Скандальные желания - Хойт Элизабет - Страница 46

– Будь ты проклят! – Парень отнял руки и посмотрел на него. Его залитое слезами лицо было белым, а пылающий взгляд, казалось, мог прожечь дыру во лбу Мика. – Викарий убил ее из-за тебя, из-за твоей проклятой гордости! Ах ты, ублюдок! Ты должен был убить его много лет назад! Или просто забрать у него все винокурни! Но ты ведь слишком крут, чтобы варить джин, не так ли? – Бран сплюнул на пол. – Гореть тебе в аду за это. В смерти Финеллы виноват ты, и больше никто.

Мик молча слушал, не делая попытки защититься от нападок Брана. А когда тот замолчал, кивнул Гарри.

– Пойдем, – сказал Брану охранник, – в такие моменты неплохо бы выпить.

– Будь ты проклят! – Парень сначала попытался вырваться из крепких рук Гарри. Но смерть Финеллы лишила его сил, и он быстро сдался. Охранник чуть приподнял его и потащил к двери.

Мик глянул на Берта и сказал:

– Нужно вымыть комнату, а тело Финеллы пока отнести в подвал. До похорон оно будет лежать там.

Берт согласно кивнул. От горя его лицо было еще страшнее, чем обычно.

А Мик повел Сайленс к себе в комнату. Он не хотел держать ее с девочкой там, где все пахло смертью.

Его спальня была в полном порядке. И тут Мика поразила одна мысль. Его дом был очень большим, со множеством извилистых коридоров и потайных лестниц. Людям, которые жили в другом месте, требовалось много времени, чтобы найти нужную комнату. Почему же головорезам Викария это удалось? Как они смогли безошибочно определить, где живут дорогие ему люди?

Его размышления прервала Сайленс:

– Почему Финеллу убили купоросом? – шепотом спросила она.

Мик опустил голову.

– Это из-за меня, – наконец ответил ей пират.

Сайленс смотрела прямо на него. Мик знал, что она успела привязаться к Финелле и будет горевать по ней почти так же сильно, как Бран.

Услышав его слова, Сайленс удивленно нахмурилась.

– Из-за тебя? – переспросила она.

Мик кивнул. Сейчас было не то место и время, чтобы пускаться в воспоминания. Но и сил, чтобы лгать и изворачиваться, у него тоже больше не осталось.

– Давным-давно я облил одного человека купоросом. Сжег ему пол-лица.

Сайленс в ужасе отпрянула от него. И Мик этому не удивился. Так мог поступить только зверь без сердца и совести. Конечно, это вызывало отвращение.

– Но почему?

Такой вопрос застал его врасплох. Мик удивленно поднял брови. Было по меньшей мере странно спрашивать зверя, почему тот повел себя по-звериному. Но он все-таки ответил ей:

– Потому что я хотел убить его, и под руку подвернулась банка с купоросом.

Сайленс просто смотрела на него. Казалось, ей едва хватало сил, чтобы стоять.

– Я очень устала, – наконец произнесла она, – и не очень хорошо соображаю. Но мне кажется, ты не говоришь мне самого главного… – Ее голос стих, однако Сайленс тряхнула головой и продолжила: – Ради памяти Финеллы объясни мне, как твое прошлое связано с ее смертью?

– Все очень просто, – ответил Мик, – мужчина, на которого я напал, был Чарли Грейди, Викарий из Уайтчепела.

Сайленс смотрела на Майкла О’Коннора – пирата, грабителя и убийцу. Он только что признался в еще одном отвратительном преступлении.

И все же…

И все же Сайленс не верила, что Майкл такой ужасный, каким хочет казаться. Теперь она лучше знала его. И в полумраке комнаты видела, как его лицо на секунду исказилось болью от пережитого.

– О Майкл, – проговорила Сайленс, касаясь ладонью его щеки.

Его черные глаза удивленно вспыхнули, и она чуть не рассмеялась. Неужели его раньше никто не жалел? Сайленс не удержалась, встала на цыпочки и поцеловала Майкла.

Она думала, что это будет легкая, почти дружеская ласка, да к тому же на руках у нее по-прежнему спала Мэри Дарлинг. Но жар его губ сразу показал ей, что к этому мужчине нельзя относиться по-дружески.

Майкл открыл рот и тут же перехватил инициативу в поцелуе. Он обнял ее и Мэри так крепко, словно хотел навеки защитить от всех врагов. На его губах Сайленс почувствовала вкус вина, которое он пил в опере. Казалось, это было очень давно, чуть ли не в прошлой жизни, и от такой мысли ей вдруг захотелось плакать.

Сайленс прервала поцелуй – но только для того, чтобы положить Мэри Дарлинг на кровать. Она хотела утонуть в его объятиях, забыть об ужасных событиях вечера…

Но вдруг чья-то рука схватила Майкла за горло и дернула назад.

Сайленс открыла рот, собираясь закричать, но ее рот закрыла ладонь.

– Тише, – раздался у ее уха тихий голос Уинтера, – не бойся. Мы пришли, чтобы забрать тебя домой.

Сайленс замерла, широко открыв глаза. Нет! Нельзя сейчас забирать ее у Майкла! Она беспомощно смотрела, как Аса принялся вытаскивать из рукава пирата его длинный нож. Майкл даже не думал сопротивляться и все это время стоял неестественно спокойно. Ощутив на себе ее встревоженный взгляд, он сказал:

– Не волнуйся, дорогая, твои родственники не причинят мне вреда.

Уинтер позади нее издал странный рычащий звук. А со стороны двери до них донесся еще один голос:

– Если ты обидел Сайленс, – с аристократическим выговором произнес мужчина, – то можешь на это не рассчитывать.

Она повернула голову и увидела мужа Темперанс. Лорд Кир даже в обычной жизни выглядел довольно внушительно. Он всегда носил черную одежду, которая подчеркивала светлые, почти белые волосы, собранные сзади в небольшой хвост. Сейчас его лицо было особенно мрачным, и сердце Сайленс сжалось от дурного предчувствия. Она с трудом оторвала ладонь Уинтера ото рта и сказала:

– Пожалуйста, не трогайте его. О’Коннор не сделал мне ничего дурного.

– Правда? – угрюмо спросил Аса. – Тогда как ты объяснишь, что он целовал тебя, когда мы вошли в спальню?

Стоявший рядом с ним Конкорд злобно смотрел на Майкла.

Сайленс почувствовала, что краснеет. Но она все равно вздернула подбородок и ответила:

– Это не ваше дело.

– Сайленс… – горячо начал Конкорд, но лорд Кир прервал его:

– Видишь ли, моя дорогая, это как раз наше дело – охранять тебя, следить, чтобы с твоей душой и твоим телом все было в порядке. Мы пришли забрать тебя и Мэри Дарлинг.

Всего лишь несколько дней назад Сайленс с восторгом отнеслась бы к их появлению. Теперь все изменилось. Она сама изменилась. Сайленс просто не могла предать Майкла. На него напали, его дом чуть не сожгли. Он нуждался в поддержке.

Наверное, муки выбора отразились у нее на лице, потому что пират сказал:

– Уходи с ними, моя сладкая. Так будет лучше. Мой дом теперь опасное место, и я не могу защитить тебя.

Сайленс выслушала это, открыв рот. Майкл отступал, покидал поле боя – и делал это ради нее. Каких усилий стоило такому гордому человеку признать, что он не в состоянии защитить ее в собственном доме? У Сайленс навернулись слезы на глаза, и она заморгала, отчаянно стараясь подавить их. Может быть, ее пути с Майклом расходятся навсегда, и Сайленс хотела до последнего видеть перед собой его лицо.

Лорд Кир повернулся к Майклу. Двое мужчин обменялись взглядами, значение которых было понятно только им. Потом аристократ кивнул.

– Спасибо, О’Коннор, – сказал он, чем несказанно удивил всех вокруг.

Майкл кивнул ему в ответ, но обратился почему-то к Уинтеру:

– Охраняйте Сайленс с девочкой днем и ночью. Мой враг, Викарий из Уайтчепела, еще не побежден. Ему известно, что они дороги мне, и он пойдет на любое преступление, чтобы до них добраться.

Сайленс глянула на брата. Было ясно, что Уинтер ненавидит пирата, но он все равно кивнул ему и сказал:

– Мы сделаем все возможное и невозможное.

Майкл вдруг оказался прямо перед ней. Он сделал это так быстро, что Аса не успел ему помешать. Пират взял в руки ее лицо.

– Помни обо мне, – сказал он, и неожиданно его горячие требовательные губы впились ей в рот жадным поцелуем. Язык Майкла ворвался внутрь, но тут позади них раздался рев, и пирата силой оторвали от нее. Сайленс повели в коридор, кто-то из родственников положил ей на руки спящую Мэри Дарлинг. В коридоре мужчины окружили ее со всех сторон, и они пошли к выходу из дома. Им повезло: из-за атаки Викария все люди Майкла покинули свои посты, и потому их никто не останавливал.