ослабляет их!"

  - Возлюбленная Сестра!

  - Я здесь, - бросила она.

  - Вернулись разведчики! Армия на юге!..

  - Да, вижу.

  - Это гигантские ящеры! Тысячи гигантских ящеров!

  Сестра Почтенная пошатнулась. Затем в приливе лихорадочной силы послала чувства навстречу армии - разум ее тянется, ищет..."Вот! Присутствие... еще немного, дальше.... касаюсь..." Она закричала. "Матрона! Но матрон не осталось! На'рхук обещали! К'чайн Че'малле истреблены!" Она поняла, что сказала это вслух, поглядела вниз, в распахнутые глаза мужчины на коленях. - Вернись к укреплениям, зарядить онагры! К'чайн Че'малле не будут терять времени - никогда не теряют. Иди!

  И снова Почтенная закрыла глаза, стараясь утишить бешеный стук сердец, словно столкнувшихся в несогласии и панике. "Брат Старательный, услышь мой крик! Нас обманули! Враг перед тобой выполняет отвлекающий маневр, забудь о нем! Призываю тебя и большую часть армии - на нас идут К'чайн Че'малле!" Отпустив силу, сдерживая дыхание, она ожидала ответа брата.

  Но не получала... ничего.

  Сеток сидела на корточках у края оборонительного вала и мрачными глазами наблюдала, как спускается брат Старательный. - Не твое место, - шепнула она. - Ты еще не чувствуешь? Волки заняли это логово, которое вы так любезно для нас сделали. И мы будем ждать в нем, пока не придет время.

  Развернувшись, она обвела взором братьев и сестер. Почуяла их беспокойство, кислой вонью вздымавшееся над лабиринтом траншей, из пыльных дыр в камне и мертвой земле. Многие смотрели через долину, туда, где спускались армии Болкандо и Летера. Солдаты выражали недовольство, поняв, что против центра не выставлен ни один легион противника. Ну, не только недовольство - она видела торопливо скрываемые гримасы облегчения, этот запах стал более тонкой и слабой эманацией.

  "Когда волки входят в тебя, ты слышишь и чуешь намного больше, зрение кажется не самым лучшим чувством, скорее слепым щенком перед ликом истины. Нет, с духами внутри лучше. Много лучше".

  Брат Старательный спустился, Танакалиан тоже вылез, вначале оглядев приближающегося Форкрул Ассейла, затем повернувшись к Сеток. Подошел ближе, но не так близко, чтобы она могла прыгнуть и сомкнуть клыки на горле. Заметив это, она не удивилась.

  - Дестриант Сеток. Нам готовы бросить вызов.

  Она ощерилась.

  Его лицо скомкалось в гримасе. - Слушайте! Какая польза, если вы сможете лишь щетиниться и рычать? Он использует Аграст Корвалайн - вы понимаете?

  - Но что вызывает в тебе страх, Надежный Щит?

  - Ассейл ничего не знает о К'чайн Че'малле, понятно? Я утаил.

  - Зачем?

  - Нам не будет добра, если Ассейлы выиграют в битве. Верно?

  Она склонила голову набок. - Не будет?

  - Мы всё еще балансируем на острие ножа, или вы забыли? Что мы сделаем, что скажем - все падет на нас. Здесь. Сейчас.

  - Надежный Щит, - она замолчала, зевая, - Надежный Щит, зачем ты изгнал Смертного Меча Кругхеву?

  - Она нарушила святой обет, Дестриант. Я уже вам говорил.

  - Поклявшись в верности женщине-Адъюнкту.

  - Да.

  - А все эти летерийцы и болкандийцы - они ей союзники? Союзники Адъюнкта? - Она видела, что мужчина все сильнее раздражается, но не беспокоилась.

  - Я уже говорил.

  - Ты боишься Брата Старательного? Вижу, боишься. Он сможет... покорить нас. Но, Надежный Щит, хочу знать: кого ты боишься больше? Адъюнкта или Брата?

  Танакалиан глянул вверх (Старательный почти дошел до их земляных укреплений) и снова на нее. - Адъюнкт мертва.

  - Ты не можешь знать. К тому же, это не относится к делу. Ну?

  Губы его скривились. - Если говорить о насущном, то Брата Старательного. - Он так и сочился злобой. Она отлично понимала все мысли и эмоции, сотрясавшие этого человека.

  Сеток кивнула и встала. Прогнулась, вытянула руки и ноги. - Насущное - ложь. Один близко, другая очень далеко. Так что... боишься того, кто ближе. Но, видишь ли, есть два типа насущности. То, что важно сейчас - и то, что будет в самом конце.

  Глаза Танакалиана сузились, она видела - он вздрогнул, он думает, и думает напряженно.

  - Итак, давай забудем нынешний миг и перейдем к концу всего. В конце, Надежный Щит, кого ты будешь бояться сильнее? Вон его, Брата Старательного, или Адъюнкта? - Послышались возгласы из окопов - полные удивления и даже ликования. Она улыбнулась: - Или Смертного Меча, который сейчас возвращается к нам?

  Вдруг побелев, Танакалиан вскочил на ближайшую насыпь, поглядел на долину Благого Дара. И замер на дюжину ударов сердца. Потом поглядел на Сеток: - Где будешь ты, Дестриант?

  - Я буду с Волками.

  Торжество сверкнуло в его глазах.

  - Но, - продолжила она, - это лишь половина вопроса, не так ли?

  Он нахмурился.

  - Теперь ты должен спросить: где будут Волки?

  Он почти зарычал -"ах, проснулись все звери внутри него!" - и ответил: - Я отлично знаю их место, Сеток.

  - Нет, - уточнила Сеток, - ты думаешь, будто знаешь. - Она спрыгнула, перебежала на другую сторону форта, туда, где оканчивалась извитая тропка. Подняла голову, раскинула руки и крикнула: - Брат! Не подходи! Тебе здесь не рады!

  Старательный был еще в пятидесяти шагах, но остановился в очевидном удивлении.

  Она ощутила, что он пробуждает силу голоса.

  И, в момент, кода он начал высвобождать ее, Сеток разинула глотку и зарычала голосами десяти тысяч призрачных волков.

  Звук стал взрывом, поднявшим Старательного и уронившим спиной на земляные ступени. В онемелой тишине Сеток прокричала снова: - Тебе здесь не рады! Иди назад к своим рабам, Брат!

  Не заметно было, что Форкрул Ассейл ее слышит. Он лежал раскинув руки, неподвижный. Судимы сбегались к нему с боковых ходов и сверху. Очень скоро они сомкнулись и подняли его, затаскивая по ступеням.

  Удовлетворенная Сеток отвернулась.

  Вся армия Напасти смотрела на нее, каждый солдат. У ближайших, видела она, кровь сочится ушей, из ноздрей. Она видела разбитые лица, покрасневшие глаза. Когда Сеток снова простерла руки, солдаты явно дрогнули. - Никакая чуждая магия не будет владеть нами, - сказала она и ткнула пальцем: - Приближается Смертный Меч. Мы будем приветствовать ее. По делам сего дня мы узнаем судьбу.

  - Дестриант! - крикнул кто-то из окопа. - Что мы выберем? За кем пойдем?

  Танакалиан резко повернулся на зов, но возможности выделить говорившего из общей массы не было.

  - Я Дестриант Волков, - отвечала Сеток. - Я не Серый Шлем, не сестра вам. Я не вашей стаи, и не мне говорить, кто вожак в этой стае.

  - С кем мы сразимся, Дестриант? С кем сразимся?

  Сеток мельком посмотрела на Танакалиана. - Иногда даже волки видят ценность в отказе от сражения.

  Так она дала ему то, что он хотел услышать перед назревающим столкновением. Ибо Сеток уже чуяла Смертного Меча. И эта женщина... "эта женщина создана для войны".

  Внутри призрачные волки приблизились, даруя ей неизмеримое тепло. Отзвуки воя не угасали - даже духи были удивлены их силой. "Но не я. Это мое логово и мы его защитим".

  В ушах еще звенел священный зов. Кругхева замедлила бег коня. Перед ней по линии вала перед окопами стояли братья и сестры - те, кого она знала и любила многие годы. Еще слишком далеко, чтобы различить выражения лиц, понять, вызвал ее приход радость или ярость. Но даже ярость ее не отпугнет. Она пришла сражаться за свой народ, и пусть Танакалиан злобно высмеивает ее веру в героизм - да, в героизме и лежит единственная основа ее религии - она знает: следующие мгновения станут испытанием тяжелее любой пережитой битвы.