Вампир демону не эльф - Баштовая Ксения Николаевна - Страница 116

Мерт уже ободрал все руки, карабкаясь наверх. Наконец последний рывок, и юноша оказался на ровном плато. Теперь можно полчаса отдохнуть, и карабкаться дальше.

Парнишка скинул с плеча походную сумку, отхлебнул из фляжки, висевшей у пояса, немного воды и полез в суму за картой.

Судя по рисунку, идти осталось всего ничего. Обогнуть вон ту небольшую черную скалу и… Стоп! Скалу? Черную? А почему ее на карте нет? Полудемон прищурился, пытаясь соотнести увиденное на бумаге и то, что сейчас находилось перед ним.

Ну и где на карте эта самая черная скала? Почему ее нет?

Парень задумчиво почесал голову, шагнул вперед…

А гора вдруг зашевелилась… Над камнями показалась огромная драконья морда…

Мерт почувствовал, как сердце скатилось куда-то в пятки.

Уже через мгновение на месте хрупкого мальчишки стоял демон. Самый что ни на есть настоящий – рогатый, хвостатый, краснокожий. Специалист, конечно, мог бы рассказать, что и окрас до нужного не дотягивает, и рога какие-то кривоватые, и хвост чересчур короткий, но где взять этих специалистов, умеющих отличить демона от полукровки. А в таком облике хоть слегка побрыкаться получится, когда тебя жевать начнут.

Черный, как самые страшные кошмары, дракон распахнул пасть. Блеснули острые клыки, смрадное дыхание колыхнуло воздух…

– Ночь, нельзя! – гаркнул откуда-то сверху молодой голос.

Дракон как-то обиженно захлопнул пасть и опустил голову, прижавшись к земле. Полудемон, совершенно не ожидавший никакой поддержки, замер и попытался понять, откуда же донесся спасительный шум.

Под каблуками захрустели камни, и на землю, прямо перед Мертом спрыгнула молодая девушка. Черные волосы были стянуты в хвост, заостренные уши выдавали толику эльфийской крови, а мужской костюм, в котором щеголяла незнакомка, был перепачкан в каменной пыли.

– Тебя отец прислал? – резко, без всякого подхода, начала незнакомка. Презрительно суженные глаза скользили по Мерту, словно ощупывая с ног до головы.

Есть его пока вроде бы не собирались, дракон, похоже, слушался эту странную девицу, а потому парень с облегчением принял более привычный, человеческий облик.

– Какой отец, чей?

– То есть нет, – легко подытожила незнакомка. – Тогда проваливай отсюда, – и, развернувшись на каблуках, направилась куда-то в сторону.

– Эй, подожди, – рванулся к ней Мерт, схватил за руку.

И в тот же миг он отлетел в сторону: у девицы внезапно оказался довольно крепкий удар, а тут еще и дракон, взбешенный, что с его хозяйкой обходятся столь непочтительно, с силой толкнул Крея мордой.

Хорошо хоть не откусил что-нибудь. Но головой Мерт о камень приложился хорошо…

…Когда он открыл глаза, небо начинало темнеть. И первое, что парень увидел, это склонившуюся над ним незнакомку. Впрочем, девице, похоже, были чужды всяческие сантименты:

– Очнулся, демоново отродье? Еще раз прикоснешься ко мне без разрешения, голову оторву и Ночи скормлю, понял?!

– Еще б не понять, – мрачно буркнул юноша, потирая ноющий затылок.

– То-то же! – фыркнула его собеседница и направилась куда-то в сторону ближайшей расщелины.

– Да подожди же ты! – Мерт вновь рванулся за ней, но за руки на этот раз предусмотрительно не хватал.

Девица резко остановилась, обернулась:

– Тебе что, мало показалось?

– Да н-нет, – оторопел он. – Я просто… Темнеет уже… Ты здесь живешь? Тебе не страшно одной?

– Нам с Ночью – не страшно, – процедила незнакомка. – И вообще – проваливай! Или я непонятно сказала?

И девушка скрылась за нависающей над плато скалой. Мерт вздохнул, покосился на темнеющее небо и начал готовиться к ночлегу – прыгать ночью по горам то еще удовольствие, проще дождаться утра и потом уже отправляться в путь. Ну, а то, что там, в темноте, прячется незнакомая девчонка с драконом… Она вроде бы сама на людей не кидается, если ее не трогать.

…Через час, когда на его небольшом бивуаке разгорелся костерок – благо на горном плато было немного сухостоя – и потянуло ароматным запахом сваренной на вяленом мясе похлебки, в темноте послышались шаги.

Парень вскинул голову: в кругу света, отбрасываемого огнем, стояла, изредка хлопая по себе, чтобы убить комаров, уже знакомая девушка. Дракона видно не было.

– Я… Это самое… – начала она, независимо глядя поверх его головы, – спросить хотела… У тебя от комаров и клещей ничего нет? Замучили, просто сил нет.

– Сейчас посмотрю, – улыбнулся Мерт, раскрывая сумку. Комаров, как и клещей, на плато практически не было, но показывать, что он разгадал наивную уловку девчонки, не захотевшей оставаться в одиночестве, юноша не стал – какой в этом смысл?

На закате Рэан вновь приступил к работе. Над чашами сами собой вспыхнули синие огоньки, по лезвиям ножей побежали алые искры… Пора было начинать.

Мужчина встал в центр круга, образованного клинками, расстегнул рубаху, так что стал виден амулет на шее. Короткие слова сами срывались с губ. Он звал тех, кто ушел в Чертоги, просил их откликнуться на зов последнего из рода Кел-ле…

Сангра на шее пульсировал в такт ударам сердца. Над магом вспыхнул и завертелся бирюзовый водоворот… А в следующий миг для Рэана все оборвалось…

В воздухе было разлито что-то непонятное. Ночь холодными хлопьями начинала окутывать замок Хэнедоара, где-то вдали раздался пронзительный волчий вой, а тин иль Сангра-и-Микелта места себе не находил. Он уже давно примирился с женой, да и с самим собой тоже. Главное, что дочка жива, решил граф, а уж способ найти ее хоть он непременно отыщет, благо сроки жизни и вампиров, и эльфов позволяли рассчитывать если не на века, то на годы точно.

Но этим вечером что-то странное творилось на душе у графа. Казалось, тихие, чуть слышные голоса что-то нашептывают, что-то пытаются сказать, но понять, что именно, было невозможно.

С небес упали первые капли дождя. Свежий ветер ворвался в распахнутое настежь окно, и граф понял, что уже просто не может находиться в замке. Стены буквально давили на него. Казалось, еще мгновение, и потолок рухнет, погребет под собой незадачливого вампира…

– Брайн!

Призрак услужливо проявился в комнате:

– Да, милорд?

– Передай госпоже графине, что я вернусь ближе к рассвету.

– Как будет угодно, милорд, – склонил голову в поклоне призрак.

Маленькая летучая мышь вылетела в открытое окно.

Во время дождя трудно летать, но сегодня что-то словно вело графа, звало вперед, показывало дорогу алой путеводной нитью. Ее нельзя было увидеть, но чувствовалась она очень хорошо.

Огней, почти невидимых в уже вступившей в свои права темноте, вампир сразу и не заметил. Лишь почувствовал, что таинственная нить привела его к цели, что неслышный голос смолк, показав место, куда нужно прийти. Летучая мышь, сложив крылья, упала на землю, а через мгновение там, где она опустилась, уже стоял, стряхивая с плаща редкие капли дождя, мрачный черноволосый мужчина.

Иштван оглянулся по сторонам, пытаясь понять, что могло привести его сюда, а потом разглядел где-то сбоку едва заметное бирюзовое мерцание. Таинственный голос, приведший его сюда, вновь позвал вперед, и мужчина, чувствуя, что не может, да и не хочет сопротивляться ему, шагнул на зов.

Уже через несколько минут его взору открылась небольшая пещера. Меж расставленных по полу чаш плясали разноцветные огоньки, отражаясь на блестящих стенах, а в центре составленного пиалами круга неподвижно лежал уже знакомый беловолосый маг. Над головой его крутилась странная зеленоватая воронка, а на груди Рэана Кел-ле пульсировал, с каждым мигом наливаясь все ярче и ярче, Сангра…

Амулет, пришедший из глубины веков. Талисман, созданный тысячу лет назад из крови рода иль Сангра-и-Микелта…

– Я должен был догадаться, – чуть слышно обронил мужчина.

Шагнув внутрь пещеры, вампир медленно пошел вдоль границы круга, образованного кинжалами и чашами. Что могло заставить только недавно спасшегося охотника вновь рисковать собой? За прошедшие годы Сангра прошел много рук. Передаваясь членам рода Кел-ле, он помогал им, выручал, обладая собственным, непостижимым для любого смертного разумом, был верным помощником… Но служить мог только роду иль Сангра-и-Микелта. А значит, решившись на столь опасный шаг, используя мощь старинного медальона, охотник, зная это или нет, вольно или невольно направился по дороге к Чертогам Влюбленных.