Скандальные желания - Хойт Элизабет - Страница 38

Сайленс, затаив дыхание, ждала, что будет дальше. Но Майкл просто рассмеялся и сказал девочке:

– Ну, скучно тебе тут? Ничего, сейчас что-нибудь придумаем.

Он повернулся и пошел к себе в комнату.

– Ты куда? – спросила Сайленс, бросившись следом.

– Все-то ей надо знать, да? – сказал Майкл девочке.

Мэри глянула назад и сказала:

– Мама.

– Да, это твоя мама, – проговорил Майкл, открывая дверь в коридор, – и, должен сказать, она очень красивая леди, только уж слишком о тебе тревожится.

Мэри внимательно слушала его, опять сунув палец в рот. Но когда она увидела двух охранников, то тут же вытащила его и указала на Берта.

– Бе! – заявила девочка. Этот страшный громила ей почему-то очень нравился.

– Да, Гарри и «Бе» пойдут вместе с нами, – сказал Майкл, кивая мужчинам.

Охранники посмотрели друг на друга и, заняв место позади Сайленс, пошли следом. Ей пришлось повыше поднять юбки, чтобы не отставать от Майкла, размашисто шагавшего по коридору в сторону лестницы.

– Свежий воздух – это всегда хорошо, – продолжал говорить главарь пиратов. – Жаль, что мы не можем прогуляться по улице – там слишком много плохих дядей. Но воздуха нам хватит и на заднем дворе.

Мик подошел к лестнице и стал спускаться вниз, громко стуча тяжелыми сапогами. Скоро они оказались на кухне. Кроме Арчи, который удивленно уставился на процессию, слуг больше не было. У огня спал Лэд, и когда Мэри Дарлинг увидела его, то тут же протянула к нему руки и закричала: «Гав! Гав!»

– Да-да, он пойдет вместе с нами, – дружелюбно проговорил Майкл, словно у него с маленькой девочкой шла настоящая беседа. – После того как его искупали с мылом, пахнущим розами, он стал очень приличной собакой.

Вся толпа, включая Лэда, направилась к двери, ведущей на задний двор.

Выйдя на свежий воздух, Сайленс огляделась. Все пространство было замощено камнем, и только в центре пролегала узкая полоска сухой земли. С четырех сторон двор окаймляли высокие кирпичные здания. На противоположной стороне от входа, в низкой стене, она увидела старинный сводчатый туннель.

– Куда он ведет? – спросила Сайленс.

– К одному из проулков. Но не волнуйся, с другой его стороны есть ворота, и они тоже охраняются.

Она кивнула. Майкл меж тем посадил Мэри Дарлинг на деревянную скамью, что располагалась у одной из стен.

– И давно ты так живешь? – задала неожиданный вопрос Сайленс.

– Как так? – переспросил Майкл. Мэри Дарлинг меж тем целеустремленно направилась к Лэду.

– Ну, – и Сайленс обвела рукой задний двор, – за высокими стенами и с кучей охранников.

Майкл выпрямился и посмотрел на нее. Берт с Гарри, как две огромные няньки, ушли следом за девочкой и пытались помешать ей лезть пальцами в глаза Лэду. На какое-то время Сайленс осталась с Майклом наедине.

– Не очень давно. – Пират поднял голову. Был полдень, и солнце сияло прямо над ними, освещая маленький дворик. Только в это время его лучи попадали в каменный мешок между высокими домами Сент-Джайлза. Еще пара часов – и оно уже пряталось за стенами.

– А что же случилось?

Майкл ответил, недовольно пожимая плечами:

– Просто чем больше у тебя власти и денег, тем больше и врагов. Вот и все.

– Понятно. – Сайленс, нахмурясь, стала разглядывать камни под ногами. – А ты когда-нибудь думал о том, что богатство того не стоит? И что пора уже прекратить грабить корабли?

Майкл иронично глянул на нее и ответил вопросом на вопрос:

– Моя дорогая, неужели ты намерена меня перевоспитать?

Сайленс его шутливый тон не понравился. Однако она вздернула подбородок и посмотрела ему прямо в глаза.

– Я видела, что у тебя весь дом ломится от золота.

– Денег много не бывает, – раздраженно заявил Майкл.

– Конечно, бывает, – возразила Сайленс. – У тебя достаточно богатств, чтобы одеваться, кормить себя и слуг. Зачем тебе больше?

Майкл прищурил глаза – верный признак того, что он начинает сердиться.

– Тебе легко говорить, ведь ты никогда не голодала.

Сайленс запнулась. Это была правда. Но, с другой стороны, она никогда не имела столько денег, сколько было у Майкла, и не стремилась к ним.

– Может, стоит все-таки найти более достойное занятие в жизни?

– Например, стать пузатым фермером, – предложил Майкл.

– Нет. – Она не могла представить его в роли тихого сельского сквайра – ни толстого, ни худого. – Но ты мог бы заняться какой-нибудь другой приличной работой.

– Какой? – мягко спросил он. – Стать плотником на верфи?

Эта идея была еще хуже предыдущей.

– Я не знаю! – Сайленс в раздражении уперлась руками в бока. – Но жизнь у тебя слишком опасная. Конечно, ты понимаешь это. Рано или поздно тебя все равно выследят враги или схватят власти и будут судить за разбой. Почему не бросить такую жизнь сейчас, пока есть возможность?

– Дорогая, ты что, беспокоишься за меня? – Тон его был легкомысленным, но взгляд – нет. На мгновение Сайленс показалось, что в глубине карих глаз Майкла мелькнуло нечто, похожее на нерешительность. Но он тут же отвернулся в сторону. – Лучше не тревожься обо мне. Я пират, и конец у нас один.

– Это какой? – со страхом прошептала Сайленс.

Лицо Майкла дернулось.

– Конечно, виселица, – ответил он.

И хотя лучи солнца были теплыми, Сайленс задрожала. Она представила, как Майкл будет болтаться на конце веревки, как его длинное сильное тело станет дергаться в конвульсиях смерти. И почему-то при одной мысли о смерти Майкла у нее болезненно сжалось сердце. Совсем недавно главарь пиратов был ее врагом. Никто не причинил ей столько боли – ведь он разрушил ее семью, навсегда поссорил с любимым мужем. Этому не было прощения.

Но это было до того, как Сайленс лучше узнала Майкла. Теперь она не могла относиться к нему с прежней ненавистью. Да, Майкл играл роль безжалостного пирата, но под этой маской прятался маленький и очень ранимый мальчик, которого просто никто не любил в детстве. Теперь, когда Сайленс поняла Майкла, почувствовала его боль, она больше не могла равнодушно относиться к нему. И знала: если тот вдруг уйдет из этого мира, то она будет плакать по нему.

– Значит, вот как? – с отчаянием спросила она. – Ты просто ждешь, когда тебя поймают и повесят?

– Ну, – ответил Майкл, продолжая смотреть в сторону, – конечно, нет. Я не жду смерти, а наслаждаюсь жизнью по полной. Разве ты этого не заметила?

– У тебя странные представления о счастье. – Сайленс увидела, как Гарри вытащил из бездонного кармана деревянный шар и кинул его. Мэри Дарлинг бросилась за ним наперегонки с Лэдом. – Да, ты купаешься в золоте, твоя банда предана тебе. Но как насчет семьи, близких людей?

Он ничего не ответил.

Сайленс повернулась к нему и обнаружила, что Майкл пристально смотрит на нее.

– Так что насчет семьи? – повторила она, вздернув подбородок.

– Для мужчины это не так уж важно, – пожав плечами, сказал пират.

– Но одиночество – страшная вещь.

– Да? – Майкл шагнул к ней. – А как насчет тебя, дорогая моя Сайленс? Ты говоришь про мою жизнь, но разве у тебя есть семья?

От изумления она на мгновение потеряла дар речи.

– Что… что ты имеешь в виду? Конечно, у меня огромная семья: братья, сестры и куча племянников.

– Да, – кивнув, сказал Майкл, – такой родни у тебя полно. Но у тебя нет ни мужа, ни детей.

– А как же Мэри Дарлинг? – упрямо спросила Сайленс.

– Разве этого достаточно? – Майкл сделал еще один шаг и встал так близко, что она могла чувствовать тепло его тела. – Однажды твоя девочка вырастет, найдет себе мужа и уедет от тебя. А ты останешься одна. Тебе этого хочется?

Сайленс почувствовала, что еще немного – и у нее из глаз закапают слезы.

– У меня был Уильям, – едва дыша, проговорила она и отвернулась.

– А потом любимый муж погиб, – безжалостно продолжил Майкл. – Ты что, будешь оплакивать его вечно? Будешь носить это страшное черное платье до самой смерти?