Путь Шамана. Все только начинается - Маханенко Василий Михайлович - Страница 70

Что меня очень напрягло, так это то, что Марина нигде не была зарегистрирована как свободный художник. Марин среди искателей дыр Барлионы было немало, однако ни одна из них не походила на ту красавицу, которая явилась на обучение полтора года назад. Мало того, в размещенном на сайте корпорации официальном списке приглашенных на переподготовку в тот злосчастный день не было ни одной Марины. Либо она была не приглашена и явилась как-то в обход процедур регистрации, либо я чего-то не понимаю. Обычный поиск прекрасно выводил информацию по предыдущему обучению Марины, пройденным ею курсам и переподготовкам, в конце концов, именно на основе этой информации я разработал стратегию взлома, однако все курсы проходили до часа «Х». После взлома водоканала Марина исчезла из сети, превратившись в призрака. В тщетной надежде узнать ее по фотографии, я перешерстил все списки людей, проходивших хоть какую-то переподготовку в день спора. Сто тридцать восемь девушек, часть была зарегистрирована как Свободные художники, часть – нет, однако ни одна из них не была похожа на мою знакомую. Марины не существовало.

Сразу возникает вопрос – что за дела? В наше время человеку исчезнуть из сети так же сложно, как попасть, скажем, в хранилище Центрального банка. Имитаторы автоматически распознают лица на выкладываемых в сеть фотографиях и делают ссылки на личные страницы в социальных сетях. Страница Марины была девственно пуста, словно с момента создания ею никто не пользовался. Неужели у Марины нет друзей? Она не посещала вечеринки, после которых остаются горы голограмм, видео и прочей чепухи, которой тут же спешат поделиться недалекие люди? Быть такого не может, однако сеть упрямо твердила: такого человека, как Марина, последний год никто не видел.

Что не может не напрягать.

Руки сами потянулись к коммуникационному устройству, выводя на экран список работников корпорации. Два миллиона триста тысяч сотрудников по всему миру, не учитывая штат Свободных художников. Внушительная цифра! На нашем материке работали всего четыреста двадцать тысяч сотрудников, из которых техническим оснащением занималось… Семьдесят две тысячи. Уже меньше. Павлов из этого перечня было чуть больше ста голов, однако и здесь меня ждало разочарование. Ни одного лица, хоть отдаленно напоминающего «Петруччо», как его назвал коллега, я не находил. Чтоб тебя! Что за день-то такой? Ни Марины, ни Павла! Хотя последний точно должен был быть, так как сажать заключенных в капсулу кому попало не доверят. Однако на официальном сайте Корпорации Барлионы данного человека среди текущих работников не было. Ладно… Как звали напарника Петра? Черт! В упор не помню!

СТОП!

Текущих работников!

Что, если Павел больше не является текущим работником?

Найти список бывших сотрудников Корпорации мне не удалось, однако я наткнулся на другую не менее интересную статью: «Самоубийство работника технической службы». Черно-белая фотография Павла, одетого в свой нелепый свитер, смотрела на меня с экрана монитора, словно спрашивая: «За что?» Как говорилось в статье, из-за несчастной любви парень спрыгнул с крыши многоэтажного здания, основательно запачкав нескольких случайных прохожих. Прохожие оказались пронырливыми людьми и выиграли у Корпорации суд, получив материальную компенсацию за доставленные неудобства. На этом история Павла, хорошего человека и преданного друга, закончилась.

Еще одна ниточка, которая могла бы мне помочь найти Марину, была оборвана. Причем так, что и не подкопаешься.

Я еще некоторое время бесцельно пересматривал фотографии сотрудников Корпорации, всматриваясь в лица счастливчиков, умудрившихся сделать свою жизнь трудной, но беззаботной. Отыскал Игоря Самохвалова, руководителя департамента перспективных разработок. На фотографии он выглядел гораздо старше своего персонажа. Нашел своего бывшего учителя, Сергея Прохоренко, старшего специалиста департамента информационной безопасности. Такой же надменный взгляд, словно весь мир отбросы, а он в нем единственная опора разума и логики. Посмотрел на господина Иванова, главу всего этого безобразия. Обычный человек, невысокий, слегка одутловатый, с зарождающейся лысиной. Типичный офисный работник среднего звена. Трудно представить, что за этой неприглядной внешностью скрывается мощный аналитический ум и звание самого влиятельного человека нашей планеты. Когда-то давно он все поставил на капсулы и не прогадал, превратившись в…

От дальнейшего разглядывания сильных мира сего меня оторвало установившееся соединение. Я не стал включать видеосвязь, ограничившись аудиоканалом, однако мои собеседники не собирались играть в шпионов. Экран разделился на четыре части, одна из которых была закрашена – скорее всего, моя, а на трех остальных находились Марина, молодой мужчина лет 25–30, похожий на Хелфаера и Безпоники. Старый и сидящий в инвалидном кресле Безпоники.

– Махан, может, видео все же включишь? – первым заговорил Хелфаер, перебирая в руках четки. – Предпочитаю смотреть собеседнику в глаза.

– Хел, а сколько тебе лет? – вместо приветствия вырвалось у меня, как только я осознал, что Хелфаер, несмотря на проведенные годы в Барлионе и полученные звания, на самом деле молод.

– Двадцать семь, – гордо ответил Воин, явно считая это одним из своих главных достижений. – Я начал играть с 15 лет.

– Давайте оставим в покое славное прошлое Хелфаера, – прервала нас Марина. – На повестке более важные вопросы. Махан, объясни, почему ты сбежал?

– Не хочу повторять судьбу Павла, – честно ответил я.

– Какого Павла и какую судьбу? – проскрипел Безпоники.

– К нашему разговору это не имеет никакого отношения, – отрезала Марина, после чего добавила: – Но твой мотив понятен. Хорошо, эту тему тоже оставим в стороне и возвратимся к тому, ради чего мы здесь собрались. Слезы Харрашесса.

– Слезы тоже могут подождать, – прервал я Марину. – У меня накопилось слишком много вопросов, без ответов на которые я не буду ничего делать.

– Спрашивай, – усмехнулся Безпоники. – Именно поэтому ты видишь нас всех, а не только эту милую девушку.

– Мои мотивы сделать плохо Фениксу наверняка всем знакомы, – начал я. Когда все трое согласно кивнули, продолжил: – Однако мне совершенно непонятно нахождение здесь Хелфаера и Безпоники. Когда Хелфаер внезапно появился в Альтамеде, я думал, что он явился от Анастарии, которая по обрывкам информации собрала какую-то картину и отправила ко мне его. По факту оказалось, что Хел, второе лицо клана Феникс, активно участвует в процессе развала собственного клана. Лично у меня возникает когнитивный диссонанс, включается режим паранойи, и за Хелфаером я начинаю видеть усмехающуюся над всеми нами Анастарию.

– Ко мне, значит, у тебя претензий нет? – вновь усмехнулся Безпоники. – При этом ты видишь человека Анастарии в Хелфаере, не замечая его в Плинто?

– По поводу Плинто будет отдельный вопрос, сейчас мне хотелось бы получить ответ на предыдущий. Марина, причины твоего участия в этом мероприятии мне тоже интересны. Ты знаешь, о чем я говорю.

– Тогда начну я, – предложил Безпоники. – Как-никак это мой план и мне описывать его реализацию. Идею уничтожить Феникс я вынашивал пять лет. Извне к ним было не пробраться, по ресурсам Феникс гораздо превосходил моих Лазурных.

– Разве Лазурные не принадлежат Беспалому?

– Беспалый такой же глава клана, каким был Плинто в Темном Легионе. Внешняя оболочка. Ширма. Мне хватало того, что я принимаю решения, а всю бюрократию скинул на Беса. Пускай мальчик порезвится. Так вот. Извне Феникс было не уничтожить, тогда я решил сделать это изнутри. Для этого мне нужны были свои люди в клане. Три года поисков вывели меня на Хелфаера и Марину. Первый имел широкие возможности в Фениксе, вторая – доступ к разработчикам. Был составлен план, который за два года был доведен до логического завершения. Феникс скоро канет в Лету.

– Я по-прежнему не понял причины участия Хелфаера.