Пасифик-Хайтс - Харпер Пол - Страница 12

— Он сам объяснит. Мне лишь необходимо знать, готова ли ты встретиться с человеком, который… способен помочь.

Лора попыталась прочитать выражение лица Веры.

— Только чтобы никто не знал.

— Конечно.

Ум Лоры лихорадочно перебирал возможные варианты, и Вера чувствовала, что пока лучше ограничиться сказанным.

Глаза пациентки покраснели, лицо опухло — бедняжка совсем измучилась. Она долго не отрывала салфетку от носа, глядя на Веру вполглаза, потом опустила руку.

— И как это устроить?

— Дай мне номер телефона, с которого можно говорить без опаски. Я сообщу номер одному человеку, а тот передаст, кому требуется.

Лора шмыгнула носом и внимательно посмотрела на Веру.

— Надеюсь, твой знакомый не подведет, — сказала она и продиктовала номер.

Глава 11

Мартен ждал на скамье в парке Хантингтон. По другую сторону фонтана, рядом со шпалерами, полдюжины китайских старушек, утопая в лучах полуденного солнца, с торжественной размеренностью выполняли приемы тай-чи.

Фейн заметил Моретти до того, как Моретти увидел Фейна. Взгляд Мартена случайно задержался на ступенях собора Милости Господней, из которого вышла стайка туристов. Моретти, слившись с толпой, пересекал площадь перед храмом.

Переходя через Тейлор-стрит, группа неожиданно свернула в сторону, и Моретти закончил остаток пути до парка Хантингтон в одиночку.

Он шел раскованной походкой, заранее улыбаясь. Переменчивые черты лица Шена Моретти неизменно интриговали Фейна — в них проглядывала то мать-китаянка, то отец-сицилиец. Сейчас он видел перед собой скорее Шена, чем Моретти.

— Нарядно выглядишь, — заметил Шен, опускаясь на скамью.

— Давненько не виделись, — ответил Мартен.

Моретти улыбнулся, устраиваясь поудобнее на своем краю, смерил Мартена взглядом.

— Ты просил рассказать о Вере Лист.

— Это правда, что она знакома с твоей сестрой?

— Правда. — Моретти кивнул, зацепившись взглядом за группу тай-чи. — О Вере я мало чего знаю, и то лишь со слов сестры. Мы с ней несколько раз бывали у Веры. Недурна собой. Да ты поди и сам с ней уже повстречался?

— Да.

— Интересное дело?

— Очень.

— Ты ведь слышал, что у нее мужа убили?

На долю секунды Фейн почувствовал досаду на собственную неосведомленность.

— Нет.

— Месяцев девять назад. Подкараулили, ограбили и застрелили. Полиция так никого и не поймала.

— А подробнее?

— Муж тоже работал психотерапевтом. В это время они жили в Сент-Фрэнсис-Вуд. Однажды ночью позвонили — нервный срыв у пациента. Он оставил машину у овощного магазинчика, что на Мишн-стрит, и возвращался домой пешком. Его подстрелили, обчистили до нитки — часы, кольца, бумажник. Даже туфли сняли.

— Дети?

— Нет. Оба занимались только друг другом и работой. После убийства Вера продала дом, переехала в кондоминиум в Лоурел-Хайтс. Там и встретила мою сестру. Джина — добрая душа, умеет слушать. Вера сначала много говорила, сам знаешь, как это бывает — подходящее время, подходящий человек, подходящие обстоятельства. Тогда они были очень близки. Потом Вера переехала в Рашен-Хилл.

— Поближе к офису.

— Ага. Время шло, Вера с головой погрузилась в работу, они с Джиной стали видеться реже. Сдается мне, что кроме работы у Веры ничего в жизни не осталось. Особенно сейчас. На друзей времени не хватает. — Моретти на секунду задумался. — Конечно, если весь день выслушивать других…

Они некоторое время наблюдали за плавно меняющими позы китаянками.

— Как прошла встреча? — спросил наконец Моретти.

Фейн рассказал почти все, оставив за душой достаточно, чтобы не возникло ощущения, будто он обманывает оказанное Верой доверие. Как и Рома прежде, Моретти пришел в крайнее возбуждение. От него не укрылась потенциальная опасность ситуации.

— Такова, в общем, суть, — закончил Фейн, поудобнее устраиваясь на скамье.

Моретти посидел молча, наблюдая за узкими ручейками воды, перетекающими через край розовой мраморной чаши фонтана.

— Смелая, — заметил он. — Интересно, не история ли с мужем определяет ее поведение?

— Что ты имеешь в виду?

— Может быть, она видит параллели между похищенными досье и похищенной убийцей жизнью мужа. Не хочет, чтобы преступник опять ушел безнаказанно.

— Понятия не имею.

— Пусть Вера отказывается посвящать пациенток в то, что с ними происходит, старается помешать их общению друг с другом, но ты-то должен быть реалистом. С таким отношением до определенной степени можно мириться, но если оно начинает мешать делу, то ну его на фиг. Да ты и сам знаешь.

— Знаю.

— Она, возможно, никогда не выяснит, кто убил мужа.

Фейн заметил — что-то мучило Моретти, вертелось у него на языке.

— Послушай, Мартен, я понимаю, дело тебе нравится. Настоящая головоломка. Я сам послал к тебе Веру, но откуда мне было знать, что в деле замешан Джеффри Сафра Керрин? Не сходи с ума. Это может плохо для тебя кончиться.

— Неприятности не у Джеффри, а у его жены.

— Ты как ребенок.

Вверх по Калифорния-стрит со звоном прокатился вагончик трамвая, «ласточки» тай-чи заложили очередной вираж.

— Мне не по нутру отказываться от дела лишь потому, что в нем замешана жена Джеффри Керрина.

— Брось!

— Не по нутру.

Моретти закивал — мол, хорошо-хорошо. Попробовал предупредить — и ладно. Если Мартен уперся, его не столкнешь.

Они всегда работали вместе. В действительности Шен Моретти любил головоломки не меньше приятеля и накопил такой опыт, что Фейн просто не мог не привлечь его к делу.

— Ладно, что тебя больше всего беспокоит? — спросил Моретти.

— То, о чем она помалкивает.

— Что-то скрывает намеренно? Или просто не понимает важности?

— И то и другое. Именно в этой последовательности.

— Давай по порядку.

— У меня сложилось впечатление, что Вера и Элиза скорее похожи на сестер, чем на доктора и пациентку. Рассказывая историю Элизы, Вера старалась говорить как профессионал, однако непредвзятые клинические обобщения таким тоном не делают.

— Ты считаешь, что нежелание Веры знакомить тебя с Элизой связано как с попыткой оградить ее на профессиональном уровне, так и с личным участием?

— Вполне возможно.

На лице Моретти отразилась напряженная работа мысли.

— Что у этого субчика на уме — непонятно, — произнес он, — но интересен его подход к делу.

— Что ты имеешь в виду?

— Он мог наткнуться на Лору, когда начал прочесывать записи Веры в поисках досье Элизы. Но откуда он узнал, что Элиза ходит к психоаналитику? Сама рассказала? Или файлы Элизы попались ему случайно? Если так, то что он делал в офисе Веры? Что для него было главное — записи или сами женщины?

Фейн ушел, Моретти остался в парке. На полпути к стоянке на Сакраменто-стрит зажужжал смартфон. Звонила Вера.

— Мартен, я только что закончила сеанс с Лорой Ча.

В голосе Веры звучало напряжение, хотя она старалась не подавать виду.

— Лора провела вечер с любовником и теперь сама не своя. Удалось узнать, как его зовут. Я тут придумала кое-что, чтобы вы могли с ней встретиться.

К тому моменту, когда Вера закончила рассказ, Фейн подошел к «мерседесу».

— Такие вот дела, — подытожила Вера. — У нее пропало всякое желание видеться с любовником. Ума не приложу, что вам теперь делать.

— Прежде всего вы разумно поступили, что навели Лору на мысль о встрече со мной. Свяжусь с ней сейчас же, скажу, что ее координаты передали мне через посредника, чтобы вас не подставить.

— Спасибо.

— О чем, по-вашему, говорит поведение этого субъекта… Филлипа Крея?

— Господи, откуда мне знать? Ясно одно — он решил больше не церемониться. Перешел к конкретике, берет из моих записей интимные подробности и с ходу включает их в ролевые игры.

— А он не слишком рискует?

— Все зависит от его конечной цели.

— Он не мог не заметить, что напугал Лору.