Вампир демону не эльф - Баштовая Ксения Николаевна - Страница 86

– Разумеется, – махнула рукой графиня. – День, два, неделя – какая уж теперь разница… Только, боюсь, тин Сангра-и-Микелта моему возвращению все равно не обрадуется. Я ему не нужна и не была нужна. А Дари… ее ведь больше…

– Тин Карл. – Мэрта, сдвинув брови, с грохотом отставила сковородку. Этот разговор совершенно переставал ей нравиться: Алэра же, кажется, вот-вот заплачет!.. – Может, оставим в покое прошлое? Его не вернешь, а у нас и так достаточно головной боли!

– Согласен, – кивнул Нюхастый. И добавил, вдруг улыбнувшись: – Только с «прошлым» вы поторопились, госпожа. И ее сиятельство, как мне кажется, вполне еще может заставить супруга пересмотреть свое отношение к браку.

– Пересмотреть? – слабо усмехнулась эльфийка. – Интересно, зачем?

– Я всегда придерживался принципа полной семьи, – пожал плечами тин Карл. А потом, увидев искреннее недоумение в глазах графини, пояснил: – Ваша дочь жива, ваше сиятельство. И ваше возвращение домой станет для графа лучшим подтвержде… Ваше сиятельство, с вами все в порядке?

– Дари… – еле слышно прошептала эльфийка, – жива…

Она покачнулась и, прижав руку к сердцу, сползла по стенке вниз. Вскочившая со стула Мэрта едва успела ее поймать.

– Ну вот, – сердито сказала демоница. – Браво, тин Карл! Вы умудрились сделать то, что оказалось не по зубам целому бараку демонов!..

– В гостиной есть диван, – как ни в чем не бывало сказал Нюхастый. – А ее сиятельство все равно бы обо всем узнала. Не от меня, так от мужа.

– Вот и оставили бы это мужу! – отрезала Мэрта. – Это их дело!

Тин Карл медленно покачал головой:

– К сожалению, госпожа, это уже дело общее. Не волнуйтесь, графиня скоро очнется. Зато у нас будет почти два дня…

– На что? – Уже стоя на пороге кухни, демоница обернулась.

Тин Карл широко улыбнулся:

– На то, чтобы кое-кто из эльфов сильно задумался о сотрудничестве… Дама Сильвия и в грош не ставит своего зятя. Меня она тоже не стала бы слушать. А вот ее собственная дочь, раздираемая материнским инстинктом, возьмет эту крепость без боя!

Уважаемый мэтр Адальберт Крей, притаившись за хитро замаскированной дверью потайного выхода из каминного зала замка Хэнедоара, занимался самым что ни на есть предосудительным делом: он подслушивал. И ничего постыдного в своем занятии не находил. На совет по приглашению тина Сангра-и-Микелта явились все высшие – и каждый со свитой. А это, между прочим, общим числом тянет сотни на четыре. Причем три из них никакого доверия не внушают – если насчет того же барона Фархия тревожиться не стоит, то от верховного Фешетеи можно чего угодно ожидать… Да, господин Манрике Эргас, граф де Монкор, как и предсказывал тин Карл, не замедлил явиться. В компании целой толпы сочувствующих низших. И светиться в каминном зале в такой ситуации – непозволительная глупость. А на тайной двери пороговое заклинание, никто из вампиров и носом не поведет.

С той стороны что-то грохнуло. Адальберт навострил уши.

– Это бред сумасшедшего, тин Иштван! – высокомерно заявил из-за тайной двери чей-то голос. – Какая война? Да еще и в компании с людьми! Может, заодно и эльфов позовете, а?..

– Надо будет – позову. И, кстати говоря, тин Манрике, конкретно вас сюда не звали. И раз уж вы все-таки решили удостоить нас своим посещением, то хотя бы не срывайте совет.

– Совет? По поводу этой чуши?! Да нам что, Ночных войн мало было, чтобы теперь еще и…

– Нам?.. – холодно переспросил граф де Хэнедоара. – Я пока еще не впал в склероз, господин Эргас. И лично принимал участие в последней Ночной войне. Только ни вас, ни ваших бойцов я там почему-то не заметил. Вероятно, у вас были какие-то более важные дела?..

Пауза, неразборчивый шепот множества голосов, чей-то одинокий одобрительный смешок и надменное:

– Вероятно, были!

– Ну разумеется… Я так понимаю, что и теперь есть, да?

– На что вы намекаете?! – В голосе графа де Монкора послышались угрожающие нотки. – Вы смеете обвинять меня в трусости?!

– Это ваши слова, не мои.

– Вот как? И с каких это пор вы стали таким смелым, тин Сангра-и-Микелта? Думаете, собрали здесь толпу этих лишенцев и получили право гнуть под себя верховного Фешетеи? Так вы оглянитесь вокруг, уважаемый тин, и подумайте – стоит ли так рисковать?..

– Я ничем не рискую, – ровно отозвался верховный вампир Ира. – Это не я только что плюнул в лицо равным по силе и статусу. Не я обескровил половину собственного королевства. Не я вынудил людей десятками бежать из Фешетеи…

– И что? – высокомерно перебил гость. – Вы пристыдить меня решили?

Граф де Хэнедоара хмыкнул:

– Был бы смысл… Нет, тин Эргас, я говорил о другом. Вы заигрались. И забыли, что бесправные вилланы не только ваш «подножный корм», но еще и налогоплательщики. Вы – не король Фешетеи. А ему ваша вольница уже порядком надоела… Люди – основа государства, а по вашей милости их остается все меньше и меньше. Недалек тот день, когда его величество попросту плюнет на все соглашения и спустит на вас боевую дружину отцов-инквизиторов. Их община, кстати, в последнее время порядком разрослась – благодаря вам же.

– Вы мне угрожаете, тин Иштван?

– Я? Ну что вы. Это голые факты. Можете продолжать в том же духе, просто запомните – когда за вами придут, никто из присутствующих здесь «лишенцев» и крылом не шевельнет, чтобы помочь. У них, я уверен, тоже найдутся неотложные дела – где-нибудь подальше от Фешетеи.

– Это шантаж! – взвыл де Монкор.

Адальберт в своем укрытии ухмыльнулся до ушей: «Конечно, шантаж, ваше сиятельство. С такой крысой, как вы, по-другому нельзя…»

Граф де Хэнедоара сделал паузу и сказал:

– Понимайте как угодно, тин Манрике. Повторяю – на вас никто и не рассчитывал. Вы плохой союзник – как минимум из-за вашего незавидного будущего. Действительно, к чему нам, на пороге настоящей войны, конфликты с чужим государством?.. И не стоит метать молнии в сторону барона Фархия. Прежде всего он подданный его величества короля Фешетеи, и только потом уже – ваш. И он свое решение принял. Уверен, ваш общий правитель его только поддержит.

– Пугать вздумали?! – Незваный гость задохнулся от ярости. – Меня?! Да кто вы такие?! Кто ТЫ такой, Сангра-и-Микелта, чтобы диктовать мне свои условия?! Оглянись вокруг! Вас здесь жалкая сотня, а я привел три! И они порвут любого, на кого я укажу! Будь то хоть ты, хоть Фархий, хоть толпа инквизиторов! Моим верным псам плевать на вашу возню и ваши мифические войны! И на короля Фешетеи, когда придет его срок, им тоже будет плевать!

В каминном зале повисла тишина. Все – высшие, низшие, прилипший щекой к двери маг – ждали, что ответит граф де Хэнедоара. Скрипнуло кресло, по каменному полу неторопливо и гулко прозвучали шаги. А потом раздался голос тина Сангра-и-Микелта:

– Не переоценивай верность тех, в ком взрастил жажду крови, Манрике. У них нет ни прошлого, ни будущего. Только голод. И да, они могут нас опрокинуть – но дальше-то что? Чем ты их будешь кормить, когда Фешетеи обезлюдеет? Обещаниями?.. Или начнешь опустошать соседские земли, в попытках удержать под контролем озверевшую свору? Так Ир и Арталия этого не потерпят. Их короли ничего тебе не должны. Мне все равно, чей меч отправит тебя в Чертоги – безымянного отца-инквизитора или кого-то из собственных прихлебателей. И мне все равно, пойдешь ты с нами или нет. Но ты явился ко мне на порог без приглашения – и я тебя впустил. И дал право голоса на совете, как равному. Что тебе делать с этим правом дальше – уже не моя печаль. Мы обошлись без твоих хваленых «псов» в последней войне, обойдемся и сейчас. Где дверь, ты знаешь…

Адальберт затаил дыхание.

И через долгую, чудовищно долгую минуту, насквозь пропитанную дурными предчувствиями, услышал наконец:

– Я сделаю вид, что не слышал вашей последней фразы, граф де Хэнедоара. И пусть я все равно считаю вашу затею совершенной глупостью, но… я все же останусь. Пока что. Мы слишком долго до вас добирались, чтобы через час повернуть обратно. Ну? Так что там с войной? Чисто из любопытства?..