Роковое золото Колчака - Князева Анна - Страница 9

Мимо них прошел спортивный мужчина в расстегнутой по пояс рубашке. Старик проводил его взглядом и, покачав головой, вымолвил:

– Как у Гаврилы Машарова…

– Что? – спросила Полина.

– Это я так, по-стариковски. Ворчу.

– И все-таки, что вы сказали?

– Я сказал: золотая цепь у него, как у Гаврилы Машарова.

Полина обернулась, чтобы посмотреть, куда сел мужчина. Приглядевшись, заметила на его груди толстую золотую цепочку.

Мохначев продолжал размеренно хлебать суп.

– Кто такой Гаврила Машаров? – поинтересовалась Полина.

Иван Ильич вытащил из подставки салфетку, утер рот, после чего произнес:

– Об этом расскажу несколько позже. Надо же о чем-нибудь говорить, когда мы с вами будем гулять.

– Не хочу есть. – Она встала и задвинула стул. – Пойду отдохну.

Старик удивился:

– А я-то думал, мы погуляем.

– Вечером, – пообещала Полина и, попрощавшись, ушла.

Очутившись в своем номере, сбросила туфли и, не раздеваясь, легла на кровать. Взяла телефон, набрала номер Сергея. Услышав длинный гудок, сначала удивилась, потом обрадовалась, что наконец дозвонилась.

– Слушаю.

– Ну, здравствуй, – произнесла она с легким укором.

– Ругаться будешь? – осторожно спросил Сергей.

– Чего ругаться… Дело-то сделано. Где ты?

– В Кабанске.

– Это далеко?

– Сорок минут лету. Тебе должны были звонить.

– Звонил какой-то полицейский начальник.

Сергей уточнил:

– Юдин?

– Не помню фамилии. Он сказал, что тебя направили.

– В каком смысле?

– Из Москвы направили сюда поработать.

– Ерунда. Ночью, когда ты спала, мне позвонил Яковлев…

Не выдержав, Полина воскликнула:

– Я же просила отключить телефон!

Уловив в ее голосе обиду, Сергей тихо сказал:

– Я отключил.

– Куда же он тебе позвонил? – Не удержавшись, она съязвила: – В дверь?

– Полковник позвонил директору санатория. Тот пришел за мной и отвел в свой кабинет.

– Значит, приехал сюда работать?

– Прошу тебя, успокойся. Тебе нельзя волноваться. Речь идет о двух или трех днях.

– Потом ты вернешься?

– Это я тебе гарантирую… – Прислушавшись к тишине, Сергей попросил: – Пожалуйста, береги себя.

– Это я тебе гарантирую, – повторила она его же слова. – Если по чесноку, без тебя даже лучше. Не нужно слушать твое нытье и наблюдать за тем, как маешься от безделья. Я же знаю, отдыхать ты не умеешь.

Помолчав, Дуло спросил:

– Ты это серьезно?

Она поспешила ответить как можно убедительнее:

– Шучу.

– Ну, слава богу…

– Кстати, я знаю про ограбление.

– Что? – насторожился Сергей.

– Я знаю про ограбление приисковой машины. Тебя ведь за этим туда послали?

– Юдин сказал?

– Нет. – Она рассмеялась. – Ты сам только что прокололся. А про ограбление я прочитала в местной газете.

– Догадливая моя…

– Чем сейчас занимаешься? – поинтересовалась Полина.

– Еду в машине с сотрудником слюдянской полиции… – После небольшой паузы Сергей произнес: – Все, больше говорить не могу. Приехали. Целую. Себя береги! – и дал отбой.

Отложив мобильник, Полина уставилась в потолок. Потом закрыла глаза, пытаясь представить лицо мужа. Легла на бок, подложила подушку под живот и осторожно провела по нему рукой. Ее беспокоило, что до сих пор нет шевелений. Прислушиваясь к себе, она каждый день ждала, когда ребеночек даст о себе знать. По-видимому, он не спешил…

Благополучно проспав ужин, вечером Полина, как обещала, вышла на прогулку. На аллее, ведущей к Байкалу, она увидела Мохначева. Старик сидел на скамейке возле цветочной клумбы.

– Вот и я. – Полина уселась рядом.

– Пойдем гулять? – Иван Ильич хотел встать.

– По берегу уже поздно.

– Опасаетесь?

– Береженого бог бережет.

– В вас есть женская мудрость, – заметил старик.

– Откуда вы знаете?

– Я старый человек. Многое повидал на веку.

– Расскажите мне ту историю, – попросила Полина.

– Про Гаврилу Машарова? – Старик снял с головы сетчатую шляпу и положил ее на скамью. – Когда вижу на ком-нибудь толстую золотую цепочку, всегда про него вспоминаю. Жил такой человек в наших краях. Правда, очень давно.

– Очень давно или очень-очень давно? – осведомилась Полина.

– Очень-очень давно, – ответил ей Мохначев.

– И чем он был знаменит?

– Тем, что удача сама кидалась ему под ноги.

– Золотодобытчик?

– Гаврила Машаров промышлял в наших краях, когда здесь только нашли золото и началась золотая лихорадка. Для многих это обернулось долгами, убытками, а для него – один сплошной фарт. Например, лошадь его копытом пробьет лед, а под водой – золотой самородок. Возьмется Гаврила рыть землю, чтобы вкопать столб, а там кусок золота величиной с огромный булыжник.

– Такое бывает? – Полина недоверчиво склонила голову и посмотрела на Мохначева так, словно подвергала сомнению правдивость его рассказа.

– Бывает, – заверил он. – Однако должен заметить, что это легенда. Гаврила был настолько удачлив, что стал самым первым богатеем в нашей тайге. Открыл и застолбил более ста золотых россыпей. Его прозвали таежным Наполеоном. А он себя – императором. – Старик встал со скамьи и выставил локоть. – Прогуляемся?

Полина тоже поднялась, взяла его под руку, и они зашагали по аллее к Байкалу.

– Чтобы закрепить за собой звание императора, Гаврила выписал из города ювелира и велел ему отлить золотую медаль со своим профилем и надписью: «Гаврила Машаров – император всея тайги».

Она фыркнула:

– Дурость какая!

– Гаврила так не считал. Медаль ему изготовили и повесили на толстую цепь. Только носить он ее не смог.

– Почему?

– Вместе с медалью она весила более пяти килограммов.

– И что он с ней сделал?

– Забил в стенку гвоздь и повесил.

– И этот император имел реальную власть?

– У кого золото, у того всегда деньги и власть.

– А теперь?

– Что теперь?

– Есть императоры?

– А как же… Есть и будут, пока золото в наших краях не иссякнет.

– Они публичные люди?

– Вовсе нет. Скажу так: с ними знакомы немногие.

– Прячутся?

– Зачем?.. Живут в свое удовольствие.

Иван Ильич и Полина вышли на берег и приблизились к кромке воды.

– Вы уже ездили на Ольхон? – спросил Мохначев.

– Нет еще.

– Обязательно там побывайте.

– Много интересного? – спросила Полина.

– Много. Это я вам как краевед говорю. Всего не расскажешь, но лично мне нравится одна ольхонская легенда, похожая на страшилку. Местные говорят, что это чистая правда.

– Обожаю страшные истории.

Иван Ильич шутливо понизил голос:

– Может быть, не стоит рассказывать на ночь? Тем более здесь, в темноте у воды?

Полина возмутилась:

– Ну уж, нет! Заикнулись, значит, рассказывайте!

– Сами напросились. Ну, слушайте. – Старик тяжело вздохнул и сделал вид, что поддался ее уговорам. – К юго-востоку от острова Ольхон есть место, которое прозвали Чертовой воронкой. Два раза в год при полном штиле там образуется вращающийся столб воды и бездонная воронка кроваво-красного цвета. И если рядом оказывается какое-то судно, его мгновенно туда затягивает. Местные считают эту воронку воротами в ад.

– Она где-то там? – Указав рукой на восток, Полина непроизвольно попятилась.

– Не нужно бояться. – Иван Ильич по-отечески обнял ее за плечи. – Во-первых, это просто страшная сказка, во-вторых, если воронка и существует, она появляется всего два раза в год и находится далеко от этого места.

– Я хочу спать, – сказала Полина.

– Идемте, я провожу вас до корпуса.

Ночью ей приснился Сергей. Он сидел в лодке, которая плыла по зеркальной поверхности озера. Был солнечный день, и только птицы встревоженно кружили над его головой. Вдруг перед лодкой возник вращающийся водяной столб. Внутри него виднелась чудовищная воронка. Нос лодки пересек границу воронки, лодка рухнула вниз, и Сергея затянуло в кровавую бездну.