Крылья - Стил Даниэла - Страница 125

В этот день Кэсси навсегда завоевала сердце Ребекки Кларк.

Та поняла, что до конца своей жизни не забудет эту неутомимую рыжеволосую женщину, помогавшую раненым и изувеченным людям. Она уступила свою отдельную палату четырем раненым, сама втащила туда кушетки и раскладушки, сама разыскала для них простыни и одеяла.

Вечером директор госпиталя лично выразил ей благодарность. Для нее нашли раскладную кровать и поставили в гардеробной, чтобы она тоже могла поспать ночью. Теперь на руках у врачей оказалось множество людей, нуждавшихся в помощи гораздо больше, чем Кэсси, и она даже чувствовала себя виноватой в том, что отнимает у врачей время. Весь следующий день она продолжала помогать раненым. Никто здесь не удивился, услышав новость о том, что в понедельник президент Соединенных Штатов объявил войну Японии. В госпитале это известие встретили радостными возгласами.

Во вторник Кэсси переехала в «Королевский отель» на Гавайях и позвонила родителям. Она уже сообщила им о том, что с ней все в порядке, и теперь хотела сказать, что постарается как можно скорее приехать домой. Администратор отеля пообещал сделать все возможное, чтобы забронировать для нее каюту на корабле «Марипоза», единственном, на который еще можно попасть. Он должен отойти накануне Рождества. Кэсси желала лишь убедиться в том, что Десмонд Уильямс не поплывет на этом же корабле.

У нее больше не осталось к нему никакого сочувствия.

Она считала, что он вел себя просто ужасно. Его интересовало только то, что он еще мог выдоить из ее истории. Это просто отвратительно!

К вечеру Десмонд пришел к ней в отель и сообщил, что в Пентагоне ему пообещали место на одном из военных самолетов, который отправится рейсом до Сан-Франциско через несколько дней. Он мог бы организовать место и для нее тоже, так как она теперь стала национальной героиней.

— Какое это имеет значение? — резко спросила Кэсси и наотрез отказалась ехать куда-либо вместе с ним.

Эта женщина его раздражала. Как трудно с ней о чем-либо договориться! Для прессы выглядело бы гораздо лучше, если бы они вернулись в Лос-Анджелес вместе. Конечно, если она не захочет, у него найдутся объяснения и для этого. Он может сказать, что после всего пережитого у нее началось что-то вроде психоза: она боится самолетов. Или сошлется на ее нездоровье. Однако Кэсси отказалась поддержать его и в этом.

— Боюсь, мне придется тебя огорчить, Десмонд. Ни ты, ни я больше никого не интересуем. Все думают лишь о войне, в которую мы только что вступили, если ты этого еще не заметил.

— Тем более. Подумай, что ты можешь сделать, чтобы помочь нам в этой войне. — Он уже представлял себе, какие новые возможности рекламы открываются для него и для его самолетов.

Что касается Кэсси, то она уже три дня подряд делала все возможное, помогая раненым в госпитале. Сам адмирал Киммел выразил ей благодарность. Однако для Десмонда Уильямов это не имело значения.

— Я собираюсь делать то, что найду нужным, — заявила она. — И ты больше не будешь ни рекламировать каждый мой шаг, ни торговать мной, ни эксплуатировать меня, как раньше. Ты меня понял? Между нами все кончено. Я выполнила все условия контракта.

— Отнюдь нет.

Кэсси смотрела на него не веря своим ушам: :

— Ты что, шутишь?! Я едва не погибла, и все ради тебя.

— Ты пошла на это ради себя самой. Ради собственной славы.

— Я пошла на это, потому что люблю летать и еще потому, что мне казалось: я тебе обязана. Этого требовало мое чувство собственного достоинства. Не говоря уж о том, что ты пригрозил предъявить мне иск, если я не совершу перелет. Я знала, что моим родителям совсем не нужна эта головная боль.

— Что же теперь изменилось?

Да, Ник был прав, с начала и до конца. Десмонд Уильямс — отъявленный мерзавец.

— Я пролетела одиннадцать тысяч миль. Я сделала все, что могла. Я посадила твой паршивый горящий самолет на острове размером с тарелку. Я умудрилась просуществовать на этом острове сорок пять дней. Я чуть не умерла от истощения.

Я видела, как погибает мой лучший друг. Он умер на моих руках. Тебе этого мало? На мой взгляд, этого вполне достаточно. Думаю, любой судья скажет то же самое.

— — Контракт есть контракт. А в твоем контракте написано, что ты должна пролететь на моем самолете пятнадцать тысяч миль над Тихим океаном.

— Твой самолет вспыхнул, как спичечный коробок.

— У меня есть другие самолеты. Кроме того, в твоем контракте говорится о неограниченной рекламе, в которой ты должна принимать участие.

— Идет война, Десмонд. Твоя реклама никого больше не интересует. Но даже если это и не так, я в этом больше не участвую. Можешь предъявлять иск.

— Возможно, я так и сделаю. Советую тебе подумать об этом по дороге домой.

— Я не собираюсь тратить на это время. Когда вернусь, сразу позвоню адвокату. Мне о многом нужно с ним поговорить, — добавила она со значением.

— Мы это обсудим. Кстати.., ты тут очень трогательно говорила о Билли. Как ты его назвала… «лучший друг»? А может быть, дружок? Что-то я не совсем понял.

— Все ты прекрасно понял, сукин сын! А если ты собираешься возбудить дело о супружеской неверности, поговори лучше с Нэнси Фэйрстоун. Она не стесняясь называет себя твоей любовницей. Я уже говорила об этом своему адвокату.

Десмонд слегка побледнел. Кажется, впервые Кэсси увидела, что он растерялся, и это доставило ей некоторое удовольствие.

— Не понимаю, о чем ты.

— Тогда спроси у Нэнси. Я уверена, она тебе все объяснит. От меня, во всяком случае, она ничего не стала скрывать.

Кэсси видела, что он страшно зол на Нэнси, но еще больше ненавидит ее, Кэсси. Однако ее это теперь мало волновало. Только бы не видеть его больше никогда.

Последующие две с половиной недели, оставшиеся до отплытия, она все так же помогала в госпитале и на санитарном корабле «Утешение». Вид разбитых кораблей и разрушенной гавани причинял почти физическую боль. Японцы разбомбили шесть кораблей, среди них «Аризона», «Западная Виргиния», «Оклахома». После бомбежек осталось две тысячи восемьсот девяносто восемь убитых и тысяча сто семьдесят восемь раненых. А теперь Америка вступила в войну. Что предпримет в этой ситуации Ник? Останется в Англии или вступит в американский военно-воздушный флот?