Французские каникулы - Стил Даниэла - Страница 31

— Не может быть!.. — прошептала Паскаль непослушными губами. Эрик всегда казался ей идеальным мужем. Добродушный, покладистый, с завидным чувством юмора, он неизменно оказывался самым рассудительным из всей компании. Нет, она положительно не могла поверить, что он мог выкинуть такой фортель. Или все-таки права пословица — седина в бороду, бес в ребро? — Он… он ее любит? — спросила она.

— Эрик говорит, что не знает. Если верить ему, он перестал встречаться с этой… женщиной.

Но как, скажи на милость, я могу верить ему теперь?! Возможно, так и есть, потому что в последний месяц она названивает ему домой чуть ли не каждый день. Л он всячески избегает ее, просит сказать, что его ни для кого нет дома. Он когда-то принимал у нее роды. Муж оставил ее, и Эрик сказал — ему стало ее жалко. Еще он говорит, что она хороший человек, но я боюсь, что он принял желаемое за действительное. Ведь эта женщина — фотомодель и способна вскружить голову кому угодно.

— Сколько же ей лет? — удивилась Паскаль, в глубине души понимая, что история действительно банальная. Что может быть пошлее ситуации, когда муж уходит от стареющей жены к молодой и красивой супермодели? Впрочем, Диане, несомненно, было от этого не легче. Для нее это был самый настоящий кошмар.

— Ей тридцать лет, — ответила Диана с самым несчастным видом. — Она — ровесница Кэтрин, а я… я чувствую себя так, словно мне не шестьдесят, а по меньшей мере — сто лет. Нет, наверное, Эрику и в самом деле лучше с ней, чем со мной. — Диана посмотрела на Паскаль полными слез глазами. — Я… я не знаю, смогу ли я когда-нибудь доверять ему после… после того, что случилось. И оставаться его женой. Это… это…

О, нет! — воскликнула Паскаль в ужасе. — Ведь не собираешься же ты развестись с ним, правда? Вы столько лет прожили вместе! Это будет просто ужасно! Послушай, если он действительно больше не встречается с этой женщиной, значит, он не собирается связывать с ней свою жизнь. Скоро он забудет о ней, и вы могли бы… ты могла бы попытаться…

— Если он и забудет, то я никогда не забуду, — сказала Диана неожиданно жестко. — Каждый раз, когда я смотрю на него, я вспоминаю, как он предал меня и… ненавижу его за это. Понимаешь, Паскаль, я не могу просто переступить через все это!

— Я понимаю тебя, — сочувственно сказала Паскаль. — Но ведь от таких вещей никто не застрахован. Такое могло случиться и с тобой! Представь, что кто-то вскружил голову тебе и ты не устояла. В этом возрасте тоже хочется внимания, нежности, хочется нравиться… Разве не так?! Если Эрик и вправду порвал с этой девицей, ты должна попробовать простить его, а не разводиться. Ведь развод ничего не решит, он лишь окончательно разрушит твою и его жизнь. Ведь вы же любите друг друга — я знаю! — и не сможете жить отдельно.

— Да, мы любили друг друга, — с горечью согласилась Диана, — но, очевидно, не так крепко, как я всегда считала. Эрик, во всяком случае… — В ее взгляде не было ни намека на прощение, только боль, разочарование, непреклонное упрямство.

А что говорит Эрик? — осторожно поинтересовалась Паскаль, твердо намереваясь удержать подругу от непоправимой ошибки.

— Что он ужасно раскаивается. Что подобное никогда не повторится. Что он пожалел о том, что сделал, как только переспал с этой женщиной в первый же раз. Но тем не менее он продолжал встречаться с ней, и если бы я случайно обо всем не узнала, неизвестно, сколько бы времени это все продолжалось. Если бы ребенок Кэт не заболел, я думаю, Эрик мог бы бросить меня ради нее…

И она снова горько заплакала.

— Ну, не может он быть настолько глуп! — сказала Паскаль с уверенностью, которой не чувствовала. Эрик был очень хорош собой. Для своего возраста он выглядел просто превосходно, к тому же он целыми днями общался почти исключительно с женщинами. С красивыми, молодыми женщинами, которые к тому же были благодарны ему за помощь, которую он им оказывал. У него были все возможности завести интрижку. И не одну, поэтому, наверное, не было ничего удивительного в том, что даже такой ответственный, разумный и порядочный мужчина, как Эрик, в конце концов дрогнул. Его, безусловно, можно было понять и простить, но это пока было Диане не по силам. Ее боль и обида затмевали все доводы здравого смысла. Поразительно, что она вообще согласилась поехать с Эриком в Сен-Тропе, — ведь ей, должно быть, было очень и очень нелегко даже видеть его рядом с собой.

Не утерпев, Паскаль спросила об этом подругу, и она ответила:

— Ты права — я не хотела ехать, но он меня упросил. И теперь я жалею… Мне тяжело его видеть, но и отпускать его от себя я тоже не хочу. Эрик говорит, что может прожить в Сен-Тропе всего две недели, но если он уедет, мне каждый час, каждую минуту будет казаться, что он сейчас с ней!

— Но, может быть, он говорит правду, и между ними все кончено? — робко предположила Паскаль. — Может быть, стоит все-таки поверить ему?

Но ее предложение только разозлило Диану.

— Как я могу ему верить? Ведь он солгал мне один раз, значит — может солгать снова! Нет, теперь я уже никогда не смогу ему доверять!

Ее логику трудно было опровергнуть, и Паскаль растерялась. Проблема была не в том, заслуживает Эрик доверия или нет, а в том, захочет ли Диана снова поверить ему, но тут Паскаль ничего не могла поделать. И все же она чувствовала, что ей будет безумно жаль, если их брак прекратит свое существование. Моррисоны и Смиты были для нее образцовыми семьями, и теперь она испытывала острое разочарование и боль. Столько лет они все были как одна семья — надежные, понимающие. И вот — Энн уже нет, а в жизни Дианы и Эрика произошла настоящая катастрофа!

— Мне кажется, — негромко добавила Диана, словно прочтя ее мысли, — теперь я все равно не смогу оставаться его женой. Наш брак… он уже никогда не будет прежним для меня, поэтому мне и кажется, что я совершила ошибку, когда приехала сюда с ним. Накануне отъезда я собиралась позвонить адвокату, но Эрик буквально на коленях умолял меня подождать хотя бы до конца отпуска… Веселые же у меня будут каникулы! — Диана невесело усмехнулась. В самом деле, они с Эриком притащили с собой в Сен-Тропе очень тяжелый груз, и Паскаль не представляла, как и когда они сумеют от него избавиться. И сумеют ли вообще.

— Хорошо, что ты не стала спешить, — серьезно сказала она. — Быть может, ты еще передумаешь… Время, возможно, все расставит по своим местам, и тогда вы сможете трезво и взвешенно все решить…

Диана покачала головой.

— Скажи, Паскаль, как бы ты поступила на моем месте? Представь себе, что Джон тебе изменил. Что бы ты чувствовала, если бы оказалась в моем положении?

Она в упор смотрела на Паскаль, и взгляд ее был неподвижным, тяжелым. Паскаль даже подумала, что Диана совсем не похожа на себя прежнюю. Она всегда была такой веселой, беззаботной, счастливой, и таким же казался Эрик. Вместе они производили впечатление идеальной пары. Кто мог предположить, что все у них сложится именно так? Их брак всегда казался Паскаль весьма гармоничным и прочным. Впрочем, союз Энн и Роберта был не менее крепким. Во всяком случае, ни Моррисоны, ни Смиты не спорили друг с другом так часто и ожесточенно, как Паскаль и Джон. И вот теперь все рухнуло! Казалось, весь мир пошатнулся и готов обрушиться прямо на голову Паскаль.

— Честно говоря, я не знаю, — медленно проговорила она. — Наверное, мне бы захотелось его убить…

Джон любил порассуждать о женщинах, но Паскаль никогда не думала, что он действительно может ей изменить. Больше того: она была абсолютно уверена, что он ни разу не позволил себе даже самый легкий флирт. Ему просто нравилось воображать себя сердцеедом и покорителем женщин, но это была лишь обычная мужская бравада. На самом деле Джон любил Паскаль нежно и беззаветно и был предан ей и душой, и телом.

— Но в любом случае, — добавила она, — я бы очень хорошо подумала прежде, чем предпринимать конкретные шаги. И скорее всего я бы постаралась перешагнуть через свою обиду и боль… Никто из нас не гарантирован от ошибок, Диана, ты знаешь это не хуже меня.