Дом для Странника (СИ) - Прутова Наталья - Страница 171

— Я могу поковыряться в катере, пока они буду выбирать животное, и запрограммировать его на вынужденную посадку в двадцати километрах отсюда. Там ты будешь ждать нас. Я прилечу чуть позже, я же птица, а не машина.

Все получилось, как и договаривались. Катер сел, Диана отключила сознание дамана, сидящего в нем, вошла в помещение с клетками и чуть не потеряла голову, потому что на нее набросились два серкона. Ее спасло только то, что оба были прикованы к стенке катера цепями. Доминик приземлился как раз в тот момент, когда Диана, убив дамана по прозвищу Жук, выкидывала его тело в джунгли.

— На фига ты его прибила?

— Зверюги чуть меня не съели. Оказывается вся фишка в том, что есть набор кодовых слов для контроля над каждой зверюшкой. Покупатель платит деньги и только после этого привязывает к себе животное. Привязки есть временные, для тех кто перевозит животное дальше, и вечные, для хозяев. Вся информация хранится в голове у перевозчика, такого, как Жук. Без него эти собачки совершенно бесполезны. Хорошо, что я теперь кодарон. Оказывается, они могут хранить у себя в мозгу не больше двух личностей, считанных и убитых ими.

— Понятно. Что будем делать со зверюшками? Только не предлагай их убить, это ужасно.

— Мы могли бы их отпустить, но скорее всего они вернутся в поселок и нас разоблачат.

— Дай мне десять минут и я скажу тебе, что с ними делать.

Дом обернулся в одного из них и устроил переговоры. После первых же звуков Диана слиняла с кораблика, зажав уши от невыносимого гвалта.

— Детка, представляешь, им действительно нравится работать на разумных. Это смысл их жизни. Я не дам тебе убить этих замечательный собачек.

— Дом, ты создаешь лишние проблемы!

— Ты тоже, но я же тебя не упрекаю!

— Ладно, хорошо. Тогда такой вариант. Одного серкона мы без проблем отдаем клиенту, который приехал сюда сам. Второго должен везти перевозчик. Я ему что-нибудь сломаю и Жук будет вынужден сам везти зверюшку. Мы улетаем и исчезаем. Можем даже выслать письмо с извинениями и вернуть клиенту деньги с просьбой оформить повторный заказ через другого поставщика.

— Мне плевать на деньги и прочую фигню. Нас все равно будет двое, а не один, и куда потом денется бесхозный серкон?

— Ммм, залазь в катер, полетели. По дороге придумаем.

…

Бармен космопорта осторожно убрал бутылки подальше от раздраженного Жука. Все уже знали, что Косой, который должен был перевозить серкона хозяину вчера ввязался в драку с бангалорами, получил по голове и сейчас лежал в коме в больнице. Пришлось Жуку, который вот уже несколько лет не покидал планету, самому везти зверушку хозяину. От услуг других перевозчиков он отказался.

— Представляешь, Косой, урод редкостный! Повредил кристалл с документами и пришлось делать дубликат! А это опять расходы. Скоро без штанов останусь. — Брюзжал он бармену, повторяя свою историю как заезженную пластинку. Поскорее бы уже его рейс.

Через час через таможню планеты на линейный корабль прошел Жук, в сопровождении двух великолепных серконов. Мрачный высокий бангалор, прибывший с внезапной проверкой на эту маленькую планету, еле отцепил от себя надоедливого дамана. Он благополучно миновал грузовой терминал и разместился в специальной каюте, которую оборудовали на кораблях этой ветки. Никто не хотел сталкиваться с умными зверюшками ни в грузовом, ни в пассажирском отсеке. Больше Жука никто и никогда не видел.

— Дом, ты действительно не хочешь перекинуться обратно в человека?

— Нет, мне итак хорошо. Хоть высплюсь как следует за те пару дней, что мы летим до Корсана. Надеюсь, ребята не воспользовались ситуацией и не угнали наш Летучий Голландец.

— Я бы на их месте точно угнала.

Дом настороженно наблюдал за ней в оба глаза и практически не спал по ночам. После истории с Тором прошло уже две недели и Диана была подозрительно нормальна. Не устраивала тоскливых срывов, не превращалась в Снежную Королеву, была спокойна и уравновешена. Это пугало Дома до колик в животе. С начала их космической авантюры прошло уже почти четыре месяца. На дворе середина сентября. Он безумно соскучился по Земле, своим поклонникам и только человеческим лицам вокруг.

Таможню Корсана они прошли без проблем и через пару часов уже стояли у родного корабля. Ребята высыпали на трап, в изумлении глядя на серкона, идущего рядом с Домом.

— Привет. Я так рад видеть вас и особенно мой любимый кораблик снова. — Сказал Доминик и остановился, разглядывая товарищей.

Зара кривила губы и нервно махала хвостом, Кай Го настороженно приглядывался к нему и серкону и только Тор в немом восхищении смотрел на зверушку. Они с Дианой в нем не ошиблись. Дом открыл было рот, чтобы начать отрепетированную речь о полезности домашних животных, но замолчал, так и не сказав ни слова. Тор спустился с трапа и подошел к серкону, не обращая внимания на опешившего Доминика. Диана, стоявшая рядом, потащила его за рукав подальше от зверюшки и дамана.

— Что происходит? — Прошептал Дом Миледи.

— Я не знаю, но Тор, похоже, влюбился в этого серкона с первого взгляда. Я очень надеюсь, что наша помощь им не понадобится и они сами обо всем договорятся.

Тор стоял перед серконом и мучительно вспоминал прочитанный в детстве дневник одного своего легендарного предка. Помнится, тогда его восхитило то, что он был написан от руки на бумаге. Жуткая редкость. У предка был такой же Зверь. Как он его приручил? Смутные обрывки фраз начали всплывать в его голове. Тор гордо выпрямился, порадовавшись, что на нем нет его вечной хламиды и сейчас он может предстать перед серконом в выгодном свете. Почему-то это было важно. Рыцарь позволил Силе свободно течь в его сознании и, чуть прикрыв глаза и стараясь ни о чем не думать, спокойно и слегка надменно сказал:

— Я, Высший Лорд Тор Нуми-Торум с Красной Планеты приветствую тебя, Зверь.

Серкон наклонил голову и выжидающе посмотрел на него.

— Прости, но за столько веков наша раса позабыла очень многое. Я предлагаю тебе свою преданность и уважение, надеясь получить взамен защиту и любовь. Все мое-твое. Согласен ли ты быть моим бессменным охранником до конца наших дней?

Серкон одобрительно ухмыльнулся зубастой пастью, металлический ошейник распался на две половинки. Он встал, подошел к Тору и сел справа от него. Лорд положил руку на его загривок и по телу зверя прошла легкая дрожь. Он снова встал на все четыре лапы, Нуми-Торум убрал руку и все увидели, что на загривке серкона, светлая шерсть стала черной, образуя четкий узор: силуэт дамана, держащего в руках меч, опирающийся на его ноги и обвитый хвостом. Лорд улыбнулся зверю:

— Символ моего рода. Я так понимаю это означает, что ты согласен?

— Да. — Сказал серкон и, удивившись сам себе, сел на задницу. Воцарилась мертвая тишина. — Хм, я и не знал, что умею разговаривать.

— Мы тоже, друг мой. — Ошарашенно сказал Тор. — Может, тогда скажешь, как тебя зовут?

— Подождите! — Вмешалась Миледи. — Серкон, не думаю, что тебе стоит называть имя, которое дали тебе глупые рабочие. Есть ли у тебя такое, каким ты сам называл себя?

— Нет, Прекрасная Дева. И, так и быть, я прощу тебя за то, что ты так непочтительно прервала нашу беседу с хозяином. — Снисходительно сказал серкон. Диана на секунду растерялась, а потом превратилась в Снежную Королеву, глядя на зверя серебряными глазами.

— Мне не нужны твои одолжения, Зверь. Не смей мне мешать, если я предлагаю тебе и твоему хозяину помощь. И не важно в какой форме это делается. Ты понял меня? — Холод и высокомерие в ее голосе и взгляде заставили серкона поджать хвост и придвинуться к хозяину. Диана мысленно усмехнулась: Кристоф бы ею сейчас гордился. — Я не слышу ответа.

— Да.

— Что да? — Миледи добавила в голос еще немного презрения и власти.

— Я понял вас, Властительница. Простите меня. — Серкон понурил голову.

— Хватит, Миледи. Довольно. Он не хотел никого обидеть, и ты это знаешь. — Холодно сказал Тор, защищая своего Зверя, пристально посмотрел ей в глаза, и даже не замечая этого, превратился в того, кому не задумываясь, подчиняются все и вся. Император и Властительница. Зара и Кай Го с ужасом смотрели на них. На секунду показалось, что они начнут сражение, но Доминик вмешался и они оба одновременно перевели взгляд на него, сразу став совершенно нормальными.