Сотовая бесконечность - Вольнов Сергей - Страница 98

Дальше последовали стандартные речи, целью которых являлось не поднятие боевого духа, а восстановление расшатанной недавними событиями психики бойцов.

– Слушай мою команду. – Строгий голос Билзера заставил всех вытянуться по струнке. – Кловский, Бетхен, идёте во главе с Кирданским назад на пару километров, ищите всё, что осталось от мародёров. Только осторожно – кто-то мог выжить… Пленных не брать, – погодя добавил он помрачневшим голосом.

– Васля и Матис, поступаете в распоряжение профессора Баловной. Поможете с оборудованием. Остальные собирают всю уцелевшую амуницию. Петрич, проследи за всем и опиши остатки.

– Есть! – первым подал голос бывалый контрактник.

– На всё про всё у вас двадцать минут, закончите раньше – готовьте жрачку. Только на костре – пензоловые печки нам ещё пригодятся. Кстати, о костре. Петрич, идёшь с Кловским, твоя цель – дрова.

– Есть!

– Ра-азойди-ись!

Народ разбежался, Затич отправился к своему бывшему убежищу. Кто бы мог подумать, яма, кусок брунта, стальная трубка и буря, убившая сотню мародёров, «как два пальца…»!

Под брунтом раскрылся окопчик с рюкзаками, которые оставили на время построения.

– Васюля, ёпть, мой чюмодан под твою ответственность, – Петрич, возникший за спиной, дружески похлопал по плечу.

Взял из заплечника флягу, явно не с водой, пакетик дури и двинулся к бригаде Кловского. Ну-ну, забрал самое что ни на есть необходимое…

Всё, что было потом, потерялось в памяти, как ненужная инфа. Все «движения» проделывались на автомате. Мысли устремились в Рустов, к жене и детям. Бывшей жене… Чего уж там, Лебаха, ты права – на кой я тебе…

Следующее, что разум счёл нужным зафиксировать, – это костёр. Команда Кловского уже вернулась с кучкой трофеев. Запах похлёбки вернул Затича в реальность. В этот раз была солянка – что было, то и кинули. Сёрбалась от души, ну просто замечательно. Такая хрень в столице единиц пятьсот завесит. Тепло расходится по телу приятной волной, ещё – запашок и вкус мяска, а скорее всего, копчёной шпикачки. Ну, просто балдёж! Петрич опрокинул флягу, быркнул, дёрнулся и передал её по кругу. Мужик, реальный – не жалко своего добра.

Вокруг костра собрались почти все свои. Квадратноголовые сидели на своих тюках с грёбаным оборудованием. Бес с ними – они другие, они круглых шлемов не носят, нам и говорить-то не о чем.

Фляга дошла до Затича… Первосортный. Кажется, «Арра». Пятьдесят граммов, а эффект как от пяти стопок «синенькой». Да-а, не дурак старик, ох не дурак!

– Сми-и-ирно!

Петрич крикнул и подорвался аки ошпаренный. Все вокруг костра начали вскакивать – к нам шёл командир, но не один. С ним рядом, покачивая попкой, шла Баловная – старшбя квадратноголовая.

– Вольно. – Билзер сел на песок, спутница же так и осталась стоять перед толпой мужичков, что смотрели на её, так сказать, далеко не старое тело с ничуть не скрываемым интересом.

– Чем угощать будете, ребятки?

Командир явно не держал крошки во рту часов пятнадцать.

– Пшён-нка, гер-р-р!

Кто-то сострил. Народ, смущаясь, засмеялся.

– Присаживайтесь, профессор. – Билзер расстелил лист брунта, приглашая спутницу к костру.

– Спасибо, Тзахер, – она назвала командира по имени, которое резало славинский слух, как ржавый нож. Пацаны вокруг костра поморщились. Да и фамилия у него… непонятно какой народности.

– Профессору есть что нам сказать. Потому сёрбайте, гвардейцы, да слушайте. Пожалуйста, профессор.

Билзер глянул на женщину. Все замолчали.

– Начну с того, что всем известно о важности исследований феномена урагана «Фурия» и наступления песков, вызванного, по всей видимости, им…

– Так вы даже не уверены, что фронт пустыни продвигается из-за урагана?!

– Помолчи, Кловский, время для вопросов будет! – Командир осадил вояку.

– Я продолжу. Всем также известно, что часть беженцев и приезжих искателей лёгкой добычи объединились в новую армию мародёров, которые грабят разрушенные и покинутые города, вопреки запретам международного комитета. Именно из-за них появилась необходимость защиты научных станций.

– А как же плоды генетических экспериментов, те, что вырвались с некогда секретной базы «Силок» и теперь живут и охотно размножаются в этом хаосе?

– Кловский, славинский язык понимаешь?

Командир грозным взглядом окинул лучшего снайпера отряда.

– Отвечу на вопрос. – Баловная понимала сложность возникшей ситуации и пыталась сгладить острые углы. – Вчера утром я получила доступ к архивам этой базы. И очень скоро мы будем знать всё о тех тва… создани… о тех, кто обрёл новый дом в пустыне. Что позволит нам бороться с ними максимально эффективно.

– Если бы не учёные, они бы и на свет не появились, – не унимался солдатик.

– Кловский, мбля! Приказать тебе, что ли, заткнуться на пять минут?!

– Прошу прощения, командир, – наболело.

Возникла небольшая напряжённая пауза. Профессор не могла собраться с мыслями.

– Короче, план такой, – Билзер взял инициативу в свои руки. – Мы переносим исследования в глубь пустыни…

Охи, ахи и прочий шум негодования пронёсся по кругу.

– Спокойно, без паники, – командир поднял руку, успокаивая гомон, – всё рационально. Твари, что там живут, не обладают интеллектом, и огнестрельного оружия у них нет. Куда более безрассудно оставаться без укрытия здесь, между мародёрами и хищниками. Как только спутник будет на связи, мы получим информацию о состоянии Нового Манхетона, разрушенного год назад. Там и обоснуем первую базу. Профессор Баловная вывела закономерности в поведении урагана – колебания его силы и зоны усиленной активности. Именно благодаря предоставленной профессором информации мы до сих пор живы. Теперь нам остаётся обеспечивать безопасность и ждать завершения первого этапа исследований научной группы. Это месяц-два. После этого хлюпиков не держу – будет эвакуация и можно расторгнуть контракт. Что не ясно?

Посыпались вопросы, в большинстве своём либо глупые, либо шутливые. Командир отвечал на все, так же с приколами. Постепенно напряжение переросло в лёгкое, приятное настроение. После очередной игры слов Кловского засмеялась даже профессор. Кто-то передал по кругу флягу, и Затич протянул её Баловной.

– Не побрезгуйте благородным напитком, профессор.

– Ну, ты чурбан, Васьля, – Кловский уже передавал пластиковую кружку, – не хруфсталь, а всё ж получше, чем с горла.

Вопреки ожиданиям, Баловная с охотой выпила полста, да как выпила – маленькими глотками, смакуя каждую капельку!

– Арра, – произнесла она с потерянным, где-то в костре канувшим, взглядом, – спасибо, ребята…

Ещё пара приколов пробежала по кругу вместе с негромкими смешками. И снова возникла пауза, длинная, такая нерешительная… Только потрескивание костра и негромкое урчание раскатов грома – отголосков бури, где-то очень далеко на севере.

– «Выйду ночью в поле с конём…» – Неожиданно сквозь тишину прорвался голос Билзера. – «Ночкой тёмной тихо пойдём…»

Старая песня гармонично вошла в душу, и уже следующую строчку пели трое – командир, Затич и Кловский.

– «Мы пойдём с конём по полю вдвоём…»

Народ подхватил, и когда дошло до фразы «Сяду я верхом на коня…» – это уже была не песня, а гимн души славинского народа. Даже квадратноголовые покинули своё драгоценное оборудование и подсели к огоньку… А душа Затича улетела из жуткой леденящей песчаной преисподней опять в Рустов, туда, где ей теплее, туда, где ей место.

Не только в отстойнике Первого кшарха, некогда предназначенном для ссылки неверящих, история «убежала» далеко вперёд. Как ни странно, параллельная земная цивилизация добилась большого эволюционного успеха и достигла благополучия на планете, давшей приют нарушителям Пятого кшарха – «распутникам». У природы были отвоёваны и преобразованы непригодные для проживания человечества территории. Пустыни сошли на нет – там зацвели сады, появились города, магистрали. Обширные океанские просторы пришельцы перегородили дамбами, засыпали отходами и покрыли плодородной почвой. Так было везде, даже на полюсах росла клубника – в рукотворно созданных огромных «домах-теплицах» для людей.