Удар молнии - Стил Даниэла - Страница 90

Дни, проведенные в Вермонте, стали для Алекс самой счастливой порой с того момента, когда она заболела. Она позвонила Сэму и Аннабел, чтобы дать им знать, где она, приведя своего мужа в полное изумление.

— Я и не знал, что ты в состоянии путешествовать, — озабоченно сказал Сэм. — Ты уверена, что тебе это не навредит? С кем ты поехала?

— С коллегой. У меня все хорошо. Встретимся в Нью-Йорке на Новый год.

Алекс дала ему свой номер телефона, но они не звонили.

Дом, в котором они жили, был простым, но очень уютным. В нем было четыре спальни и своего рода дортуар. Брок поселил Алекс в самую большую комнату наверху, а сам спал в каморке внизу, чтобы не беспокоить ее. Они обращались друг с другом, как старые друзья. По вечерам они читали, отгадывали кроссворды и играли в снежки, как дети.

Алекс подолгу гуляла в обществе Брока и даже однажды попыталась встать на лыжи, но это было для нее слишком.

После химиотерапии сил на это у нее уже не хватало. Но она чувствовала себя гораздо лучше, чем в течение всех последних недель. Только один день у нее выдался действительно тяжелым. Она провела его в кровати и к ужину совсем пришла в себя.

На следующий день после приезда Брок отыскал в гараже старые санки и катал на них Алекс, чтобы она не слишком уставала.

По вечерам Брок готовил обед, и когда Алекс советовала ему пойти в гости к друзьям, он только смеялся и говорил, что он от всех устал. Ему нравилось быть с ней наедине. Правда, однажды вечером они пошли на обед к Чезу Генри, где прекрасно провели время. К концу недели Алекс сильно окрепла.

Очередной цикл ее мытарств заканчивался; правда, это означало, что скоро ей сделают новое вливание. К счастью, до этого оставалось еще несколько дней. Таких замечательных каникул у нее уже давно не было; они с Броком еще сильнее сблизились и большую часть проведенного вместе времени смеялись.

Однажды Брок ушел кататься на лыжах, после чего они встретились около охотничьего домика, чтобы сходить на ленч.

Брок был окружен толпой хорошеньких юных лыжниц, и Алекс почувствовала, что он должен быть с ними, а не с ней.

— Да им еще четырнадцати нет! Ты что, хочешь, чтобы меня арестовали?

Они снова рассмеялись.

— Ничего подобного! Они выглядят на все двадцать пять, — ответила Алекс.

— Да ладно тебе.

Но даже тридцатилетние женщины, казалось, не привлекали Брока. Ему было хорошо только с Алекс. Но он не пытался дотронуться до нее или поставить ее в неловкое положение. И они очень много говорили о Сэме. Алекс призналась ему, как ей было больно, когда она увидела своего мужа в компании этой молодой девицы.

— Убить его мало. Или ее, — отреагировал Брок, но Алекс покачала головой:

— Нет смысла. Все уже позади. Она ни в чем не виновата.

Просто это случилось. Когда я смотрю на себя в зеркало, меня это нисколько не удивляет.

— Глупостей не говори, — разозлился Брок. — Тебе не кажется, что это с ним что-то случилось? А если бы он потерял руку, ногу или, черт побери, яичко, неужели ты бы бросила его?

— Нет. Но он другой человек. Мне кажется, что в этом основное отличие женщины от мужчины. Я не уверена в том, что большинство мужчин может успешно с этим справиться.

Не всем так повезло с мужем, как Лиз.

Впрочем, Алекс уже говорила Броку, что у них тоже бывали проблемы.

— Я не думаю, что можно послать ко всем чертям свою семейную жизнь только потому, что твоя жена осталась без груди, без волос или без левого ботинка. Как ты можешь так спокойно принимать это? — спрашивал пораженный Брок, но Алекс лишь улыбалась ему мудрой улыбкой — все-таки она была на десять лет его старше.

— В настоящий момент у меня просто нет выбора. Мужа нельзя купить или продать, Брок, все очень просто. Магазин закрыт. Он перенес свой бизнес в другое место.

— И что? Ты и это пустишь на самотек? — сказал он, удивляясь звучавшей в ее словах безысходности.

— А что ты предлагаешь? Застрелить ее?

— Его, — флегматично поправил Брок. — Он этого вполне заслуживает.

— Ты неисправимый романтик, — с укором сказала Алекс.

— И ты, — вернул он ее упрек.

— И что я с этого буду иметь? Его не вернуть. Сэм терпеть не может уродство и болезнь. Он даже смотреть на меня не в состоянии. Увидев мое тело вскоре после операции, он чуть в обморок не упал. Его от меня просто тошнит. Это не самая лучшая основа для счастливого брака.

— Значит, он просто подлец.

— Может быть. Но в хорошем вкусе ему трудно отказать. Она очень хорошенькая, Брок. По возрасту она подходит как раз тебе. Кто знает, может, тебя она тоже покорит, и ты составишь Сэму конкуренцию.

Брок не стал говорить Алекс, что это именно она его покорила. Момент для этого был явно неподходящим. Алекс обращалась с ним так свободно, что он не хотел портить ситуацию.

Новогодний вечер они провели дома за телевизионным экраном и попкорном. Они говорили о своих мечтах, о карьере, о том, чего они ждали от будущего года. Алекс пожелала ему найти себе жену, которая бы заботилась о нем, а Брок пожелал ей здоровья и счастья — такого, какого она захочет. В полночь они весьма стройно спели все полагающиеся новогодние гимны. Ложась спать, Алекс думала об их дружбе и о том, как надо ценить друзей.

Уезжать обоим совершенно не хотелось, но Алекс выглядела значительно лучше, чем в день приезда. В ней произошел какой-то едва заметный перелом. Она чувствовала, что у нее опять хватает энергии на борьбу, и желание победить рак стало непоколебимым.

В машине она молчала, думая о том, что совсем скоро опять увидит Сэма, пусть всего на один вечер. На следующий день он улетал в Европу, и Алекс догадывалась, к кому. Время от времени Брок спрашивал у нее, как она себя чувствует. Алекс отвечала, что хорошо, но явно была слишком напряжена. Чтобы успокоить ее, Брок взял Алекс за руку, думая о том, что она стала ему больше чем сотрудницей — другом, самым близким человеком.

К дому Алекс они подъехали во второй половине дня, и Брок был явно сильно расстроен предстоящим расставанием.

С минуту Алекс сидела в машине и смотрела на него, не в силах подыскать подходящие слова благодарности.