Удар молнии - Стил Даниэла - Страница 113

Появление Сэма перед большим жюри было воистину устрашающим. На допрос ушел весь день. И к концу этого дня все обвинения остались в прежнем виде. Сэмюел Ливингстон Паркер должен был предстать перед судом по девяти обвинениям. Обоим его партнерам было предъявлено по тринадцать обвинений, а Саймону Бэрримору — шестнадцать.

Алекс не пошла на слушание дела Сэма. Но после того как Филип Смит вернулся в офис, Алекс позвонила своему мужу.

— Мне очень жаль, Сэм, — тихо сказала она. Она догадывалась, что большое жюри не откажется от своих обвинений, но не представляла себе, как он будет бороться. Процесс был назначен на девятнадцатое ноября, так что у юристов оставалось три месяца, чтобы подготовиться к защите.

Филип Смит уже призвал себе на помощь троих лучших адвокатов фирмы. Ларри и Тома защищала другая контора, а Саймона — фирма, о которой Алекс услышала впервые.

— А что с девушкой? — как бы невзначай спросила Алекс. — Ей не предъявлено вообще никаких обвинений. Как ей удалось выйти сухой из воды?

— По-моему, ей просто повезло.

— Наверное, она очень довольна, — холодно сказала Алекс.

— Не знаю. Она уже улетела в Лондон, быстро поняв, что хорошие времена кончились.

И она была права. Сэм и сам прекрасно понимал, что его ждет даже в случае благополучного исхода. Финансовый успех — дело непостоянное. Уважение и признание уйдут вместе с деньгами и удачными сделками — да еще и после такого скандала. Сэм еще не пробовал это на себе, но был уверен в том, что, если он позвонит в «Ла Гренуй», «Ле Кирк» или «Времена года», его заказ примут только на половину шестого или половину двенадцатого вечера, а столик поставят на кухне. Шампанское льется рекою только тогда, когда льются деньги.

И не пройдет и трех недель, как имя Сэма Паркера будет забыто.

Странно — он всегда убеждал себя в том, что весь этот внешний лоск не имеет для него никакого значения, но теперь он понял, что это не так. Одна мысль о том, что его имя облито грязью, что дело его жизни ушло коту под хвост вместе с его репутацией, заставляла его чувствовать себя конченым человеком. Он внезапно осознал, что ощущала Алекс, когда вместе с грудью потеряла и женственность, и сексуальную привлекательность, и надежды на появление детей. Не говоря уже о нем, который вместо того, чтобы помочь ей, ушел к другой женщине.

Замечательно, подумал он. Вот и сиди теперь со своими сожалениями о прошлом. Потеря своего значительного положения и респектабельности для Сэма оказалась равноценной потере мужественности.

— Филип собирает в помощь себе замечательную команду, — говорила Алекс ободряющим голосом. Хуже всего было то, что она совершенно не держала на него зла. Ему самому было бы гораздо легче, если бы она его ненавидела, но этого чувства у нее явно не было. Словно ей было наплевать на то. что он с ней сделал. Сэм понятия не имел, почему она себя так ведет. О романе с Броком он тоже совершенно не догадывался. Алекс ничего не говорила, а по высказываниям Аннабел трудно было предположить, что это нечто большее, чем просто дружба.

— А ты будешь в этой команде? — спросил Сэм, чувствуя себя неловко. Но он сейчас был таким беззащитным и напуганным, что вел себя почти как ребенок. Он даже не мог придумать, что ему делать до процесса. Разумеется, их офис подлежал закрытию. Все фонды компании уже были заморожены. Сэм пытался как-то возместить убытки своим клиентам, зачастую из своего собственного кармана, но ущерб был огромным. В основном это была вина Саймона, но Том и Ларри тоже поучаствовали в разгроме его империи не без помощи Сэма, подписавшего некоторые договоры. Он просто не обращал ни на что внимания. — Сэм чувствовал себя страшно виноватым, но изменить что-либо было уже невозможно. Теперь он мог только заплатить штраф, каким бы он ни был. Иногда он размышлял над тем, что тюрьма только пойдет на пользу его глупости.

— Насколько я знаю, это уже не уголовное преступление.

Я не буду в команде, но буду наблюдать за тем, как идут дела.

Сознавая, что на большее ему рассчитывать трудно, Сэм не стал спорить.

— Спасибо. Через одну-две недели мы будем закрывать офис. Почти вся работа уже сделана.

На то, чтобы опустошить все кабинеты, ушло три дня. Никто из сотрудников не захотел оставаться в фирме после всего, что произошло. Трое владельцев стали париями.

— Я думаю, что после этого я займусь только подготовкой к процессу, — продолжал он. — Кроме того, я намерен продать квартиру. Теперь она мне не нужна, зато нужны деньги.

Если я попаду в тюрьму, у тебя не будет головной боли, что с ней делать. Я буду жить в «Карлайле».

— Аннабел это понравится. — Алекс изо всех сил старалась его подбодрить, но, как и с ее болезнью год назад, прогноз был не самым лучшим. Ее мужу предстояло пройти через серьезные испытания, предстать перед публикой таким, какой он есть, раздетым догола, со всеми грехами, глупостями и ошибками. И потом его судьбу решат двенадцать хороших людей, равных ему по рангу. Это могло напугать кого угодно.

Алекс вдруг вспомнила, что уик-энд Дня труда уже почти на носу.

— Ты возьмешь Аннабел?

— С удовольствием. — Сэм будет с ней один на один, без Дафны, чье присутствие всегда затрудняло для него общение с дочерью. Никуда идти с ней он не собирался, мечтая просто насладиться обществом девочки.

Кармен привезла Аннабел на условленное место после того, как Алекс уже уехала. На этой неделе она тоже с ним не виделась, хотя знала, что Сэм встречается с Филипом Смитом в офисе. Официально она не участвовала в деле, но старалась быть в курсе событий, хотя и держалась на расстоянии. Алекс пообещала Сэму присутствовать на процессе и по возможности посещать предварительные встречи, но ей не хотелось создавать у Филипа впечатление, будто она вмешивается в его дело.

Когда в пятницу днем они с Броком поехали в Истхэмптон на выходные, они оба были измучены. Брок все еще был сердит на Алекс из-за того, что она не взяла быка за рога и не завела разговор о немедленном разводе, а Алекс считала, что Брок поступает нелогично и по-детски. В пятницу вечером они снова поспорили на эту тему и впервые за пять месяцев романа легли в постель, сердитые друг на друга.