Путь Шамана. Все только начинается - Маханенко Василий Михайлович - Страница 56

Вот теперь возникает глобальный вопрос: за что мне мстить Анастарии? Если убрать эмоции, связанные с моим мужским началом и тем, что главная (единственная) самка моего прайда бросила своего самца, то ничего страшного ни со мной, ни с кланом не произошло. Могло произойти, отправься я на Прик, но не произошло. Наоборот, я нахожусь в диком выигрыше – свобода, деньги, известность. Зачем мне мстить? В чем глубинный смысл уничтожения персонажа по имени Анастария? На Хелфаера плевать, он мне никогда не нравился, но Настя… Это символ, и, если я сделаю ее недееспособной, огромная армия игроков обратится против меня. Тут даже к гадалке ходить не нужно.

Вывод напрашивается сам собой – мне нужно поговорить с Настей. Тут же возникает и другой вопрос: почему она до сих пор не инициировала разговор сама? Он ей не нужен? При целом Инь–Ян? Я все равно не пойду к компьютеру! Но тогда почему Анастария ведет себя, словно ничего не произошло? Очередной коварный план? Бред. Нам нужно поговорить – это бесспорно, но разговаривать мы будем на моих условиях. Прежде всего мне нужно пройти свое Подземелье и всучить Анастарии слезу. Далее – нужно пройти гробницу Создателя, чтобы получить возможность создавать Сальву. Вот когда козырные тузы будут у меня на руках, тогда я и поговорю с Настей о причинах ее поведения.

Решено!

Остался еще один вопрос, ответ на который я уже не готов дать – что делать со свитками Армагеддона. Взрывать их в замке Феникса? Отомстить Барсине за то, что она вытащила клан в первую тысячу рейтинга? Очень мудрое решение, ничего не скажешь. Эволетт отдал мне свитки без единого вопроса, даже с предложением использовать их через пару недель на официальном приеме Феникса, чтобы нанести им максимальный ущерб как в финансах, так и репутации. Что это? Борьба двух кланов за место под солнцем? Было бы понятно, находись они в одной Империи, но братья разъехались. Кстати! Нельзя забывать о том, что Эхкиллер и Эволетт – родные братья! Один брат дал мне оружие против второго? Щаз!

Случилось то, чего я больше всего опасался: я начал сомневаться в том, что делаю. Идея с глобальной местью Фениксу уже не кажется столь обоснованной, хотя по-прежнему привлекательна – если я хочу получить еще большую известность, то блокирование Анастарии и Хелфаера идеальный для этого вариант. Еще и денег на этом можно заработать. Тогда какого черта Анастария постоянно старается сделать так, чтобы я ее еще больше ненавидел? Ненавидел как самец самку, как я уже определился. Моральное уничтожение во время открытия Гробницы, интервью в первые дни после моего выхода в реальность, участие в передаче о моем клане, откровенные наезды на то, что я никто и звать меня никак. Для чего это нужно? Ведь она не может не понимать последствия своих действий и моего к ней отношения. Непонятно. Конечно, можно и в этом сказать ей спасибо – именно ненависть к Анастарии трижды вытаскивала меня из черного уровня подверженности, однако девушка знать об этом точно не может.

Или может?

Черт! Я совершенно не понимаю, что происходит, однако понимаю точно – происходит совершенно не то, что мне казалось. Все перемешалось и запуталось, создав в голове такой хаос, что захотелось плюнуть на все, удалить Шамана, забить на игру и больше никогда не залезать в капсулу. Как-то не привык я решать задачи с сотней, если не тысячей переменных, из которых известно только одно значение: я – Шаман.

Ювелирный набор переместился на пол, а я, словно лунатик, пошел к капсуле. Пора прекращать думать! Последнее время я только этим и занимаюсь. Моя задача – чувствовать!

ВХОД!

Точка возрождения Анхурса находилась за городской стеной. Как, впрочем, во всех городах Барлионы. Я не стал дожидаться, пока меня увидят стражники, поэтому наугад ткнул в карту, недалеко от Анхурса и нажал кнопку перемещения.

Синие воды Альтаира, самой большой реки нашего материка, величаво неслись с севера на юг, чтобы где-то в тысяче игровых километров от нас встретиться с океаном. Я не стал далеко улетать, так как перед тем, как превратиться в лунатика, меня посетила одна гениальная идея. Мне пора разобраться с кланом. Удостоверившись, что на меня никто нападать не собирается, я уселся на берегу реки, открыл панель управления кланом, вывел перед глазами конфигуратор отчетов и принялся колдовать. Для того чтобы не принять случайное решение на эмоциях, мне нужна информационная база. Никто, кроме самой Барлионы, дать мне ее не может…

– Чикан, че делать будешь, когда до 200-го уровня доберешься? – раздался голос, отвлекая меня от просмотра очередного рейтинга. Черт! Нужно было взлететь и проверить местность на наличие НПС и игроков. Вдруг в округе ПК действует? Ладно, поздно горевать, нужно разобраться, имеет смысл прыгать в другое место или Чикан и его спутник безобидны?

– Фиг его знает! Может, брошу, на фиг, учебу, займусь работой в Барлионе. Если дела пойдут в гору, Куманькову Настю, помнишь, я ее голограмму показывал, попробую заарканить. Пойдешь ко мне в свидетели, если с ней все выгорит?

– С Куманьковой? Санек, это ты загнул, – засмеялся Разбойник Сиклодор, игрок 155-го уровня. Вместе с Чиканом, Паладином 173-го уровня они занимались едва ли не самым бесполезным занятием игроков в Барлионе – прокачивали себе Рыболовство. Расположившись недалеко от меня, парочка приятелей – по-другому их назвать было нельзя – закидывала удочки, периодически потягивая из стоящих рядом с ними бутылок Барлионское светлое. Идеальные мужские посиделки.

– Вань, ну а че? Прикинь, если меня в Рейдеры возьмут? Лазурные Драконы или Наследники Титанов, например. Почему бы и нет?

– Ты еще о Фениксе помечтай!

– Да ну тебя! Вон, Махан смог? Смог. Почему бы и мне не попробовать.

– Махан – чувак Корпорации, это каждая собака знает, – безапелляционно заметил Сиклодор. – Я вчера как раз с Витой своей спорил, кто кого бросил и почему – Махан Анастарию или Анастария Махана. Чуть до драки дело не дошло.

– Не знаю. Я читал, что он обычный игрок, как мы с тобой, просто ему повезло, а нам нет.

– Повезло? Мне Вита рассказывала случай, что у нее на работе произошел. Одному мужику стало плохо, он вначале в клиническую смерть грохнулся, потом вовсе коньки нарезал.

– В смысле?

– В смысле – сдох мужик. На час. Что-то там у него отвалилось в сердце, я уже точно не помню. Так вот – его умудрились откачать, прикинь! Вита говорит, что за час пострадало всего десять процентов мозга и у мужика есть все шансы на то, чтобы вернуться к обычной жизни. Вот это я понимаю – повезло, так повезло. А твой Махан – это подстава. Так везти не может – он и Картос запустил, и Темный лес очистил, и замок себе урвал, и лучшую красавицу Барлионы завоевал. Пускай временно, но все же.

– Моя Настя лучше! – возмутился Чикан.

– Пока еще не твоя. Слушай! А давай нашу споем? Че-то так хорошо, что петь хочется.

– Хы… Давай! Погодь, я на минуту в реал сгоняю.

– Ты так и сидишь через шлем? Дома не будут ругаться, что ты песни орешь?

– Вот я и предупрежу, чтобы меня не выдергивали. Пять сек!

Оставаться на месте и слушать песни было выше моих сил, поэтому я открыл карту, выбрал точку в нескольких километрах отсюда и вновь использовал способности Предвестника. Мне все же нужно разобраться с управлением клана.

Сиклодор и Чикан подтвердили мою догадку о том, что для многих игроков Малабара, да и Картоса, раз на то пошло, Махан – игрок от Корпорации. Поэтому ко мне не пойдут серьезные игроки. Какой им смысл идти в клан, с которым уже не случится ничего интересного, – все сценарии запущены, Махан как представитель Корпорации уходит глубоко в тень. От него даже Анастария ушла! Нужно пометить у себя в списке и этот пункт. Так где мой генератор отчетов? Мне нужно больше информации…

– Эрик, привет! Ты сейчас где? – когда я однозначно определился, что нужно делать с кланом, я набрал первого попавшегося по списку игрока из тех, кого более-менее знал. Нанятая мной рекрутинговая фирма набирала всех подряд, создав мне резерв для развития в количестве семнадцати с хвостиком тысяч игроков.