Черная тропа - Ларссон Оса - Страница 48

— Разумеется, мы объявили его в розыск, — сказал Альф Бьёрнфут. — Но шансов, что мы его поймаем, не так много. Разве что он вернется домой в Англию…

— И что нам теперь делать? — прервала его Анна-Мария. — Закрыть дело или?..

— Я так не считаю, — возразил Альф Бьёрнфут. — Такой парень, который берет внаем машину и путешествует под чужим именем…

— …несомненно, киллер, который получил деньги за то, чтобы убить Инну Ваттранг, — продолжила Анна-Мария. — Осталось выяснить, от кого.

Альф Бьёрнфут кивнул.

— Один человек знал, где она была, — сказала Анна-Мария. — И солгал нам. Это ее брат. Инна звонила ему из автомата на туристической станции.

— Тебе придется вылететь туда завтра первым же самолетом, — сказал Альф Бьёрнфут и посмотрел на часы.

Раздался стук в дверь, и в кабинет вошел Свен-Эрик.

— Срочно отправляйся домой упаковывать вещи, — сказала Анна-Мария. — Хотя нет, мы скорее всего вернемся завтра же вечерним самолетом, а иначе — купим себе по зубной щетке и… подожди-ка, что это у тебя?

— Да вот, снова стал отцом, — сказал Свен-Эрик. Щеки его пылали. Из-за пазухи куртки высунулась голова котенка.

— От Айри Бюлунд? — спросила Анна-Мария. — Ну да, конечно же. Привет, Боксер!

— Ой, смотрите! — воскликнула Ребекка, которая тоже подошла к Свену-Эрику, чтобы поздороваться. — Какой у тебя классный синяк, малыш!

Она погладила котенка с черным кругом вокруг глаза. Тот не желал здороваться, ему гораздо больше хотелось выбраться из куртки Свена-Эрика и изучить новую обстановку, он забрался ему на плечо и бесстрашно балансировал там. Когда Свен-Эрик попытался снять котенка, тот вцепился в куртку коготками.

— Я могу позаботиться о нем, пока вас не будет, — сказала Ребекка.

Альф, Анна-Мария и Ребекка сияли, словно увидели Мессию в яслях.

И Свен-Эрик смеялся. Котенок упрямо вцепился в его куртку, а затем перебрался на спину, так что Свену-Эрику пришлось нагнуться, чтобы он не упал. Остальные принялись аккуратно отцеплять маленькие коготочки от куртки. Они ласково называли его «боксером», «хулиганом», «озорником» и «царапкой».

Эбба Каллис проснулась от того, что кто-то позвонил в домофон в половине второго ночи. Снаружи стояла Ульрика Ваттранг. Женщина поеживалась от холода — на ней были только пижама и халат.

— Прости, пожалуйста, — начала она несчастным голосом, — у тебя не найдется трех тысяч крон? Дидди приехал из Стокгольма на такси, и водитель просто вне себя, потому что Дидди потерял бумажник, а у меня на счете нет такой суммы.

На лестнице появился Маури.

— Дидди вернулся, — сказала Эбба, не глядя на него. — На такси. И не может расплатиться.

Маури издал звук, должный изображать горечь, и ушел в свою комнату за бумажником.

Все втроем они поспешили через лужайку к дому Дидди и Ульрики. Возле машины стояли Дидди и таксист.

— Нет, — говорил водитель. — Она не поедет со мной назад. Вы оба выходите здесь. И платите за поездку.

— Но я не знаю, кто она, — пытался оправдаться Дидди. — Я должен пойти и лечь спать.

— Ты никуда не пойдешь, — заявил таксист и схватил Дидди за рукав. — Сначала заплати.

— Так-так, — проговорил Маури, выходя вперед. — Три тысячи? Ты уверен, что правильно разглядел сумму на счетчике?

Он протянул таксисту свою карту «American Express».

— Послушайте, я объехал пол-Стокгольма, развозя его дружков по домам. Если вы хотите увидеть протяженность маршрута, то она зафиксирована счетчиком, можете взглянуть.

Маури отрицательно покачал головой, и таксист вставил в терминал его карту. Тем временем Дидди заснул стоя, прислонившись к машине.

— А что с ней? — спросил таксист, когда Маури подписал квитанцию. Он кивнул в сторону заднего сиденья машины.

Маури, Ульрика и Эбба заглянули внутрь.

Там сидела женщина лет двадцати пяти. Она спала. Волосы были выкрашены под блондинку, и даже в полумраке можно было разглядеть, что на лице наложен толстый слой косметики с накладными ресницами и ярко-розовой помадой. На ней были тонкие колготки с ярким узором и высокие белые сапоги на каблуках. Довершала картину юбка минимальных размеров.

Ульрика спрятала лицо в ладонях.

— Я не выдержу, — простонала она.

— Она здесь не живет, — холодно произнес Маури.

— Если мне ее еще обратно везти, то это будет стоить денег, — сказал таксист. — Еще столько же. У меня на самом деле уже смена закончилась.

Маури, не говоря ни слова, снова протянул ему карту. Таксист сел обратно в машину и снова вставил карту в терминал. Через некоторое время он вылез и получил подпись на втором чеке. Никто не проронил ни слова.

— Ворота откроете? — спросил таксист, садясь в машину.

Когда он завел мотор и уехал, Дидди, который стоял, прислонясь к машине, упал спиной назад.

Ульрика вскрикнула.

Маури подошел к нему и поднял на ноги. Они повернули его спиной к фонарю и осмотрели затылок.

— Немного кровоточит, — сказала Эбба, — но вроде бы ничего серьезного.

— Ворота! — воскликнула Ульрика и убежала в дом за пультом.

Дидди схватил Маури за обе руки.

— Мне кажется, я совершил ужасную глупость, — сказал он.

— Знаешь, для исповеди поищи кого-нибудь другого, — жестко произнес Маури и высвободился. — Явиться сюда с какой-то долбаной кокаиновой шлюхой. Ты что, пригласил ее на похороны?

Дидди покачнулся на месте.

— Обосрись! — крикнул он. — Дьявол бы тебя побрал, Маури!

Маури повернулся на сто восемьдесят градусов и быстрым шагом двинулся к дому. Эбба поспешила за ним.

Дидди открыл было рот, чтобы крикнуть им вслед что-то еще, но тут рядом возникла Ульрика.

— Пошли, — сказала она, обнимая за плечи. — Хватит уже.

21 марта 2005 года, пятница

Анна-Мария Мелла и Свен-Эрик Стольнакке припарковали свой арендованный «Пассат» перед первыми железными воротами по дороге в усадьбу Регла. Часы показывали десять утра. Они прилетели из Кируны утренним рейсом и взяли напрокат машину в аэропорту «Арланда».

— Мой дом — моя крепость, — проговорила Анна-Мария, разглядывая сквозь решетку вторые ворота и высокую стену окружавшую усадьбу. — Что будем делать?

Мгновение она разглядывала домофон на столбе у ворот, потом нажала на кнопку с изображением телефонной трубки. Через секунду послышался голос, который спросил, кто они такие и кого разыскивают.

Анна-Мария представила себя и Свена-Эрика и изложила суть дела: им нужно поговорить с Дидди Ваттрангом или Маури Каллисом.

Голос в трубке попросил их немного подождать. Затем прошло минут пятнадцать.

— Что за чертовщина? — прошипела Анна-Мария и снова принялась нажимать на кнопку с телефонной трубкой, но теперь уже никто не отвечал.

Свен-Эрик встал между деревьев чуть поодаль и пустил струю. «Какое красивое место!» — подумал он.

Вдоль дороги тянулись узловатые дубы и лиственные деревья, названий которых полицейский не знал. Снега здесь не было. Пролески и подснежники начали пробиваться сквозь коричневый ковер прошлогодних листьев. В воздухе пахло весной. Солнце светило. Он подумал о своем котенке. О котенке и об Айри. Она сказала, что может взять к себе на время Боксера, если понадобится, но на этот раз Ребекка Мартинссон поспешила предложить свои услуги. И это хорошо. Что подумала бы Айри, если бы он взял котенка, а потом вернулся бы в тот же день и попросил за ним присмотреть.

Анна-Мария, стоявшая у ворот, окликнула:

— Смотри, кто-то едет!

К воротам подъехал «Мерседес». Из него вылез Микаэль Вик, начальник охраны Маури Каллиса.

Возле ворот виднелась калитка для пеших посетителей. Микаэль любезно поздоровался с Анной-Марией и Свеном-Эриком, но не открыл ни ворот, ни калитки.

— Нам нужно поговорить с Дидди Ваттрангом, — сказала Анна-Мария.

— К сожалению, это невозможно, — ответил Микаэль Вик. — Дидди Ваттранг в Торонто.