Лавина - Стивенсон Нил Таун - Страница 111

– Имя мне знакомо.

– Ну… Ворон проник на атомную подлодку.

– О боже.

– Он каким-то образом перебрался на побережье Сибири, вероятно, поймал волну на своем треклятом каяке.

– Поймал волну?

– Так алеуты добираются от одного острова к другому.

– Ворон – алеут?

– Ага. Алеутский китобой. Знаете, кто такие алеуты?

– Ну да. Мой отец знал одного в Японии, – говорит Хиро. В памяти Хиро начинают оживать старые отцовские басни о лагерях военнопленных, медленно пробиваясь на поверхность из глубокого-глубокого хранилища.

– Алеуты гребут одним веслом, ловят на каяках волны. Могут даже обогнать пароход.

– Я этого не знал.

– Ну, так вот, пробравшись в лагерь беженцев, Ворон выдал себя за выходца из какого-то малого народа Сибири. Этих типов от наших индейцев не отличишь. У правосов, по-видимому, были сообщники в лагерях; они протолкнули Ворона в начало очереди, и он попал на подлодку.

– Но вы говорили, там был металлоискатель.

– Не помогло. Он пользуется стеклянными ножами. Затачивает кусок стекла. Самые острые клинки во всем мире.

– И этого я тоже не знал.

– Н-да. Лезвие всего в молекулу толщиной. Врачи используют их в глазной хирургии – ими можно надрезать роговицу, да так, что и шрама не останется. Некоторые индейцы на жизнь себе этим зарабатывают: затачивают глазные скальпели.

– Век живи, век учись, – задумчиво отзывается Хиро. – Надо думать, такой нож способен пройти сквозь бронированную ткань.

Чак Райтсон пожимает плечами:

– Я уже потерял счет, скольких громил в бронекомбинезонах Ворон пришил.

– А я думал, при нем какой-то лазерный нож или еще что.

– Сам подумай. Стеклянный нож. У него был такой на борту подлодки. Он или тайком его пронес с собой, или уже там нашел осколок стекла и его заточил.

– И что?

Глядя в пустоту перед собой, Чак отпивает еще один долгий глоток пива.

– На подводной лодке, знаешь ли, жидкостям некуда стекать. Выжившие утверждали, будто на подлодке все было по колено в крови. Ворон убил всех. Всех, кроме костяка экипажа и еще десятка беженцев, которые успели забаррикадироваться в мелких отсеках. Те, кто выжил, говорили, – Чак не может продолжать и должен приложиться снова, – та еще была ночка. Потом он заставил экипаж отвести подлодку прямо к правосам. Они стали на якорь недалеко у побережья Кодьяка, – продолжает Чак. – Правосы их уже ждали. Они подобрали новый экипаж из бывших моряков, типов, которые уже служили на атомных подлодках, – их еще называют рентгеноизлучатели, – а те поднялись на борт и захватили судно. Что до нас, мы ничего об этом не знали. Пока одна из боеголовок не появилась прямо у нас на пороге.

Чак поднимает голову, очевидно, заметив что-то за спиной у Хиро. А тот чувствует, как кто-то легонько хлопает его по плечу.

– Прошу прощения, сэр, – произносит мужской голос. – Можно вас на минуточку?