Мое прекрасное искупление (др. перевод) (ЛП) - Макгвайр Джейми - Страница 56

- Очень похоже на то.

- Что ж, это не так. Я думала… не то, чтобы все это имело сейчас какое-то значение, но в те выходные я надеялась, что смогу измениться. Я думала, что для двух искалеченных людей, достаточно увлеченных друг другом и испытывающих глубокие чувства, мы со всем справимся.

- Мы не искалечены, Лииз. Мы просто оказались в похожих ситуациях.

Я моргнула.

- Когда мы имеем дело с чем-то новым, что в данном случае для меня очень важно, то начинаем улаживать всякие мелочи, понимаешь? Но я не могу отказаться от своего будущего, в надежде, что однажды ты перестанешь грустить из-за нее. - Глаза горели от непрошеных слез. - Чтобы вручить тебе свое будущее, я должна быть уверена, что ты распрощался с прошлым. - Я схватила плоскую рамку в руки и ткнула Томасу в лицо, заставляя смотреть на нее.

Он отвел от меня взгляд и когда пробежался глазами по изображению за стеклом, один уголок его губ пополз вверх.

Разозлившись, я развернула рамку к себе и от удивления раскрыла рот. На ней были мы с Томасом, черно-белый снимок, сделанный Фэлин в Сент-Томасе. Он прижимал меня к себе и целовал в щеку, а я улыбалась так, словно перед нами простиралась целая жизнь.

Я подняла другую фотографию, на ней были запечатлены все братья Мэддокс. И на последней - его родители.

- Она была первой, кого я полюбил, - произнес Томас. - Но ты, Лииз… ты - последняя женщина, которую я полюблю.

Я стояла, не в силах произнести ни звука, и на автопилоте развернулась к двери.

- Могу я… получить назад свои фотографии? - Попросил он.

Я поняла, что оставила документы на столе, и вместо них собиралась уйти с фотографиями. Он протянул руки, и я передала ему снимки.

- Я просто передам это Констанс, - потерянно произнесла я, забирая файлы. Развернувшись на каблуках, устремилась на выход.

- Лииз, - позвал он.

Практически в тот же момент, как я открыла дверь, бросила папку на стол Констанс.

- Хорошего дня, агент Линди, - разнесся ее голос по комнате общего сбора.

Я удалилась в свой кабинет, опустилась в кресло и уронила голову на руки. Несколько секунд спустя Вэл влетела из холла, за ней следом вошел Маркс, громко хлопнув дверью.

Я подняла на них взгляд.

Вэл указала на него.

- Прекрати! Ты не можешь гоняться за мной по всему зданию!

- Я перестану преследовать тебя, как только ты начнешь четко отвечать на вопросы! - Кричал он.

- Что сегодня со всеми твориться? Весь офис сошел с ума? - Не выдержала я.

- Я уже ответила на твой вопрос! - Не унималась Вэл, не обращая на меня никакого внимания. - Я поговорю с ним сегодня!

Сойер просунул голову в мой кабинет, предварительно постучав.

- Босс?

- Убирайся! - Одновременно заорали Маркс, Вэл и я.

- Ладненько, - ответил Сойер и удалился.

- И что потом? - Спросил Маркс.

- Если он откажется выезжать, это сделаю я, - выдавила Вэл так, словно эти слова выбивали из нее кулаками.

- Спасибо, Господи! - Воскликнул Маркс, обращаясь к невидимым зрителям, указывая всей рукой на Вэл. - Гребаный прямой ответ!

Тут влетел Томас.

- Какого черта все орут?

Я снова уткнулась лицом в ладони.

- Ты в порядке, Лииз? Что с ней случилось, Вэл? Она в порядке? - Занервничал Томас.

Первый подал голос Маркс.

- Прощу прощения, сэр. Ты… ты в порядке, Линди?

- В полнейшем! - Пронзительно закричала я. - Мне нужно, чтобы вы, недолетки, убрались из моего кабинета к чертовой матери!

Все трое замерли, в шоке уставившись на меня.

- Выметайтесь!

Первыми удалились Вэл и Маркс, и с явной неохотой за ними последовал Томас, прикрыв за собой дверь.

Вся остальная «Группа Пять» не отрывала от меня глаз. Я подошла к стеклянной стене, выставила вперед два средних пальца, красочно выругалась на японском и закрыла жалюзи.

ГЛАВА 24

Я поправила телефон, зажатый между плечом и ухом, чтобы было удобней готовить.

- Повиси, мам, всего секунду, - попросила я, положив сотовый на кухонный шкафчик.

- Ты же знаешь, что я ненавижу громкую связь, - ее голос сопровождался ароматом специй. - Лииз, переключи меня с громкой связи.

- Я одна, мам. Тебя больше никто не слышит. Мне нужны обе руки.

- Во всяком случае, ты сама готовишь, а не питаешься этой отравой каждой день. Небось, поправилась?

- Вообще-то, похудела на несколько фунтов, - улыбнулась я, несмотря на то, что она не могла увидеть.

- Надеюсь, не на много, - пробубнила она.

Я засмеялась.

- Мам, ты вечно недовольна.

- Я просто скучаю по тебе. Когда приедешь домой? Ты же не собираешься ждать до Рождества? А что готовишь? Что-нибудь вкусное?

Добавив брокколи, морковь и воду в раскаленное масло канолы, начала помешивать, когда все зашкварчало.

- Я тоже скучаю по вам. Кода приеду, не знаю. Проверю по расписанию. Готовлю курицу с обжаренными овощами, надеюсь, получится очень вкусно.

- Ты смешала соус? Его нужно делать в самом начале и дать настояться.

- Да, мам. Он стоит на стойке рядом со мной.

- Ты добавила что-нибудь еще? Лучше всего готовить так, как я.

Я захихикала.

- Нет, мам. По твоему рецепту.

- Почему ты ешь так поздно?

- Я на Западном Побережье.

- Все равно, там уже девять часов. Тебе не стоит так поздно есть.

- Заработалась, - улыбнулась я.

- Тебя же не слишком сильно нагружают, да?

- Я сама себя нагружаю. И мне это нравится. Ты же знаешь.

- Но ты не ходишь по ночам в одиночестве?

- Да! - Решила подразнить я. - В одном нижнем белье!

- Лииз! - Громко воскликнула она.

Я громко засмеялась и почувствовала себя гораздо лучше. Такое ощущение, что мне не удавалось улыбнуться долгое время.

- Лииз? - Позвала она обеспокоенным голосом.

- Я здесь.

- Ты скучаешь по дому?

- Только по вам. Передай папуле привет.

- Патрик? Патрик! Лииз передает привет.

Голос отца раздался откуда-то из комнаты.

- Привет, малышка! Скучаю по тебе! Веди себя хорошо!

- Он начал принимать рыбий жир. Из-за таблеток у него газы, - сказала она.

В ее голосе звучала досада, и я снова улыбнулась.

- Скучаю по вам. Пока, мам.

Я нажала на копку завершения вызова мизинцем и смешала капусту с курицей. И прямо перед тем, как добавить горох и соус, кто-то постучал в дверь. Я замерла, решив, что мне показалось, но стук повторился в этот раз громче.

- О, нет. О, черт, - пробубнила я самой себе, поставив огонь на минимум.

Вытерла руки о кухонное полотенце и побежала к двери. Я заглянула в дверной глазок и резко дернулась, чтобы снять цепочку и открыть замок, хватаясь за него, как бешеная.

- Томас, - прошептала я, не в состоянии скрыть свое удивление. Он стоял передо мной в обычной белой футболке и тренировочных шортах. Он даже не смог найти время, чтобы обуться, прибежав босиком.

Он начал говорить, но передумал.

- Что ты здесь делаешь? - Спросила я.

- Запах приятный, - сделав вдох, ответил он.

- Ага, - повернулась я в сторону кухни. - Готовлю стир-фрай. Там хватит и на двоих. Если голоден.

- Ты одна? - глядя мне за спину, спросил он.

Я засмеялась.

- Конечно, одна. Кто еще здесь может быть?

Он уставился на меня на несколько секунд.

- Ты носишь мою толстовку.

Я посмотрела на себя.

- О. Хочешь ее вернуть?

Он покачал головой.

- Нет. Ни за что. Я просто не ожидал, что ты до сих пор ее носишь.

- Я часто ее одеваю. Иногда это заставляет меня чувствовать себя лучше.

- Я, эм… хотел с тобой поговорить. В офисе все обсуждают твою вспышку.

- Только мою? Я самая эмоциональная, потому что женщина. Как типично, - пробубнила я.

- Лииз, ты говорила на японском. Все знают об этом.

Кровь отхлынула от лица.

- Извини. Я была расстроена, и я… черт.

- ООС дал зеленый свет плану по устранению Грува.