Название игры - Робертс Нора - Страница 31

У нее не было времени осознать своих чувств.

…Даже когда она попыталась произнести его имя, она не смогла выдохнуть. Тем утром он не был столь терпелив, а возможно, это она была чувствительнее (Джоанна знала, что с ней это может быть).

Она плотно прижалась к нему и забыла обо всем на свете.

* * *

Время она упустила. Да и все остальное тоже, поправила себя Джоанна, выходя из душа и поспешно вытираясь полотенцем. Если быстро накинуть на себя одежду, дать волосам высохнуть самим по дороге на работу и выжать максимум скорости, она может успеть как раз впритык.

Джоанна вытащила из сумочки необходимую косметику. Так, конечно, не дело, но другого выхода не было. В спальне она сорвала пластиковую упаковку с одного из костюмов, которые Сэм вчера принес из ее машины. Вчерашняя блузка уже никуда не годится. Проклиная себя за то, что не предусмотрела всего заранее, Джоанна застегнула юбку и побежала по коридору, неся в руке туфли.

—Где у нас пожар? — спросил Сэм, когда она, опершись рукой о стену, с трудом натягивала туфли.

—Я опаздываю.

Он приподнял бровь.

—Вас наказывают за опоздания?

—Я никогда не опаздывала.

—Это хорошо, поэтому один раз можно. Выпей кофе.

Она с благодарностью приняла у него чашку.

—Спасибо. Мне действительно пора.

—Ты же не поела.

—Я никогда не завтракаю.

—А сегодня позавтракаешь. — Он взял ее за руку. Чтобы не залить кофе свой только что вычищенный костюм, Джоанна не стала сопротивляться. — Пять минут, Джоанна! Будешь спорить — получится десять!

Она выругалась про себя, но дала увести себя в кухню и по пути хлебнула еще кофе.

—Сэм, это ты сейчас в отпуске, а не я. А у меня целый день расписан по минутам, и он закончится в шесть часов, только если мне повезет.

—Еще один повод нормально позавтракать. — Сэм не помнил утра, когда чувствовал бы себя лучше, был так бодр и полон энергии. На мгновение ему захотелось попасть в разгар съемок, чтобы иметь возможность вложить часть этой энергии в свою роль. — Садись. Я сварганю тебе яичницу!

Джоанна начинала терять терпение и отпила еще кофе.

—Я и правда очень ценю это, но у меня нет времени. Сегодня мы снимаем рекламные ролики для игры со зрителями, а справиться с Джоном Джеем могу только я!

—Сомнительный талант. — Из тостера, поджарившись, выпрыгнул английский маффин. — Съешь хотя бы это.

Рассердившись, она отняла маффин у Сэма и, проигнорировав стоящие на столе масло и джем, стала есть.

—Доволен?

Обрамлявшие ее лицо пряди волос еще не высохли, она забыла про помаду. На него сердито глядели ее все еще подернутые сонной пеленой глаза. Сэм ухмыльнулся и смахнул застрявшую у нее на подбородке крошку.

—Я люблю тебя, Джоанна!

Если бы он вдруг замахнулся и ударил ее кулаком в челюсть, она пережила бы шок куда меньший. Джоанна уставилась на него, маффин, выскользнув из ее обмякших пальцев, упал на стол. Повинуясь инстинкту самосохранения, она отступила назад. Сэм приподнял бровь, но ничего не сказал.

—Не говори мне этого, — четко произнесла она, обретя дар речи. — Мне не нужны эти слова. Я не хочу этого слышать.

Они ей как раз нужны, подумал Сэм. Возможно, она не хочет слышать их от него, но они ей нужны! Потом он еще не раз убедится в этом, но сейчас он видел, как она побледнела.

—Хорошо, — медленно проговорил он. — Но это не меняет сути дела.

—Мне... мне пора. — Она рылась в сумочке, уже отчаявшись найти ключи. — Я действительно уже опаздываю. — Что ей сказать? Что вообще полагается говорить утром после проведенной вместе ночи? Крепко сжимая в руке ключи, она взглянула на Сэма. — До свидания!

—Я провожу тебя. — Он обнял ее за плечи. Джоанна старалась не напрягаться, но и не прижиматься к нему. Они шли рядом, и она чувствовала, как внутри ее происходит напряженная борьба.

—Я хотел тебе кое-что сказать, Джоанна.

—Не надо, пожалуйста. Мы еще раньше — до этой ночи — договорились, что не будет никаких обещаний.

—Неужели?

Черт побери, он не мог вспомнить, чтобы так было, но если они и договорились об этом, то этот договор нужно разорвать! Он распахнул входную дверь, ступил на крыльцо, затем развернул Джоанну лицом к себе.

—Придется нам поговорить об этом.

—Ладно. — Она согласилась бы на что угодно, если бы это означало, что он отпустит ее. Потому что ей хотелось остаться у него. Больше всего на свете хотелось выбросить ключи, швырнув их куда подальше, броситься ему в объятия и оставаться рядом с ним столько, сколько он захочет быть с ней.

—Я хочу, чтобы ты знала: в моей постели никогда не было другой женщины. — Прежде чем Джоанне удалось скрыть промелькнувшее в ее взгляде сомнение, он заметил его. И прежде чем сумел себя остановить, прижал ее к себе, схватив за лацканы пиджака. — Черт побери, мужчине, надоедает, когда все его слова женщина мысленно разбирает по косточкам. Джоанна, я не говорил, что никаких женщин никогда не было вовсе, просто они никогда не бывали здесь. Потому что здесь — особенное место. Оно много для меня значит. Как и ты. — Он отпустил ее. — Подумай об этом на досуге!

Джоанна вынула из упаковки еще одну таблетку от изжоги. Она не солгала, когда говорила Сэму, что только она может справиться с Джоном Джеем. Просто вышло так, что сегодня ей никак не удавалось выполнить эту задачу. Двухчасовая фотосессия растянулась на три часа, и терпение у всех было на исходе. Если бы ей не удалось через сорок пять минут освободить студию вместе со съемочной группой, оборудованием и двумя автомобилями, получилась бы накладка с продюсером передачи, следующей сразу за ними.

Смирившись со всем, Джоанна разжевала таблетку, моля Бога, чтобы лекарство выполнило свою работу лучше, чем она — свою. Она скомандовала перерыв в надежде, что пятиминутный отдых удержит фотографа от попытки удушить ее ведущего.

—Джон Джей! — Она знала правила игры. Изобразив на лице улыбку, она подошла к нему. — Можно тебя на минутку? — Ее голос был спокойным, а движения, когда она взяла его за руку, чтобы отвести в сторонку, — легкими и дружелюбными. — Эти фотосессии так утомляют, правда?

В ответ на сочувственный тон ведущий буквально вцепился в нее:

—Джоанна, ты даже не представляешь насколько! Ты же знаешь, дорогая, я делаю все, что на пользу нашему шоу, но этот субъект... — Он с отвращением глянул в сторону фотографа. — Он не имеет ни малейшего представления ни о настроении, ни об образе.

«Этот субъект» был одним из профессионалов высочайшего класса в своем деле, и за час работы ему платили невероятные деньги. Джоанна удержала на языке непечатное ругательство, предоставив ему раствориться в выдохе.

—Я знаю, но нам, увы, придется с ним работать. У нас и так очень мало времени, и меньше всего мне хочется, чтобы он успел снять только машины. — Она помолчала, так чтобы угроза повисла в воздухе, и, убедившись, что достигла цели, продолжила: — Как бы то ни было, у нас три звездные величины. Автомобили, шоу само по себе и, разумеется, ты! Между прочим, в прошлый раз реклама была замечательной.

—Я был на высоте. — Джон Джей возился с узлом галстука.

—Я прекрасно понимаю это. Но вынуждена попросить тебя собраться еще на несколько минут. Этот костюм очень тебе идет, Джон Джей!

—Это так, ведь правда? — Он вытянул руку вперед, чтобы рассмотреть рукав.

—Эти снимки станут своего рода сенсацией! — Как бы ей самой не удушить его? — Все, что от тебя требуется, — стоять между двумя автомобилями и сиять улыбкой, прославившей всю Америку!

—Ради тебя, дорогая! — Он слегка сжал ее руку, выражая готовность пожертвовать собой ради масс. — Знаешь, а ты выглядишь слегка вымотанной!

Улыбка не пропала с лица Джоанны, а только застыла на нем.

—Счастье, что снимают не меня.

—Ну конечно, конечно, — согласился он, поглаживая ее по голове. Джон Джей уже знал, что этот продюсер может озвереть, если попытаться погладить ее по другому месту. — Тебе нужно стараться больше отдыхать и принимать витамины, о которых я тебе говорил. Бог свидетель, я бы и дня без них не выдержал. — Он увидел, что фотограф возвращается на место. Джон Джей, фыркнув, позвал гримера. — Джоанна, тут у нас свирепствуют слухи, что ты встречаешься с Сэмом Уивером!