Алмазный век, или Букварь для благородных девиц - Стивенсон Нил Таун - Страница 96

Потом все-таки потянулись окраины. Хакворт упорно ехал на запад; народ на улицах видел сумасшедшего и благоговейно расступался. Прохожие и велосипедисты постепенно уступили место более тяжелому и быстрому военному транспорту. Хакворт не хотел жаться к обочине и направил Похитителя искать окольные проселочные дороги к Сучжоу. Плоская дельта Янцзы лежит почти вровень с морем; здесь каналы, оросительные, осушительные, транспортные, были куда многочисленнее дорог. Они вились по черной зловонной пахоте, словно кровеносные сосуды в мозговой ткани. Равнину часто нарушали могильники с гробами чьих-то предков, невысокие, чуть выше обычного паводка. Дальше на западе над полями вздымались черные от растительности склоны. КПП Прибрежной Республики на перекрестках дорог казались серыми и косматыми, словно заплесневевшие буханки, такой плотной была окружающая их защитная сетка; вглядываясь в облако макро– и микроскопических аэростатов, Хакворт с трудом различал за ними гоплитов; от радиаторов в их спинах волнами расходился жар, колебля густой нанотехнологический компот. Его не останавливали. Он думал, что ближе к территории кулаков пунктов станет больше, но первый оказался и последним; Прибрежная Республика еле-еле наскребла сил на одномерную линию пикетов.

Через милю от КПП, на следующем маленьком перекрестке, Хакворт увидел два очень грубо сработанных креста из свежесрубленных тутовых деревьев, еще трепетавших на ветру зелеными листочками. К перекладинам белыми пластиковыми веревками были привязаны два молодых европейца, обуглившиеся, со вспоротыми животами. По прическам и уцелевшим, словно в насмешку, черным галстукам, Хакворт узнал мормонов. У одного кишки висели до земли, их с завидным упорством тянула тощая свинья.

Больше он трупов не видел, но влажный горячий воздух смердел разложением. Хакворт долго думал, что смотрит на сеть нанотехнологических оборонительных барьеров, пока не сообразил, что все куда проще и естественнее: над каждым крошечным водотоком тянулся черный ореол жирных сомлевших мух. Если потянуть правый или левый повод и направить Похитителя к каналу, взгляду предстанут раздувшиеся мертвецы.

Десять минут езды от КПП, и Хакворт оказался в становище кулаков. Он смотрел только вперед, поэтому не мог сказать, насколько велик лагерь. Повстанцы захватили деревушку из низких мазаных фанз. Черная полоса на земле маркировала бывшую линию подачи; Хакворту она представилась меридианом, который провел по живому глобусу астральный картограф. Кулаки были по пояс голые, в синих штанах, подпоясаны алыми кушаками, иногда в алых повязках на лбу, предплечьях и шее. Те, что не спали и не курили, отрабатывали приемы борьбы. Хакворта будто не замечали, лишь один парень выскочил из дома с кинжалом и заорал: "Ша! Ша!"; трое товарищей оттащили его назад.

Следующие сорок миль до Сучжоу ничего не менялось, только ручьи превратились в реки, пруды – в озера. Лагеря кулаков стали больше и попадались чаще. Редко-редко тяжелое марево вздрагивало от слабого ветерка, и тогда до Хакворта долетал металлический запах стоячей воды. Он знал, что близится великое озеро Тайху. Впереди показался полупрозрачный купол, его редкая тень ложилась на высокие дома. Сучжоу, новый оплот Поднебесной, укрылся воздушным щитом, словно куртизанка – невесомым муаром сучжоусского шелка.

Ближе к озеру Хакворт выбрался на Ханчжоусское шоссе и развернул Похитителя на север. Сучжоу протянул щупальца новостроек вдоль всех главных дорог; подъехав к домам, Хакворт увидел магазины и кафе, разграбленные, пустые или захваченные беженцами. Здешний бизнес был рассчитан на водителей грузовиков: мотели, казино, чайные домики, бистро. Теперь грузовики исчезли. Хакворт ехал посреди улицы, обливаясь потом в тяжелой одежде, и поминутно прикладывался к охлажденной бутылке из бардачка Похитителя.

Поперек дороги огромным шлагбаумом лежала вывеска "Макдональдса"; столб, на котором она когда-то держалась, сгорел и рухнул. Перед вывеской стояли двое молодых людей, курили и, как постепенно дошло до Хакворта, поджидали его. Он приподнял котелок. Ближайший парень взял поводья, что в случае механической лошади было чистой данью обычаям, и пригласил Хакворта спешиться. На обоих были тяжелые, но эластичные комбинезоны, пронизанные сетью трубок и проводов – нижний слой гоплитской брони. Чтобы ринуться в бой, им достаточно нацепить верхние, более тяжелые и жесткие латы, которые, надо думать, остались где-то поблизости. Хакворт попал в число немногих европейцев, кого кулаки не преследовали с криком "Убей! Убей!", и сейчас с любопытством наблюдал их в сравнительно мирной жизни. Они держались достойно, официально и сдержанно, без всякого кривлянья или смешков, не то что их сверстники из Прибрежной Республики.

Хакворт пошел через автомобильную стоянку к "Макдональдсу". Первый парень остался у шлагбаума, второй следовал чуть поодаль. Дверь тоже открыл солдат. Хакворт блаженно выдохнул, почувствовав на лице струю прохладного воздуха. Сейчас поры его одежды начнут выталкивать забившую их грязь.

Кафе немного пограбили. Из-за стойки несло химией; кубы для картофеля-фри опрокинули, жир вылился и застыл снежным сугробом. Значительную часть соскребли мародеры; Хакворт видел параллельные следы женских пальцев. По стенам висели прозрачные медиатронные панели на тему Великого Шелкового Пути – виды красивых мест отсюда и до Кадиса, где в старину заканчивалась караванная дорога.

Доктор Икс сидел за угловым столиком, лицо его светилось в холодном ультрафиолетовом отблеске лампы дневного света. Он был в шапочке с вышитым золотым драконом и в великолепном парчовом халате. Ворот у халата был широкий, рукава заканчивались у запястья, и Хакворт видел под тканью гоплитскую броню. Доктор Икс на войне, он покинул безопасный периметр Сучжоу и должен быть в любую секунду готов к нападению.

Он пил зеленый чай из бумажного макдональдсовского стаканчика, рядом в графине с горячей водой кружились тучи зеленых листьев. Хакворт снял шляпу и поклонился на викторианский манер, что было прилично и уместно. Доктор Икс тоже наклонил голову, и Хакворт увидел пуговку на его шапочке – красную, что означало высочайший ранг, но из коралла, то есть вторую по старшинству. Рубиновая была бы знаком верховного сана. В западных понятиях доктору Икс соответствовал бы младший кабинетный министр или трехзвездочный генерал. Кажется, это самый высокий чин, которому дозволено встречаться с варварами.

Хакворт сел напротив. Из кухни бесшумно просеменила девушка в шелковых туфлях, поставила ему графин с зеленым чаем. Провожая ее взглядом, Хакворт лишь самую малость содрогнулся при виде крохотной – дюйма четыре – стопы. Наверное, сейчас это делают иначе, лучше – вероятнее всего, регулируют рост предплюсны в отроческие годы. Может быть, ей даже не больно.

Подумав это, Хакворт впервые осознал и другое: десять лет назад он поступил правильно.

Доктор Икс смотрел на него и, кажется, читал его мысли. Он тоже задумался и некоторое время ничего не говорил, только смотрел в окно да изредка прихлебывал чай. Уставшего с дороги Хакворта это вполне устраивало.

– Научили вас чему-нибудь десять лет в заключении? – спросил доктор Икс наконец.

– Кажется, да. Но мне трудно выудить смысл, – ответил Хакворт.

Доктор Икс попросил растолковать выражение. Для иллюстрации Хакворт вытащил десятилетней давности визитную карточку с динамической печатью доктора. Когда старик выудил дракона из воды, доктор Икс внезапно понял и одобрительно улыбнулся. Это было заметное проявление чувств – допуская, что они искренни – однако война и возраст могли притупить его осторожность.

– Нашли Алхимика? – спросил доктор Икс.

– Да, – ответил Хакворт. – Я – Алхимик.

– Когда вы это узнали?

– Совсем недавно, – сказал Хакворт. – И сразу все понял. – Он показал рукой, будто выдергивает рыбину. – Нанотехнологически Поднебесная далеко отстала от Ниппона и Атлантиды. Кулаки и раньше могли бы сжечь варварские линии подачи, но в итоге народ беднеет и лишь больше мечтает о западных товарах. Вы решили перепрыгнуть варварские сообщества, создав технологию Семени. Сперва вы разрабатывали ее в сотрудничестве с племенами второго эшелона, Израилем, Арменией, Великой Сербией, но они оказались ненадежны. Снова и снова вашу старательно созданную сеть разрушали силы Поддержания Протокола.