Любой ценой - Хокинс Карен - Страница 10

Роберт решил, что это сумасшедший, но Мойра расхохоталась и стала поддразнивать его: мол, испугался. Опьяненный ее красотой и тем, что он выполняет свое первое задание, он согласился на невозможное — разрешил «викарию» поженить их прямо на месте. «Викарий» не заставил себя упрашивать, все сделал очень быстро и даже предъявил брачную лицензию, требуя, чтобы они ее подписали.

— Как ты понял, что эта глупая свадьба не была шуткой? Я думала, что ты вообще выбросишь все из головы.

— Когда ты на следующее утро исчезла, я стал вспоминать все, что ты говорила и делала. Я все время возвращался мыслями к нашей первой ночи. Мне казалось, что что-то… не так. — Как Мойру, должно быть, смешила его наивность. — Я очень удивился, обнаружив брачную лицензию. Ты сделала все, чтобы наше фальшивое бракосочетание выглядело законным.

Она прикрыла глаза, чтобы скрыть появившееся в них выражение.

— Я знала, что ты рассердишься, но…

Он ждал, что она скажет, но она молчала. Тогда он резко спросил:

— Но что?

— Все это было забавно.

— И какая же часть этого «всего»? Когда мы были в постели? Или отношения, которых по-настоящему никогда не было? Честно говоря, ни то ни другое я не очень-то и запомнил. Если бы я не почувствовал, что ты у меня что-то украла, я бы вообще все забыл.

Она покраснела и сжала губы.

— То, что произошло в постели, было настоящим. Мне все еще дороги воспоминания об этом.

Значит, это не прошло? Отлично. Он был доволен.

— Когда все было сказано и сделано, мне стало жаль викария. — Увидев ее удивленный взгляд, он добавил: — После того как ты исчезла, я нашел его. Он рассказал мне, что ты наняла его и пообещала хорошо заплатить. Он отказывался, но ты настояла.

— Как только я заговорила о деньгах, он сразу же согласился, — отрезала она.

— Его младшая сестренка — инвалид. Он должен платить за уход.

По лицу Мойры пробежала тень.

— Я не знала об этом.

— Ты все подготовила, включая сообщения в газетах и брачную лицензию, так что наше бракосочетание выглядело законным.

Она начала что-то говорить, но он поднял руку, останавливая ее.

— Я понимаю, что мог бы все это отменить, но только если бы был готов к публичному разбирательству. Ты знала, что я этого не сделаю. Почему, Мойра? Для чего все это было нужно?

— Может быть, мне просто захотелось иметь мужа, который заботился бы обо мне.

— Ты сразу же сбежала от меня. Я увидел тебя через две недели, когда столкнулся с тобой на курорте в Бате, но ты опять сбежала. Так что не надо говорить, что ты хотела, чтобы кто-то о тебе заботился.

— Я все еще не могу поверить, что ты выдал меня властям.

— Ты была шпионкой.

— И поэтому тебе поручили приударить за мной? — В ее полном презрения голосе слышались еще какие-то нотки, но он не смог определить, какие именно.

— Вначале я действительно начал следить за тобой, но через два месяца уже было не до слежки.

— Я никогда не поверю, что ты влюбился. Если бы это было так, ты не допустил бы, чтобы меня арестовали.

— Мои чувства к тебе не изменились от того, что ты выведывала информацию в пользу иностранного правительства.

— К тому времени как начались наши отношения, я уже все это бросила, — горячо возразила она. — Я хотела начать все сначала и делать все правильно.

— Хотелось бы в это поверить. Но правдивость никогда не входила в число твоих добродетелей.

— Я делала лишь то, что считала нужным.

— Сколько смысла в таком коротком заявлении! Ты использовала меня, Мойра. Ты обманом заполучила мою фамилию, а потом исчезла. Можешь злиться на меня за то, что я выследил тебя и передал властям, но ты это на самом деле заслужила.

— Я недолго оставалась в тюрьме.

— Да. Мне следовало охранять тебя самому, а не доверять это другим. Я, очевидно, единственный в Англии человек, способный противостоять твоим чарам.

— Я не думала, что ты догадаешься, что наше бракосочетание в Воксхолле было всерьез.

— Ты думала, что хорошо меня знаешь. Но твои действия были для меня загадкой, поскольку было непонятно, зачем тебе все это надо. — Роберт помолчал. — Но потом у меня возникла одна мысль.

Их взгляды встретились, и ему показалось, что она затаила дыхание.

— Мойра, где наш ребенок?

Глава 6

У Мойры чуть не остановилось дыхание. Как он догадался?

Он поднял бровь.

— Ну? У нас есть ребенок или нет?

— Что за глупость? — Она опустила губку в воду, чтобы иметь время подумать. — Ребенок? У нас? Я не могу это даже вообразить.

Он нахмурился:

— Значит, ребенка нет?

— Нет. Я вообще не из тех женщин, которые становятся матерями. Что бы я стала делать с ребенком? — Такой вопрос сам по себе уже казался предательством по отношению к Ровене.

— Не знаю, верить ли тебе.

— Разрешаю тебе проверить мой багаж, мои апартаменты, все что угодно. Я предпочитаю свободную жизнь, как, впрочем, и ты, насколько я знаю.

Он внимательно оглядел ее.

— Значит, ты обманом женила меня на себе, потому что…

— Это был вызов. Я просто хотела проверить, смогу ли я это сделать.

— Моя дорогая, позволь освободить тебя от иллюзии, что я поверил. Ты обманула меня, а потом бросила, потому что у тебя была причина. Единственной веской причиной могло быть то, что ты была беременна.

На мгновение Мойра подумала о том, чтобы сказать ему правду. Но губка выскользнула из ее рук и упала на пол. Мгновение прошло. Мойра одумалась. Она уже была так близка к тому, чтобы вернуть Ровену. Все, что ей нужно, — это проклятая шкатулка из оникса. Нет смысла все осложнять.

«Что, если он решит оставить Ровену себе? — Сердце Мойры сжалось. — Я не могу вернуть ее только для того, чтобы снова отдать!»

Суды никогда не примут сторону одинокой женщины. Тем более учитывая ее сомнительную биографию. У Роберта есть связи в правительстве, и он воспользуется ими. «Я не могу рисковать. Он никогда не должен узнать о Ровене».

Мойра потянулась за упавшей губкой. Когда она соскользнула обратно в ванну, то заметила, что лицо Роберта еле заметно покраснело.

«Значит, он все еще реагирует на меня».

Наблюдая за ним из-под полуопущенных ресниц, она отвела волосы в сторону и положила руку на край ванны, немного обнажив таким образом грудь.

Его губы сжались. Это была реакция человека, который всегда сохраняет самообладание. Удовлетворение подстегнуло ее.

— Может быть, я вышла за тебя замуж, потому что знала, что могу тебя возбудить, — спокойно сказала она, намыливая мылом губку, а затем стала водить ею по груди.

На этот раз он совершенно очевидно задержал дыхание. «Ты ведь не из камня сделан?»

— Сейчас же прекрати.

— Что прекратить?

— Отвлекать меня. Я знаю, чего ты добиваешься, но это не поможет. Если ты не желаешь обсуждать вопрос, почему ты путем обмана женила меня на себе, давай поговорим о чем-нибудь другом.

— Давай.

— Вот и хорошо. Расскажи мне про Джорджа Энистона. Каким образом этот негодяй появился в твоей жизни? И не притворяйся, что ты у него на службе. Я тебя знаю, и если у тебя есть одно положительное качество, то это гордость. Ты никогда не стала бы работать на такого червя, как Энистон.

Мойра вдруг почувствовала страшную усталость… усталость от того, что надо все время быть вежливой с Джорджем Энистоном, хотя она ненавидит его, в то время как должна ненавидеть Роберта.