Демельза (ЛП) - Грэхем (Грэм) Уинстон - Страница 86

Из центра спальни исходил тяжелый запах ладана — из маленькой курильницы с дымящими дезинфицирующими травами. Демельза нашла всех в одной комнате. Фрэнсис лежал на большой кровати из красного дерева. Джеффри Чарльз был в своей кроватке, стоящей в алькове. Рядом с ним сидела Элизабет.

Вся неприязнь, которую она когда-то испытывала к Демельзе, испарилась от облегчения, что та пришла их навестить.

- Демельза, как любезно с твоей стороны! Я... уже отчаялась. Мы... в ужасном положении. Как любезно с твоей стороны. Мой бедный малыш…

Демельза посмотрела на ребёнка. Джеффри Чарльз с трудом дышал, каждый вдох был тяжёлым, хриплым и мучительным. Раскрасневшееся личико выражало усталость, глаза полузакрыты. За ушками и на затылке виднелись красные пятна. При вдохе одна ручка судорожно сжималась.

- У него... спазмы, - прошептала Элизабет. - После которых его тошнит или рвёт; потом ему становится легче, но... лишь на время, а затем всё повторяется, - она говорила прерывающимся от отчаяния голосом. Демельза посмотрела на её покрасневшее лицо, собранные в пучок светлые волосы и большие блестящие серые глаза.

- Ты сама больна, Элизабет, и должна лежать в постели.

- Всего лишь небольшой жар. Но не это. Я держусь. Мой бедный мальчик. Я молюсь... и молюсь...

- А Фрэнсис?

Элизабет закашлялась и с трудом сглотнула.

- Ему... немного лучше. А вот... а вот мой бедный... если бы только я могла ему помочь. Мы смазали ему горло сиропом из роз, но, кажется, никакого улучшения...

- Кто это? - спросил Фрэнсис с кровати. Его голос был почти неузнаваем.

- Демельза. Она пришла помочь нам.

Сначала было тихо.

А затем Фрэнсис медленно сказал:

- Хорошо, что она забыла прошлые ссоры...

Демельза медленно выдохнула.

- Если бы слуги не заболели, - продолжала Элизабет, - мы могли бы сидеть тут по очереди... Но только Мари Бартл... Том Чоук убедил тётушку Сару... Не слишком приятное занятие... Больше он никого найти не смог...

- Ни слова больше, - сказала Демельза. - Ты должна лежать в постели. Послушай, Элизабет, я... не знала, сколько здесь пробуду, потому что понятия не имела, как тут у вас дела... Но... Но раз вам нужна моя помощь, я останусь... настолько, насколько смогу. Но сначала... я должна сбегать домой и сказать Джейн Гимлетт, чтобы присмотрела за Джулией. Потом я вернусь.

- Благодарю. Даже если только на эту ночь. Я чувствую такое облегчение от того, что могу на кого-то положиться. Еще раз спасибо. Слышишь, Фрэнсис, сегодня ночью Демельза за нами присмотрит.

Дверь открылась, и, прихрамывая, в комнату вошла тётушка Сара Трегигл с миской чистой воды.

- Тётушка Сара, - обратилась к ней Демельза, - вы поможете мне с миссис Полдарк? Её нужно уложить в постель.

- Итак, какие у вас сегодня новости? - спросил Харрис Паско после ужина, когда дамы их оставили, и они уселись за портвейн.

Росс уставился на тёмное вино в стакане.

- С нами покончено. Компанию завтра ликвидируют.

Банкир кивнул.

- Я в последний раз попытался переубедить остальных, - сказал Росс. - Впервые за многие годы медь не упала в цене, а поднялась. Я им это объяснил и предложил поработать еще шесть месяцев. Предложил, чтобы плавильщики получали прибыль от нашего дохода. Так делают во всех шахтах, когда заключают сделку с вольными рудокопами. Я предложил попытаться в последний раз. Кое-кто согласился, но влиятельных людей среди них не было.

- В особенности с-сэра Джона Тревонанса, - сказал банкир.

- Да. Как вы узнали?

- Вы правы насчёт цены на медь. Сегодня я получил известие, что она поднялась ещё на три фунта.

- Это шесть фунтов за шесть недель.

- Однако может пройти несколько лет, прежде чем цена на металл достигнет достойного уровня.

- Откуда вы узнали, что сэр Джон будет против моего предложения?

Харрис Паско облизал губы и неуверенно ответил:

- Не столько против вашего предложения, сколько против продолжения работ в целом. И к тому же я основываюсь на слухах.

- Каких?

- Что-то вроде... хм... после того как сэр Джон целый год плыл против течения, теперь он готовится ему подчиниться. В этом проекте он потерял изрядную сумму и торопится ее окупить. И он не желает видеть, что плавильные работы постоянно стоят на месте.

Росс подумал о том, как звучал голос сэра Джона в тот вечер, вспомнил отсутствие Рэя Пенвенена.

Он встал.

- Вы имеете в виду, что он продаст свою долю Уорлегганам?

Банкир потянулся за вином.

- Думаю, он хочет с ними о чем-то договориться. Больше я ничего не знаю.

- Он и Пенвенен собираются заключить сделку, чтобы покрыть свои потери, а мы тем временем обанкротимся!

- Похоже на то, - сказал Паско, - что появится что-то вроде управляющей компании, в которой у Уорлегганов будет свой представитель.

Росс молчал, глядя на книги в шкафу.

- Сегодня вечером, - сказал он, - мне показалось, что я видел, как Мэттью Сансон садится на корабль в доках. Такое возможно?

- Да, он вернулся в Труро несколько месяцев назад.

- Ему разрешили вернуться и вести дела, как ни в чем не бывало? Неужели Уорлегганы стали полными хозяевами всей округи?

- Из-за Сансона шума поднимать никто не станет. Да и надул он лишь четверых-пятерых, и люди они не влиятельные.

- А корабль, на котором он плавает?

- Это собственность компании, контролируемой Уорлегганами. Их два - "Королева Шарлотта" и "Леди Лайсон". И, несомненно, это весьма доходное побочное дело.

- На вашем месте я бы опасался за свою душу. Остался ли кроме вас в этом городе тот, кого они не купили с потрохами?

Паско покраснел.

- Мне они нравятся не больше вашего. Но не надо бросаться в крайности. Для простонародья округи они богатые и влиятельные люди. Вы же знаете их с другой стороны, поскольку решили тягаться с ними на их же территории. Мне остается лишь выразить свои сожаления, глубочайшие сожаления, что вам не удалось преуспеть. Будь дело лишь за доброй репутацией, вы, несомненно, бы добились успеха.

- Похоже, доброй репутации маловато, нам нужно еще и доброе золото.

- Это был не мой проект, - какое-то время спустя сказал банкир. - Я сделал все, что мог, а в итоге обеднею.

- Я знаю, - согласился Росс. - Закрытие компании будет у всех на устах, - он снова сел, - Что ж, пришло время расплаты. Давайте покончим с этим. Компания почти уничтожила сама себя, так что остается уладить только наши личные дела. Какова моя задолженность?

Харрис Паско поправил стальные очки.

- Небольшая сумма - около д-девятисот фунтов или чуть меньше. Это превышает сумму залога вашей собственности.

- Продажа моих акций Уил-Лежер покроет большую часть, - сказал Росс, - вместе с дивидендами, о которых мы только что объявили.

- И не просто покроет, это гораздо больше. Я только вчера случайно слышал, кто-то интересовался акциями Уил-Лежер. Они предлагали восемьсот двадцать пять фунтов за шестьдесят акций.

- Есть один небольшой вопрос, - сказал Росс. - Гарри Блюитту с Уил-Мэйд хуже, чем мне. Он опасается попасть в долговую тюрьму, и я не удивляюсь. Акции и дивиденды дадут почти тысячу, и я хочу всё, что сверх этого, отдать ему. Вполне возможно, что с этими деньгами он сможет удержаться на плаву.

- Вы хотите, чтобы я продал акции по этой цене?

- Только если это максимальная сумма, которую вы можете за них выручить.

- Во всяком случае больше, чем вы бы получили, если бы выставили их на открытом рынке. Тринадцать фунтов пятнадцать шиллингов за акцию - хорошая цена на сегодняшний день.

- Тринадцать фунтов...

Бокал в пальцах Росса неожиданно треснул, и красное вино выплеснулось ему на руку.

Паско стоял рядом.

- Что случилось? Вам плохо?

- Нет, - ответил Росс. - Не плохо. У вашего бокала очень тонкая ножка. Надеюсь, он не был фамильной ценностью.