Полуночный Прилив (ЛП) - Эриксон Стивен - Страница 106

Дети помогают ставить палатки. Оторваны от привычной жизни, приобретают новую форму. Если игра провалится…

Фир стоял около почти погасшего костра. Дымок обвивал его ноги. Рядом были двое присланных императором к'риснан ов и Ханради Халаг.

К ним подходил Жекк: копна волос, пронизанная седыми прядями, будто полосами железа, на плоском лице следы бесчисленных ранений. На безрукавку из кожи тюленя нашиты раковины. С пояса свисают и другие трофеи — куски эдурских доспехов, каменья. Славная память о победах. Как там его назвал Ханради? Б» нагга — доминант.

Радужки Жекка были желтоватыми, на серых склерах виднелись синие жилки сосудов. В этих глазах светилось что-то безумное. Подпиленные зубы оскалились в дерзкой ухмылке. — Тот, кого не смогли победить!

Тралл оскалился: — На юге не будет ледяных полей, Жекк.

— Привет, Убийца! Чесотка и лишай — вот единственное, что нас страшит. — Широкая улыбка подчеркнула шутливость слов. — Фир Сенгар, можешь гордиться своим братом. Снова и снова мои воины стремились превзойти его в поединках, в том и ином обличье — он не отступал. Он побил всех. Никогда прежде мы не видели такого упорства, такого мастерства.

— Среди всех, кого я учил, Б» нагга, — отозвался Фир, — Тралл остается лучшим.

Тралл уставился на брата. Лицо его омрачилось недоверием. — Достаточно. Наш император говорит через духов? Он выразил удовлетворение неудачей летерийцев? Он плюет на наши потери?

Ему ответил один из к'риснан ов: — Тралл Сенгар, мы не потеряли ни одного Эдур. Благодаря Халлу Беддикту.

— О да, предателю. А как насчет оставшихся в селе нереков?

Ведун пожал плечами: — Мы не командуем ими.

— Остуди гнев, брат, — произнес Фир. — Опустошение причинили летерийцы, не мы сами.

— Да. И теперь наш черед?

— Да. Духи сообщили, что к перевалам приближается армия.

«Так скоро!»

«нагга захохотал. — Устроим засаду? Мне послать волков?

— Они не дошли до моста, — ответил Фир. — Но полагаю, они захотят помешать нам его перейти. Надо успеть раньше. Хотя сейчас они идут медленно и, кажется, не ждут сопротивления.

— Пока все ясно, — сказал Ханради. — Какой командир решится искать боя с врагом, засевшим сверху? Это пробное наступление. Одна атака — и они отступят. В Высокий Форт. Фир, нужно все время пускать им кровь.

— Б» нагга, пошли вперед половину своих. Пусть наблюдают за врагом, оставаясь незамеченными.

Снова вмешался к'риснан: — Фир, к этой армии должны быть приставлены маги.

Фир кивнул: — Отзовите призраков, кроме дюжины или около того. Я хочу внушить мысль, что это просто обитатели здешних земель. Пусть враг ничего не подозревает. Ханради Халаг, воины должны быть готовы к походу. Их поведешь ты.

— Мы сможем выйти к полудню.

Тралл посмотрел в спину уходящему меруде. — Те маги могут стать проблемой.

К'риснан хмыкнул: — Тралл Сенгар, мы равны им.

Тралл поглядел на молодых колдунов. Сыновья вождей. Погодки Рулада. Улыбка к'риснан а была понимающей. — Мы связаны с Ханнаном Мосагом и через него с самим Императором. Тралл Сенгар, послушная нам сила мощнее и опаснее всего, что было ранее доступно народу Эдур.

— И это вас не заботит? Каковы аспекты новой силы? Что о ней знаете вы? Ханнан Мосаг? Рулад?

— Сила приходит к императору через меч, — ответил к'риснан.

— Это не ответ…

— Тралл! — крикнул Фир. — Хватит. Я повелел тебе собрать отряд из жителей нашего села. Ты сделал это?

Тралл кивнул.

— Веди их к мосту. Займи удобную позицию на том берегу и жди подхода сил Ханради. Они не замедлят.

— А если летерийцы послали вперед разведку?

— Оцени их силы и действуй по обстановке. Но, Тралл — не надо «смертельных битв». Врага остановит и простой набег, особенно если он не знает величины твоих сил. Теперь собери воинов и иди.

— Слушаюсь.

Возвращаясь к своему отряду, Тралл повторял себе: смысла спорить не было. Никто не желает слушать. Независимость мышления отброшена с ужасающей покорностью — так ему казалось — и вместо нее родилась тупая готовность не задавать вопросов. Тралл чувствовал себя беспомощным. Он не мог молчать, хотя видел в лицах окружающих гнев — гнев, которому он может бросить вызов, заявить, что смеет думать не так, как они все и тем поколебать их уверенность…

В нем нарастало побуждение действовать, и чем сильнее он сопротивлялся ему, тем сильнее становилось желание. Ему казалось, что они стали «реакционерами», а он — участником «крайней оппозиции». И еще ему казалось, что он проигрывает битву против всеобщей упрямой косности.

В несогласии нет ничего ценного. Единственным итогом станет изоляция и потеря доверия.

Его воины уже готовы: снаряжение упаковано, оружие проверено. Тралл знал каждого по имени и полагал, что достиг власти благодаря не умению, а положению в племени. Поэтому, помнил он, многие принимают его командование неохотно. К тому же его недовольство грядущей войной стало широко известным. Но все-таки они пойдут за ним.

Среди них нет ни одного благороднорожденного.

Тралл подошел к воину, которого выбрал в капитаны. Алрада Ан тренировался вместе с Траллом, избрав излюбленным оружием саблю меруде. Он был левшой — редкость среди Эдур — и в правой руке обычно держал короткий широкий нож для ближнего боя. Эфес его сабли был унизан шипами, предназначенными для захвата вражеских клинков и копий. Постоянные упражнения над такой тактикой боя сделали левую руку почти в два раза толще правой. Тралл не раз наблюдал, как учебные копья громко щелкают, ломаясь при провороте сабли Алрады.

Воин его ненавидел, и причины этого Траллу так и не довелось узнать. Он подумал, что сейчас Алрада, несомненно, нашел новую причину.

— Капитан.

Серые глаза не желали встречать его взгляд. Как и всегда. Кожа у Алрады более темная, чем у всех знакомых Траллу Эдур. В длинных, свободно висящих волосах видны белые пряди. Вокруг кишат теневые духи — еще одна странность этого мужа. — Вожак, — ответил он.

— Сообщите сержантам, что мы выходим. Брать минимум снаряжения — нужна скорость.

— Все уже готовы. Ждем вас.

Тралл прошел к своим припасам, взвалил на плечо тюк, выбрал из связки четыре копья. Все оставленное позади подберут рабы — летерийцы, принесут в главный лагерь. Он будет осторожно переноситься к югу, вслед наступающим силам Тралла и Ханради.

Тралл обернулся и увидел, что на него устремлены глаза всех воинов.

— Воины, нам придется бежать. После прохождения перевала каждый взвод сойдет с тракта и выберет свой путь к мосту. Поэтому вы должны быть и быстрыми, и молчаливыми.

Отозвался сержант: — Вожак, если мы сойдем с тракта, мы замедлимся.

— Тогда надо выйти поскорее.

— Вожак, — настаивал сержант, — мы потеряем скорость…

— Канарт, я не доверяю дорогам за перевалами. А теперь в путь. — Он мысленно проклял себя. Вожак не должен разъяснять причин. Достаточно приказа. Как и сержант не должен открыто возражать командиру, добавил он. Начало неудачное.

Один взвод шел впереди, за ним Тралл, за ним остальные взводы. Алрада занял место в арьергарде. Отряд пустился бегом. Лагерь быстро исчез сзади. Затем они миновали и силы Ханради (его воины заблаговременно расступились, образовав коридор).

Тралл нашел удовлетворение и облегчение в быстром беге. Рассудок смог затеряться в энергичном ритме; леса проносились мимо, деревья становились все ниже и тоньше — они приближались к гребню перевала. Солнце светило с безоблачного неба.

Где-то в середине утренних часов они остановились на южном склоне. Тралл с радостью увидел, что никто из воинов не сбил дыхания. Наоборот, они вздыхали глубоко и ритмично, чтобы успокоить биение сердец. Жара и усталость покрыли всех коркой пота. Воины попили воды, съели немного сушеного лосося и хлебцев с кедровой пастой.

Отдохнув и подкрепившись, воины снова разошлись повзводно и, не дожидаясь приказа, рассеялись по лесу в обе стороны от дороги.