Вампир демону не эльф - Баштовая Ксения Николаевна - Страница 97

Андрэ помолчал и неуверенно спросил:

– А… можно на вас сослаться, что вы его имя назвали?

– Можно.

Агния еле заметно улыбнулась:

– Спасибо вам большое.

Кел-ле одновременно кивнули.

Андрэ помог подняться матери и аккуратно вывел ее за дверь.

Рэан какое-то время молчал.

– Даже не верится…

– Во что?

– Там, за пределами их жизни – настоящая война, и скоро грядет финал. А они живут и ни о чем не знают. Болеют, влюбляются, расстаются, растят детей.

Айша пожала плечами:

– У нас с детства выбора не было.

– Я раньше как-то не задумывался, что нас лишают выбора.

– Плен тебя изменил, как и меня – безумие. Только знаешь, иногда лучше не думать.

– Трудно остаться самим собой после такого, сестренка. – Охотник дернул плечом и придвинулся к столу. – Силы есть раскинуть?

Айша кивнула и высыпала в ладонь камешки. В этот раз она катала их очень долго и медленно высыпала на столешницу. Рэан сдержал первый порыв – наклониться и прочесть и молча смотрел на сестру. Она напряженно вглядывалась в камни и вдруг удивленно вскинула бровь:

– Не поняла?

– Что?

– Подожди! – Она собрала камешки и снова их раскинула.

Кел-ле не выдержал, отставил кружку и склонился над столом – рисунок ему был знаком, но вот смысл.

– Айши, то ли я перестал их понимать, то ли они что-то странное говорят.

Предсказательница обожгла его взглядом:

– Что ты видишь?

– Толпу народа и какого-то старейшину, но этого быть не может.

– Почему?

– У нас… – Маг осекся, но потом продолжил: – Да, теперь это у нас – нет ни одного из этих, наученных. Ничего не понимаю, выжил, что ли, кто?

– Думаешь, они тебе это скажут?

Рэан только плечами пожал и, кинув взгляд за окно, поднялся.

– Мне пора… Скоро сбор, да и Шенер должен вернуться… с Мэртой. Надеюсь, что удалось Западную армию привлечь.

Айша вдруг улыбнулась:

– Дойдешь, узнаешь. – Она подошла и крепко обняла охотника. – Береги себя, ладно?

Он сжал сестру за плечи.

– Обещаю! – коснулся ее лба губами и отстранился. – Ты тоже не загоняйся.

– Да мне некуда. Иди.

Он кивнул, подхватил плащ и вышел, набрасывая его на плечи и голову. Дверь закрылась. Предсказательница какое-то время смотрела невидящим взглядом, потом заставила себя встряхнуться и заняться делом. Ей требовалось собрать сумку с лекарствами, она собиралась быть на поле боя и очень надеялась, что ей хватит и сил и лекарств, что она собирала все это время.

За окном ночь давно и прочно заняла свои позиции, но Айша пока не собиралась спать. На улице тоже не наблюдалось никакого движения, когда из дальнего переулка появился быстро идущий человек. Уже у крыльца дома Кел-ле он остановился, кинул короткий взгляд на тускло светившееся окошко и покачал головой – женщина опять не спала, хотя было поздно. Тильвег вздохнул, он уже которую ночь почему-то приходил сюда, не понимая зачем. После памятного разговора с Айшей прошло очень много времени, а он все не мог забыть ни слова, ни грустные глаза беловолосой предсказательницы, ни серебро, утопленное им в отхожем месте. Только сегодня он пришел не с пустыми руками…

Тильвег какое-то время мялся, не зная, как быть со своей бредовой идеей. Какое-то время он мучился размышлениями, но потом мотнул головой, решительно отметая все «против» и все «за», оставив только одно – предсказательнице все же требовалось простое внимание. Потому он вытянул из свертка горшочек с белым цветком, поставил на крыльцо и, дотянувшись, постучал. После чего быстро исчез в одном из ближайших переулков.

От стука в дверь Айша очнулась от сборов и нелегких размышлений и глянула на дверь. Стук не повторился. Она какое-то время помедлила, потом все же вышла на крыльцо, всматриваясь в темноту улицы. Никого… Кел-ле опустила взгляд себе под ноги и обнаружила цветы. Она удивленно оглядела улицу, гадая, кто мог принести это сюда и зачем? И присела возле цветка на корточки, рассматривая. Горшочек был совсем небольшим, как и белый цветок, но рядом виднелись еще два бутона.

Тильвег, наблюдавший из-за угла, невольно улыбнулся – предсказательница была похожа на ребенка, получившего внезапный подарок. По сути, она ему и тогда напомнила всеми брошенного человека. Человека с даром – предвидеть и видеть, что прибавляло тяжести существования.

Айша улыбнулась и поднялась, держа в руках цветок, оглядела улицу и кивнула, словно видела мужчину.

– Спасибо. – И скрылась в доме, дверь тихо хлопнула.

Тильвег еще какое-то время постоял, раздумывая над своим поступком, и ушел – до утра ему требовалось закончить еще одно дело. Почему-то от того, что подарок приняли, тянуло улыбаться.

Рэан дошел до замка графа и у лестницы наткнулся на Адальберта, сидевшего на ступеньке. При виде друга тот немедленно встал.

– Я уже собирался идти искать.

– Что-то случилось? – Кел-ле мотнул головой и привычно убрал уже порядком растрепавшиеся волосы за ухо.

– Еще нет… У тебя несколько часов на сон, потом выезжаем. – Аль поморщился. – Впрочем, можешь не спать.

– Подремлю, силы еще понадобятся. Есть новости?

– Нет, пока нет. Беспокоишься?

– Нам нужны все силы… и потом, кому я жизнь портить буду? – Рэан заставил себя улыбнуться, хотя мысли были совсем невеселые.

Мэтр Крей засмеялся:

– Да ты найдешь кому! – и посерьезнел. – У тебя три часа!

Охотник кивнул, хлопнул друга по плечу и ушел. Адальберт же еще какое-то время пробыл возле лестницы, потом поднялся к себе – он тоже собирался вздремнуть.

Рэан добрался до своей комнаты, сбросил сапоги и плащ на кресло и завалился на кровать. Трех часов на отдых было слишком мало, но охотник не роптал – скоро решится судьба мира и что такое собственный сон, когда может погибнуть все. Он закрыл глаза, расслабился, наказал себе проснуться через два с половиной часа и вырубился.

И снова вокруг были ненавистные камни. Камни, поглощавшие всю его Силу, блокирующие и заставляющие чувствовать себя беспомощным младенцем.

И снова Рэан видел над собой склоненного демона. Невысокий, сухой и очень опасный – с таким охотник еще не сталкивался, но протестовать не мог, как и шевелиться – его давило к полу, словно попал под обвал. Любая попытка пошевелиться вызывала боль. Откуда он взялся – вопрос без ответа, призыв был на иного демона. А этот… старейшина не из последних. Демон спокойно смотрел на Кел-ле, в глазах плясало кровавое пламя.

– Значит, Кел-ле…

Рэан закусил губу от боли, ввинтившейся в разум, но выдохнул:

– Как узнал?

– Уже не важно. И вот это, охотник, тебе тоже больше не нужно… – Демон прихватил длинную косичку, когда-то заботливо вплетенную сестрой, и рванул.

Кел-ле прикусил губу и тут же услышал ругательство – полыхнувшая прядь волос оставила на лапе след. Что было дальше, охотник мог только догадаться по обрушившимся болевым ощущениям, когда очнулся в камере…

Рэан резко вскинулся с постели и судорожно вздохнул, заставляя сжавшиеся легкие вдохнуть свежий воздух. Простыня промокла от пота. Он затравленно огляделся и успокоился – выделенная ему комната в замке не собиралась меняться на застенки. Кел-ле поднялся, прошелся до столика, махом выпил полкувшина воды и невидящим взглядом уставился в стенку.

«Зачем… почему именно сейчас?»

Голова болела, словно он накануне хорошенько перебрал крепкого. Рэан вздохнул, вернул кувшин на место, хотя очень хотелось разбить его вдребезги об стенку – не полегчает, так хоть отвлечет и постарался расслабиться. До прихода Аля еще было время… Охотник отошел от столика и медленно поднял руки. Комплекс упражнений он хоть и осиливал, но некоторые вещи не давались на прежней скорости.

– Да-а-а. – Он выдохнул и вытер мокрый лоб удачно подвернувшимся полотенцем, – сдаешь, старина, сдаешь… Так и прибьют же, – он невесело улыбнулся – гибнуть второй раз категорически не хотелось. Он все-таки еще лелеял надежду пожить мирно…