Дань псам (ЛП) - Эриксон Стивен - Страница 137

Блаженство согретого солнцем пляжа на далеком островке быстро утомило людей, привыкших к лишениям и приключениям. Чем меньше остров, тем скорее приедается. Так решил Грантл, в тридцатый раз обогнув белую кромку берега и начав восхищаться следами своих ног — особенно когда они причудливым узором пересекали следы предыдущие. Он утомился, отупел, так что ему не сразу пришло в голову остановиться и обернуться, узнать, кто идет сзади.

Мастер Квел, потный и сопящий, сражался с мягким песком. Наверное, так он сражался всю свою жизнь — вымучивая шаг за шагом. Одна сторона его тела — лицо, шея, предплечье и лодыжка — обгорела (результат сна в непродуманной позе). Он уже давно брел за Грантлом, о чем можно было судить по следам, описавшим полный круг. Не разумнее ли было просто крикнуть, привлечь его внимание? Если бы Грантл на заметил чужие следы на своих собственных, они могли бы шагать целый день — один в преследовании, другой попросту двигаясь с недоступной второму скоростью.

— Всего лишь крикнуть, — сказал он, когда маг подошел ближе.

— Я не хотел, пф… привлечь ненужное, пф… внимание к нашим особам.

— Звучит как-то странно.

— Мне нужно пописать.

— Ну…

— Не могу. Вернее, могу, но время от времени. Обычно как раз тогда, когда забываюсь.

— А. Целитель мог бы…

— Да, да, знаю. Забудем. Послушай…

— Мастер Квел, — сказал Грантл, — это не лучший способ избегать ненужного внимания. Остальные сидят в тени повозки и уже давно следят за нами. По крайней мере, за мной. Братья Бревно машут руками всякий раз, когда прохожу мимо.

Оба подняли головы: действительно, Джула и Амба помахали руками.

Мастер Квел провел рукой по двуцветному, опухшему лицу. — Мне нужно сопровождение.

— Для чего? Куда?

— Назад во владения мертвых. Нет, не в карете. Только мы с тобой, Грантл. Нужно понять, что там творится. Нужно просто… э… проскользнуть. Быстро оглядеться и назад.

— И тогда?

Брови Квела взлетели: — Тогда? Ну, мы, разумеется, продолжим путь.

— Вы хотите, чтобы я сопроводил вас в Королевство Худа. В каком качестве? Телохранителя?

Маг ощетинился: — Соглашение долевого участия, тобой подписанное, предусматривает выполнение отдельных поручений по усмотрению Навигатора.

Грантл пожал плечами: — Я всего лишь гадаю, Мастер Квел, в каком качестве могу понадобиться, учитывая, что владения Худа кишат массами гнусных обезумевших трупов.

— Я же сказал, мы пройдем по-тихому!

— Может, спросим прихваченного пассажира?

— Как? Он еще здесь?

— Под пальмами.

— Под пальмами? Только мертвец может быть таким глупцом. Ладно, давай посмотрим, что получится — но все же мне нужно увидеть вещи своими глазами.

Остальная команда и Маппо следили, как они подходят к тени двух пальм и останавливаются — нервно — перед иссохшим, тощим мертвецом. Он складывал орехи в пирамиды, словно снаряды для катапульты. Неупокоенный работал, не обращая внимания на гостей. Еще один орех тяжело плюхнулся на песок, заставив Грантла и Квела вздрогнуть.

— Ты, — начал Квел.

Мертвое лицо вгляделось дырами глазниц: — Вам нравится? Порядок. Люблю порядок.

— Рад за тебя, — пробормотал Квел. — Давно ли ты мертв?

— Долог ли стержневой корень?

— Что? Ну, покажи мне его, и я догадаюсь.

— Он в три раза длиннее верхней части. По крайней мере у куста береки. Верно ли соотношение для иных растений? Может, изучить?

— Нет. То есть потом. Слушай, ты маршировал со всеми прочими обитателями королевства Худа. Куда? Куда вы все шли? Или откуда? Не сам ли Худ вас призвал? Он стал командиром армии мертвецов?

— Худ никогда не командует.

— Я так и думал. Но…

— Но теперь командует.

Глаза Квела выпучились. — Теперь?

— Насколько широко небо? Насколько глубок океан? Я думаю об этом все время…

Грантл заметил, что Мастер разевает рот, подобно выброшенной на берег рыбе, и вмешался: — Как вас звали при жизни, сэр?

— Имя? Не помню. Не помню, как жил. Но имя должно было быть. Мое имя Картограф.

— Звучит скорее как профессия.

Труп почесал лоб, отшелушивая слои кожи. — Точно. Необычайное совпадение. О чем думали родители?

— Похоже, вы спутали. Может, вы были картографом, обученным делать карты и прочее.

— Разве не мудро назвать меня так? Умные у меня родители.

— Что Худ приказал вам, Картограф?

— Ну, сказал «Приди» и всё. Такая команда не порождает смущения и не требует толкования. Простая команда. Думаю, ее даже собаки понимают. Собаки и акулы. На берегу я нашел семнадцать видов моллюсков. Доказательство, что мир круглый.

Еще один орех упал на песок.

— Мы тревожим остров присутствием, — заявил Картограф. — Деревья так рассердились, что стараются нас убить. Ну, я-то уже мертв. — Он встал на ноги, роняя кусочки плоти, стряхнул с рук песок и кожу. — Можем идти?

— Да, — ответил Мастер Квел, хотя глаза его все еще были малость безумными. — Мы отправляемся назад во владения Худа и будем рады захватить тебя.

— О нет, я назад не пойду. Еще не время.

— Пойдешь, как раз самое время.

— Нет, не пойду, ибо еще не время. Худ отдал мне второй приказ. Он сказал «Уйди», и я так и сделал. Еще не время. До времени я останусь с вами.

— Всякий, кто едет в экипаже, — зарычал Квел, — должен отрабатывать привилегию.

— Да, я уже начинаю. — Он показал рукой на гору орехов. — К бокам вашего экипажа привязаны сетки, очевидно, чтобы смогли удержаться люди. Раз нам надо пересечь воду, следует набить сетки орехами. Если кто-то свалится, то использует их как спасательное средство. — Он снова неловко помахал руками. — И нужно привязать линь для притягивания.

— Может сработать, — сказал Грантл.

— О боги, — пробормотал Квел. — Ладно, я не стану спорить с мертвым. Грантл, готовь оружие. Мы уже идем.

— Оружие?

— На всякий случай. А теперь кончайте проклятые разговоры!

Квел создал портал в садок Худа — всего лишь узкую, длинную прорезь, разошедшуюся как занавес. Из портала дохнуло затхлым, песок взвихрился. У Грантла защипало в глазах. Проходя вслед магу, он бросил взгляд назад. И увидел, как Амба и Джула машут руками.

Они вышли на вершину холма, одного из холмов длинной гряды. Каждый был так похож на все остальные, что могло показаться — это курганы. Хотя зачем нужны курганы в стране мертвых, Грантл не мог вообразить.

Простиравшуюся внизу речную долину заполнили десятки тысяч марширующих серых фигур. Рваные стяги свисали с шестов, словно ветер не мог потревожить их. Тускло блестело оружие.

— Боги подлые, — вздохнул Мастер Квел. — Он собирает целое полчище.

— Похоже, — согласился Грантл, чувствовавший себя идиотом с двумя саблями в руках. И вложил клинки в болтавшиеся у пояса ножны. — Сойдем вниз?

— Что-то не хочется.

— Правильно. Все увидели? Можно уходить, Мастер Квел?

— Смотри, приближается всадник.

Конь был столь же очевидно мертвым, как и его всадник, тощим и дряхлым. Грива его вылезла клочьями. На коне, как и на седоке, были доспехи. Рваные клочья дубленой кожи плескались по ветру, пока они взбирались по склону. За спиной всадника дырявыми крыльями вился плащ. Когда он оказался близко, изо рта Грантла вырвалось ругательство. — Он в маске! Это чертов сегуле! — Он потянулся к саблям…

— Божье дыхание, Грантл! Не надо!

Опустить руки удалось с трудом. Кровь Грантла кипела в жилах — внутренний зверь желал проснуться, поднять шерсть и оскалить клыки. Зверь желал бросить вызов этой… вещи. Он дрожал, но не сделал и шага, когда всадник оказался на гребне, в дюжине шагов от них, натянул поводья, разворачивая коня.

— Ого, здесь живые! — заревел сегуле, задирая голову набок и дико хохоча. Затем он склонился в седле и покачал головой. Грязные волосы качались, словно веревки. — Ну, — произнес он насмешливо, — не вполне живые. Хотя достаточно. Скажите, смертные, вам нравится моя армия? Мне — да. Знаете ли вы, с чем должен вести битву командир, вести яростнее, чем с врагом по ту сторону поля, яростнее чем с кризисом воли и доверия к себе, с неудачной погодой, недостатками снабжения, заразой и всем прочим? Знаете ли, друзья, с чем командиру суждено вести вечную войну? Я скажу. Истинный враг — страх. Страх, осаждающий каждого солдата, даже животных, на которых они скачут. — Подняв закрытую перчаткой руку, он махнул в сторону долины: — Но не такова эта армия. О нет! Страх принадлежит живым.