История с привидениями - Страуб Питер - Страница 25

— Этот ничего не вспомнит, — Хардести грузно опустился на стул, шлепнув свой «стетсон» поверх шляпы Сирса. Тот осторожно пододвинул шляпу к себе, пока шериф наливал пива в бокал.

— Я хочу повторить вопрос моего компаньона: зачем мы здесь?

— Мистер Джеймс, я хочу вам что-то сказать. Мы никогда не найдем, кто или что убило овец Элмера, — он сделал большой глоток.

— Нет? — наконец-то у Сирса пробудился интерес.

— Нет. Это случается не в первый раз.

— Разве? — Рики присел. — Неужели в Милберне были еще такие случаи?

— Не здесь. В других частях страны. Вы помните, я ездил на полицейский съезд в Канзас-Сити. Хорошая была поездка, — Рики помнил это, поскольку после возвращения шериф отчитывался перед десятком организаций, оплативших его командировку, а в одной из них состоял Рики (это был местный Ротари-клуб). Шериф выступал там с докладом о «современных средствах защиты порядка в малых городах Америки».

— Так вот, — продолжал Хардести, сжимая бутылку одной рукой, как пирожок, — как-то в отеле я говорил с целой кучей шерифов — из Канзаса, из Миссури, из Миннесоты и из других мест. Они рассказывали о разных нераскрытых преступлениях, и в том числе о таких вещах, какие мы сегодня видели. Мертвые животные в поле, чистые разрезы, как будто их оперировал хирург, и никакой крови. «Обескровливание» — вот как это называется. В конце 60-х в долине Огайо было несколько таких случаев. Лошади, коровы, собаки, но овец не было. Тут мы первые. В Канзас-Сити такое случилось всего за год до конференции, под Рождество.

— Чушь какая-то, — сказал Сирс.

— Извините, мистер Джеймс. Это не чушь. Можете прочитать об этом в «Канзас-Сити Тайме» за декабрь 3 года. Несколько мертвых коров, без всяких следов, без крови и на свежем снегу, как у нас, — он посмотрел на Рики и отхлебнул пива.

— И никого не арестовали? — спросил Рики.

— Нет. Во всех случаях никого не нашли.

Словно что-то плохое пришло в город, отметилось и ушло опять.

Что? — воскликнул Сирс. — Вампиры?

Демоны?

— Я этого не говорил. Черт, я не верю в вампиров, как и в того монстра в шотландском озере. Но никаких других объяснений нет. Я уверен, что мы никого не найдем. Не знаю, как сказать об этом Элмеру.

— Это все, что вы собираетесь делать?

— Ну я могу послать человека опросить народ на соседних фермах, но не думаю, что это что-то даст.

— И вы привели нас сюда, чтобы это сказать?

— Получается, что так.

— Пошли, Рики, — Сирс отодвинул стул и взял шляпу.

— А я думал, что два главных городских юриста могут мне что-нибудь сказать.

— Я могу, но сомневаюсь, что вы меня послушаете.

— Не так сурово, мистер Джеймс. В конечном счете, мы ведь на одной стороне.

— И что мы должны вам сказать? — вмешался Рики.

— Что вы знаете обо всем этом. Я ведь заметил, как вы застыли, когда Элмер рассказывал. Вы видели или слышали что-то, о чем не хотели говорить при нем. Но, может быть, вы скажете об этом вашему шерифу?

Сирс встают. — Я видел четырех мертвых овец. Я ничего не знаю.

Это все, Уолт. Рики, поехали, нас ждут дела.

— А он прав, — они свернули на Уит-роу. Справа над ними нависла серая громада св. Михаила; фигуры святых над входом надели шапки и плащи из свежего снега.

— Насчет чего? — спросил Сирс.

— Насчет того, что видел Элмер.

— Ну уж если это ясно Уолту Хардести, то ясно и любому дураку.

— Так ты видел что-нибудь?

— Видел, только не наяву. Это была галлюцинация. Похоже, я устал и еще та история подействовала.

Рики осторожно подогнал машину к фасаду их офиса.

Сирс взялся за ручку, но не двигался; Рики показалось, что он уже жалеет о том, что сказал.

— Похоже, ты видел то же самое, что наш Вергилий?

— Да, видел. Вернее, чувствовал, но я знаю, что это было, — он кашлянул. — Я видел Фенни Бэйта.

— Того мальчика из твоей истории?

— Да, которого я убил… дал убить.

Сирс уронил руку на сиденье. Наконец-то он смог говорить.

— Я не был уверен, что… — Рики прервался, зная, что нарушает неписаное правило Клуба Чепухи.

— Что это подлинная история? Нет, Рики, она подлинная. Фенни Бэйт жил, а потом умер.

Рики вспомнил освещенное окошко библиотеки Сирса.

— Ты видел его из окна?

Сирс покачал головой.

— Я поднимался наверх. Было уже поздно, около двух ночи. Я вымыл посуду и уснул прямо в кресле. Плохо себя чувствовал. Мне стало бы еще хуже, если бы я знал, что Элмер Скэйлс разбудит меня в семь утра. Ну так вот, я выключил свет в библиотеке и пошел наверх. И он был там, сидел на лестнице. Было похоже, что он спал. Он был одет в те же лохмотья, в которых я его помнил, и босой.

— Что ты сделал?

— Я слишком испугался, чтобы что-то делать. Я ведь уже не двадцатилетний здоровяк, Рики. Я просто стоял там, не в силах пошевелиться. Потом взялся за перила, чтобы не упасть, и тут он проснулся, — Сирс сжал руки так, что побелели пальцы. — У него не было глаз. Только дыры.

И то, что осталось от его лица… улыбалось. Господи, Рики. Он хотел играть.

— Что?

— Я тогда так подумал. У меня в голове все спуталось. Когда он — эта галлюцинация — встал, я сбежал вниз и заперся в библиотеке. Я так и уснул там, на диване. У меня было чувство, что он ушел, но я не мог заставить себя подойти к лестнице. Потом я заснул и увидел сон, про который уже говорил. Утром я понял, конечно, что случилось. Это было видение, и я не думаю, что оно входит в компетенцию Уолта Хардести.

— О, Боже, Сирс!

— Забудь об этом, Рики. Просто забудь. По крайней мере, пока не приедет молодой Вандерли.

О Боже она движется она же мертвая она не может, — снова пронеслось у него в мозгу, и он оторвал взгляд от панели управления и посмотрел прямо в бледное лицо компаньона.

— Хватит, — сказал Сирс. — С меня хватит.…

Сперва ее ноги…

— Сирс.

— Я не могу, Рики, — Сирс полез к выходу.

Рики вышел со своей стороны и посмотрел на Сирса, высокого представительного старика в черном, и на миг увидел на его лице восковые черты из своего сна. Да и знакомые здания вокруг казались такими же призрачными, будто весь город тоже умер.

— Но я скажу тебе одну вещь, — проговорил Сирс. — Я очень хочу, чтобы Эдвард был жив. Я часто хочу этого.