Версальская история - Стил Даниэла - Страница 122

— А мне они нравятся, — просто сказала Тайрин. — То есть нет, не так… Я полюбила их, папа.

— О господи, только не это! — Куп в показном отчаянии схватился за голову. — Какой кошмар! — Новая, ужасная мысль пришла ему в голову. — Но ведь если вы с Марком поженитесь, эти маленькие чудовища станут моими внуками!

Клянусь, я своими руками убью обоих, если они вздумают хвастаться в школе, что я — их дед. Я не желаю быть ничьим дедом, Тайрин. Пусть называют меня «мистер Уинслоу», и никак иначе.

Тайрин от души расхохоталась; потом они еще немного поговорили о ее матримониальных планах. Они с Марком решили, что поженятся будущей зимой, если дети не будут возражать. Но в том, что все будет нормально, ни она, ни Марк почти не сомневались.

— А как насчет вас с Алекс? — спросила Тайрин, когда тема их с Марком отношений была исчерпана. — Вы уже что-нибудь решили?

— Пока нет. — Куп помрачнел. — Честно говоря, я просто не представляю, чем все это кончится. Дело в том, что родители Алекс Звали ее в Ньюпорт, но она отказалась поехать!

Мне казалось, ей следует принять это приглашение, но…

Самое главное, что я в любом случае не смогу поехать с ней.

Кажется, ее отец не в особенном восторге от наших отношений, и я догадываюсь — почему. Точнее, я знаю, знаю даже лучше, чем сама Алекс. Мне по-прежнему кажется, я недостаточно честен с ней, и во всем виноваты эти проклятые деньги! — Куп в сердцах хлопнул ладонью по колену. — Главное, раньше меня подобные вопросы нисколько не беспокоили, но сейчас я почему-то никак не могу через себя перешагнуть. Должно быть, все дело в возрасте, Тайрин. Я сам не заметил, как стал стариком, да к тому же — не самым мудрым.

— А мне кажется, ты просто вырос, — мягко ответила Тайрин. Она довольно хорошо изучила его слабости и недостатки, однако они не мешали ей любить его. Куп нисколько не походил на ее первого отца — на человека, который вырастил и воспитал Тайрин, однако, как и он. Куп был очень порядочным и честным. Всю жизнь он провел в своем особом мире, был его центром, и в конце концов этот мир избаловал и испортил его. Какие-то стороны его характера так и не развились, так как Куп просто не испытывал в них нужды, и только встреча с Алекс заставила его взглянуть на вещи под иным, новым для него углом. А сделав это, Куп невольно бросил вызов всем своим прежним взглядам и ценностям. Не менее сильное влияние оказала на него и Тайрин, и в конце концов, хотел он того или нет, Куп изменился — изменился настолько, что порой сам себя не узнавал.

Куп все еще раздумывал об этом, когда ближе к вечеру отправился к бассейну. Марк и Тайрин куда-то уехали, Алекс, как всегда, была в клинике. Джимми только недавно переехал из больницы во флигель, но он еще не вставал; Валери проводила с ним большую часть времени, и Куп предвкушал счастливую возможность немного посидеть в одиночестве.

Но в бассейне он неожиданно увидел Валери, которая не спеша плавала от бортика к бортику. Ее волосы были собраны на макушке в пучок, черный купальный костюм выгодно подчеркивал стройную фигуру. На лице Валери по обыкновению не было ни следа косметики, однако Куп не мог не заметить, что она очень хороша собой, даже красива. К сожалению, Валери была намного старше тех женщин, с которыми он привык иметь дело, зато с ней было приятно поговорить о множестве самых разных вещей. Куп уже несколько раз беседовал с ней и находил ее достаточно умной и разносторонне интересной; по временам же она буквально поражала его своей способностью смотреть прямо в корень любой сложной проблемы, которая сбивала с толку даже его.

— Добрый вечер, Купер! — приветствовала его Валери, когда Куп опустился в шезлонг. Купаться он раздумал. Гораздо приятнее было смотреть на Валери, хотя Куп немного сожалел о том, что теперь ему вряд ли удастся погрузиться в размышления. А поломать голову ему было над чем. Во-первых; Алекс. Во-вторых, Шарлей. До обследования, которое должно было расставить все точки над "и", оставалось еще больше трех недель, и Куп изнывал от неизвестности.

— Добрый вечер, Валери. Как там наш Джимми? — участливо спросил он.

— О, он чувствует себя превосходно и уже устал от безделья. Сейчас он спит. К сожалению, я не могу помочь ему, как бы мне хотелось — эти лубки очень тяжелые, — пожаловалась она. Впрочем, и без гипса Джимми был для нее слишком тяжел.

— Вам нужно нанять сиделку. Не можете же вы все делать одна! — сказал Куп. Подобное самопожертвование казалось ему глупым и одновременно восхищало.

— Мне нравится самой заботиться о нем, — покачала головой Валери. — Давненько я этого не делала. И, боюсь, другой возможности у меня уже не будет.

Только тут Куп сообразил, что сморозил глупость. Очевидно, Валери не могла себе позволить платить частной сиделке. Несмотря на свою аристократическую внешность, она, по-видимому, была не очень богата. Правда, Джимми платил за флигель по десять тысяч в месяц, но Куп подозревал, что эти деньги он брал из страховки Маргарет, которая рано или поздно должна была закончиться. Все остальное свидетельствовало о том, что и Джимми, и его мать жили, скорее всего, довольно скромно. Несколько секунд Куп раздумывал, не нанять ли ему сиделку для Джимми за свой счет, но потом отказался от этой мысли. Во-первых, этим он мог невольно оскорбить Валери, а во-вторых. Куп и сам вряд ли мог себе это позволить. Частная сиделка, в особенности хорошая сиделка, могла по нынешним временам обойтись в целое состояние.

— Алекс на работе? — спросила Валери, выбираясь из бассейна и усаживаясь в шезлонг рядом с Купом. Впрочем, особенно рассиживаться она не собиралась, не желая мешать Купу. Подобные деликатные ситуации она чувствовала очень тонко. У Купа был вид человека, погруженного в собственные мысли, и Валери была уверена — ему сейчас не до нее, хотя он и старается быть вежливым.

— Как всегда. — Куп вздохнул. — Она слишком много работает, но ей это нравится.

Он не сказал, что восхищается ею. Алекс могла позволить себе вовсе не работать, и тем не менее она выкладывалась до последней капли ее сил и умения. Купу казалось, что это либо очень благородно, либо очень глупо — смотря с какой стороны посмотреть.