Глотка - Страуб Питер - Страница 160

– Так точно.

– Так мне еще повезло, что вы не пристрелили меня.

– Из чего?

– Ну и ночку вы выбрали для своих исследований.

– Так значит, вы не Филдинг Бандольер?

Луч фонаря снова ударил мне в лицо. Я выставил руку вперед, защищая глаза.

– Рэнсом тоже пришел с вами? В кинотеатре есть кто-то еще?

Страх пронзил меня, словно электрический ток. Я закрыл лицо рукой.

– Я один. Джона все это больше не интересует.

– О'кей, – луч фонаря опустился мне на грудь. – Я устал от этой истории с Филдингом Бандольером. Не хочу больше слышать о нем ни от вас, ни от кого другого.

– Так вы узнали о кинотеатре из телефонного звонка?

– Узнал о чем? – он подождал немного, а когда я ничего не ответил, сказал. – Звонивший просил встретиться с ним здесь. Я подумал, что это, мягко говоря, несколько необычно, и проверил, кому принадлежит здание. Насколько я знаю, вы слышали о компании «Элви холдингс».

– Вы получили подтверждение от Хаббела, который был начальником призывного пункта Франклина Бачелора?

– Мы не говорили ни с каким Хаббелом. Маккендлесс сказал, что сам займется этим, а потом отложил.

– Маккендлесс, – произнес я.

Хоган ничего не сказал. Он обернулся и посветил фонарем в сторону лестницы.

– Не знаю, почему мы стоим здесь в темноте. Там на стене рядом с лестницей выключатель. Пойдите включите свет, хорошо?

– Не думаю, то это очень удачная идея.

– Сделайте это.

Он освещал фонариком мой путь. Я все время пытался угадать, где же спрятался Том. Когда я добрался до лестницы, Хоган посветил на выключатель.

– А что если кто-нибудь появится?

– Кто бы это мог быть?

Я набрал в легкие побольше воздуху.

– Росс Маккендлесс. Он убийца. И если кто-то обзвонил детективов в надежде выманить сюда того, кого надо, то, – несмотря даже на то, что он уже забрал бумаги, – он должен появиться, чтобы убить звонившего.

– Включайте свет, – сказал Хоган.

Я подчинился.

19

Голые электрические лампочки, висевшие над самой лестницей, над печкой, над коробкой с трафаретами и где-то еще в глубине подвала, излучали достаточно света, чтобы заставить меня зажмуриться. При свете подвал оказался гораздо больше и гораздо грязнее, чем я ожидал. Он был ярко освещен под лампочками, в углах прятались тени, но, в общем, видно было все. С проводов и с лампочек свисала паутина. Тома Пасмора нигде не было.

Майкл Хоган в сером костюме и черной футболке стоял футах в двенадцати и холодно глядел на меня. В руке его был длинный черный фонарь, который он тут же выключил.

– Теперь, когда все видно, давайте осмотрим место, где были коробки, – сказал он, поворачиваясь и направляясь мимо колонны к печке.

Я прошел через подвал и подошел к печке с другой стороны. Хоган стоял у коробок, глядя в цементный пол. Тут он заметил мои босые ноги.

– Что вы сделали с ботинками?

– Оставил их наверху.

– Хм. Ну и детский сад.

Пустые коробки лежали на грязном полу. Хоган внимательно изучал пространство между печкой и стеной справа от нас, потом большой кусок пола между печкой и бывшими гримерными. Нигде не было мятых листков бумаги. Я снова взглянул на бывшие гримерные. Дверь одной из них, ближайшей к нам, была слегка приоткрыта.

– Вы заметили что-нибудь? – спросил Хоган.

– Нет.

– Расскажите мне о Маккендлессе.

– Один из миллхейвенских полицейских – не тот, за кого себя выдает, – лицо Хогана стало вдруг злым, и я инстинктивно отступил на несколько шагов назад. – Я знаю, вы думаете, что это Фонтейн. Я тоже так считал, но больше не считаю.

– Почему?

– Тот листок, который я нашел в «Зеленой женщине», – там говорилось о женщине по имени Джейн Райт. Она была убита в мае семьдесят седьмого года, если эти бумаги – действительно то, о чем мы думаем. Название городка, где это произошло, было частично оторвано, но выглядело это как «Аллентаун». Я просмотрел газеты Аллентауна за этот месяц, но там не было ничего об убийстве женщины с таким именем.

– Вы думаете, что это что-то доказывает?

Я нашел Джейн Райт, которая была убита в Аллертоне, штат Огайо. Пол Фонтейн был в это время детективом в Аллентауне.

– О, – сказал Хоган.

– Значит, это должен быть кто-то другой. Кто-то, кто использовал Билли Рица в качестве информатора, и кто перебрался в Миллхейвен в семьдесят девятом году. Под эту схему подходили три человека. Вы, Монро и Маккендлесс.

– Ну что ж, очевидно, это не я, – сказал Хоган. – А то вы были бы уже мертвы. Но почему вы исключаете Монро? И откуда вы узнали о Билли Рице?

– Я умею держать уши открытыми. Разговаривал с людьми, а кое-кто из них кое-что знает.

– Либо вы прирожденный полицейский, либо ваше призвание – доставлять людям неприятности. А как насчет Монро?

Поскольку я уже сказал, что пришел в кинотеатр за пятнадцать минут до него, то просто не мог открыть правду.

– Прежде чем войти, я долго стоял в аллее и наблюдал за дверью. Монро показался здесь около двенадцати – двенадцати тридцати, посмотрел на цепь и ушел. Значит, это не он.

Хоган кивнул и направился в сторону гримерных.

– Я просто в шоке от мысли, что это может быть Маккендлесс.

– Но когда вы услышали меня, вы думали, что я кто-то, кого вы знаете, кто-то из полиции.

– Монро рассказал куче народа о телефонном звонке этого психа. Я не знал всего этого, пока вы не рассказали мне о том городке в Огайо. Как его там? Аллертон?

Я кивнул.

– Я пошлю фотографию Маккендлесса по факсу в полицию Аллертона, и дело будет сделано. Неважно, появится он здесь сегодня или нет. Я позабочусь о нем. Пойдемте наверх – возьмете свои ботинки, и я отвезу вас к Рэнсому – или где вы там остановились.

– Я остановился в отеле «Сент Элвин», – сказал я, надеясь, что Том, где бы он ни находился, слышит мои слова. – Я дойду туда пешком.

– Что ж, так еще лучше, – сказал Хоган.

Я отошел от него быстрее, чем он ожидал, удивляясь про себя, почему все-таки не доверяю ему до конца. И почему это для меня лучше, что я остановился не у Джона, а в отеле? Я двинулся к лестнице, в ушах у меня стоял голос Тома Пасмора, призывающий помнить все, что я знаю о Фи Бандольере. Казалось, я знал о Фи тысячи вещей, но ни одна из них не могла оказаться сейчас полезной. Хоган медленно шел за мной. Я положил руку на лежавший в кармане фонарь, дошел до подножия лестницы и сказал:

– Не могли бы вы несколько секунд оставаться там, где стоите?

В худшем случае, подумал я, я просто буду выглядеть идиотом.

– Что такое? – Хоган остановился. Обернувшись, я увидел, что рука его застыла на полпути к пуговице, на которую застегивался пиджак.

Левой рукой я резко опустил выключатель, а правой включил фонарик и направил его в лицо Хогану. Хоган удивленно заморгал.

– Ленни Валентайн, – громко произнес я.

Лицо Хогана словно окаменело от шока. Я увидел, как за его спиной из двери гримерной быстро и бесшумно выходит Том Пасмор. Я выключил фонарик и стал быстро подниматься по ступенькам. У меня было смутное ощущение, что Том Пасмор продолжает двигаться.

– Мы ведь не станем проходить через все это сначала, правда? – сказал Хоган. Он не сдвинулся с места ни на дюйм.

Где-то возле колонны мигнул фонарик Тома, выхватив из темноты его голову. Хоган повернулся в ту сторону и сказал:

– Не могли бы вы объяснить, что вы, по-вашему, делаете, Андерхилл? – Он не видел ничего, кроме яркого света фонарика, но не стал поднимать руки.

Я засунул руку под пиджак, достал револьвер, снял его с предохранителя и направил в голову Хогана.

Он улыбнулся.

– Так какое там имя вы произнесли, – склонив голову, Хоган продолжал улыбаться Тому, медленно поднимая правую руку, чтобы расстегнуть пуговицу на пиджаке. Я вспомнил, что он сделал тот же самый жест, прежде чем я ослепил его светом фонаря, и понял, что Хоган застрелил бы меня, как только я начал бы подниматься по лестнице. И еще я вдруг понял, что держу в одной руке револьвер, а в другой фонарик, словно планировал заранее то, что сделал в следующую секунду – я снова резко включил его. Том тут же погасил свой фонарь.