Хочу… в постель! - Ефремова Ольга Ю. - Страница 2

А последней каплей, переполнившей чашу ее терпения, стала паника из-за вызвавшей вопросы маммографии. Тогда Джейн не могла связаться с мужем в течение недели. Те семь дней стали самыми длинными в ее жизни.

И если ее страхи в отношении здоровья не оправдались – опухоль оказалась доброкачественной, – то опасения по поводу брака только усилились. Джейн хотелось услышать правду. Она дала мужу последний шанс быть с ней честным, но он накормил ее старой басней о том, что у него много дел и что ей стоит ему верить.

В ту же ночь Джейн ушла от него. Жалко, что она сразу не оставила все кольца.

Тем не менее сейчас, оказавшись в замкнутом пространстве лифта с зеркальными стенами, она могла вспоминать только о том, как Конрад когда-то прижал ее к стене и занялся с ней любовью.

Черт бы его побрал! Он по-прежнему молчит!

– Конрад, тебе нечего сказать?

– Проблема не во мне. Это ты не понимаешь, что такое доверие. – Он провел пальцем по металлическому ремешку ее сумки и поправил его. – Я не твой отец.

Его слова превратили тлеющую в ней страсть в гнев. И в боль.

– Это низко, – прошептала Джейн.

– Я не прав?

Конрад стоял так близко, что они могли бы забыться в поцелуе, а не нападать друг на друга. Но этот путь не для Джейн. И все же ее влекло к нему. Тепло его тела, знакомый запах вызывали желание вновь ощутить его губы на своих губах. Ценой неимоверных усилий Джейн сделала шаг назад.

– А на своего собственного отца ты не похож?

Когда пятнадцатилетнего Конрада арестовали, в газетах появились статьи под заголовком: «Каков отец – таков сын». Отец Конрада попался на растрате, но сумел избежать наказания благодаря тому же высококлассному адвокату.

Нет, в глубине души Джейн знала, что ее муж не похож на своего отца. Конрад добывал информацию незаконным способом, но она выводила на чистую воду махинации отца и подобных ему людей. Умом молодая женщина это понимала, но их по-прежнему разделяла пропасть. Она не могла так жить.

Открыв сумочку, свисающую с плеча, Джейн достала оттуда пачку бумаг:

– Вот. Тебе не придется ехать в офис к адвокату.

Ткнув бумагами в грудь Конрада, Джейн нажала кнопку этажа, на котором располагался номер для гостей. Она не в силах была войти в гнездышко, когда-то обставленное ею с надеждой и любовью.

– Считай, что я официально подала на развод. И не волнуйся за кольцо. Я продам его, а деньги пожертвую какому-нибудь благотворительному фонду. Все, что от тебя требуется – это поставить подпись.

Лифт остановился, двери раздвинулись. Номер она заказала под другим именем. Высоко подняв голову, Джейн вышла в коридор, устланный коврами. Она почти сумела убедить себя в том, что теперь Конрад не может разбить ей сердце.

К тридцати двум годам Конрад Хьюз сколотил десять состояний, девять из которых потерял. Но сегодня вечером, впервые за три года, ему удалось сорвать джекпот. Наконец-то у него появился шанс. Скоро Джейн перестанет преследовать его каждую ночь во сне.

Конрад спустился в холл и направился к казино. Он возвращался к гостям, среди которых был даже наследник престола. От гостей его оторвала жена. Заметив блестящие светлые волосы, собранные на затылке, знакомый изгиб шеи, Конрад не мог не поговорить с ней. В списке его приоритетов Джейн стояла на первом месте.

Он подошел к ней в тот момент, когда она положила кольцо на квадрат с цифрой 12, и, надо признаться, это был не самый приятный момент в его жизни. Правда, потом стало легче, когда в лифте Джейн, сама того не сознавая, льнула к нему и смотрела на него своими небесно-голубыми глазами… Нет, между ними еще ничего не кончено, несмотря на документы о разводе, которыми она ткнула его в грудь.

Сегодня она снова ночует под крышей его дома. Сложив бумаги, Конрад засунул их во внутренний карман смокинга. Когда он проходил мимо бара, бармен незаметно показал ему на крайний табурет. Знакомое лицо.

Черт! Только этого ему сейчас не хватало! Но избежать встречи с полковником Джоном Сальваторе, бывшим директором закрытой военной исправительной школы и человеком, от которого Конрад в настоящее время получал задания, будучи секретным агентом Интерпола, нельзя. Именно эта работа, о которой он не рассказывал жене, беспокоясь о ее безопасности, отдаляла его от Джейн. Положение Конрада, его богатство и влияние позволяли ему вращаться в самых высоких кругах. Когда Интерполу требовался доступ в высшее общество, с ним связывались через Сальваторе. Как правило, полковник прибегал к услугам Конрада раз или два в год. Использовать его чаще было опасно. Риску подвергался не только сам Конрад, но и вся группа.

Именно полковник являлся непосредственной причиной его долгих отсутствий, которые так тревожили Джейн.

Иногда Конрад подумывал о том, чтобы рассказать ей об этой стороне своей жизни – правила разрешали ставить жен в известность, не посвящая их во все детали. Но что-то удерживало его. Возможно, Конраду хотелось, чтобы Джейн ему просто доверяла и не считала, что он вовлечен в криминал, как его отец, или изменяет ей, как ее отец изменял ее матери.

Полковник, увидев Конрада, поднял бокал с виски:

– Кто-то явно не в своей тарелке.

Конрад сел рядом с Сальваторе, даже не думая опровергать его предположение.

– Джейн могла вас увидеть, – заметил он.

Если полковник здесь, этому может быть только одно объяснение: работа. Последние три года Конрад чуть ли не с радостью брался за задания, пытаясь хоть чем-то заполнить пустоту в жизни. Однако сегодня полковник Сальваторе был последним человеком, которого он хотел бы видеть.

– Ну, она подумала бы, что старый директор решил навестить тебя, раз уж был на концерте другого своего выпускника недалеко отсюда, – спокойно заметил Сальваторе, поправляя свой бессменный красный галстук, ярким пятном выделявшийся на фоне серого костюма.

– Вы не вовремя, – бросил Конрад.

Своим неожиданным появлением Джейн перевернула весь его мир вверх тормашками.

– Я приехал, чтобы передать кое-какие окончательные документы с последнего задания. – Полковник передал ему диск. Без сомнения, зашифрованный.

Последнее задание он выполнил месяц назад.

Конрад перевел дух. Да уж, если бы приезд Джейн не отключил его мозги, он бы и сам сообразил, что полковник не рискнет поручить ему другое задание так скоро. Оставалось только посетовать на то, что стоило его жене объявиться, как он тут же утратил способность ясно мыслить.

– Судя по всему, все хотят вручить мне сегодня документы, – пробормотал Конрад, похлопывая себя по смокингу. Шелест бумаги напомнил ему, что от завершения брака его отделяет одна подпись.

– Ну, значит, сегодня ты пользуешься популярностью.

– Кое-кто считает, что я слишком высокомерен.

– Верно. Не стоит забывать о твоей уверенности, граничащей с самоуверенностью, – кивнул полковник, приканчивая выпивку и продолжая сканировать взглядом все вокруг. – И ты всегда таким был, даже в школе. Многие ребята, которые там оказались, занижали собственную значимость. Ты же с самого начала не сомневался в себе.

При напоминании о тех годах Конрад почувствовал себя неловко, так как это возродило неприятные воспоминания об отце, которого он в детстве возвел на воображаемый пьедестал.

– Какой смысл в том, чтобы предаваться воспоминаниям? – саркастично осведомился он.

– Ты знаешь свои сильные стороны, но не ведаешь о своих слабостях. – Полковник отодвинул хрустальный бокал и встал. – Твоя ахиллесова пята – Джейн. Придется с этим смириться, иначе ты обречен.

– Я подумаю над вашими словами.

Упоминание об ахиллесовой пяте больно укололо Конрада, поскольку то же самое он говорил своему другу, Трою, когда тот по уши влюбился.

– Кстати, и твое упрямство никуда не делось. – Сальваторе похлопал Конрада по плечу. – Я пробуду в городе неделю. Как ты смотришь на то, чтобы послезавтра встретиться за ланчем и закрыть последнее дело? Ладно, спокойной ночи, Конрад.