Семь портретов - Флид Александра - Страница 84

Ноябрь подходил к концу, когда он, пользуясь временным отсутствием Робби, вновь заговорил об этом.

– Я уже сказала, что не буду покупать белое платье, – с каменным лицом, смешно пытаясь сохранить спартанское спокойствие, припечатала Рита. – Ты, кажется, согласился.

– Никто не говорит о белом платье, но давай хотя бы вместе выберем что-то достаточно красивое для этого случая. Как тот голубой шелк, помнишь?

В ее лице ничего не изменилось, но Артур понял, что подошел очень близко к какому-то секрету. Оставалось сделать последний шаг и спросить:

– Ты что – решила надеть то голубое платье?

Она вздохнула и покачала головой:

– Как тяжело говорить с тем, кто уже все знает.

– Я этого не знал. Конечно, мне нравится тот наряд, но для свадьбы нужно что-то другое. По-моему, не я должен тебе рассказывать о том, какие туалеты выбирают для новобрачных.

Она повернулась к нему, улыбаясь и явно желая поиграть.

– Нет, почему же? Расскажи мне последние новости, Артур. Ты видишь женихов и невест гораздо чаще, чем я.

– На самом деле, в основном с ними встречается Гектор. Я, если честно, знакомлюсь с молодоженами в основном уже через несколько дней после торжества, когда они доезжают до студии.

– Неужели все так серьезно?

– Иногда, конечно, бывают случаи, когда новобрачные приезжают в салон. Это происходит примерно раз в две недели или даже реже.

– Значит, хоть что-то ты должен был заметить, – все не отступалась она.

– Все невесты одинаковые, как голуби на нашей площади, – быстро и без особых раздумий выпалил он. – Белые пышные платья, бесконечные слои вуали и тюля, бантики и цветочки… белые бусы…

– Жемчуг?

– Да, наверное. Не все ли равно? Главное, что все эти туалеты здорово портят нервы – цепляются за ширмы, а женихи то и дело наступают на шлейфы.

– И ты хочешь, чтобы я надела что-то подобное?

– Нет, но я хочу, чтобы ты отнеслась к нашей свадьбе с таким же вниманием.

Артур никогда не спрашивал, какой была ее свадьба с Антоном, хотя ему всегда хотелось это знать. Сейчас этот вопрос вновь обжигал ему язык, но он не решался произнести свои мысли вслух, опасаясь, что ее это расстроит.

Между тем, Рита внимательно поглядела на него, а потом ее губы вновь тронула легкая улыбка.

– Вуали, блестки и расшитые бисером перчатки – все это у меня уже было. Ничего хорошего в такой грузности и помпезности нет, так что на сей раз я этого надевать не стану. Однако если ты действительно так хочешь, чтобы этот день навсегда остался в нашей памяти, равно как в моем и в платяном шкафу, то я, пожалуй, действительно куплю что-нибудь.

Ему показалось, что она говорит об этом так, словно обещает купить пирожных к чаю. С другой стороны, ему удалось хоть что-то узнать о том, каким было ее первое бракосочетание.

– Если тебя беспокоит мое отношение, ты вполне можешь пойти в магазин вместе со мной, – вновь читая его мысли, продолжила она. – На нашей с Антоном свадьбе было пятьдесят гостей, и по меркам моей матери этого было слишком мало. Однако даже с таким количеством приглашенных я успела так утомиться, что когда все церемонии подошли к концу, мне хотелось только одного: остаться в полном одиночестве и проспать хотя бы пару часов. Мы с тобой приглашаем только семейство Юдифи и моего сына, а это уже немалое преимущество. Пообедаем все вместе в этой гостиной, а все, что нужно приготовим вместе с Юдифью на нашей кухне. Будет тепло и весело. Что еще нужно? Мне для полного счастья больше ничего не надо.

– А я вообще хочу только чтобы нашу запись внесли в эту книгу, вот и все. Но коль скоро мы не можем оставить все как есть, и вынуждены потратить несколько часов на праздник с родственниками, пусть все будет, как положено.

– Хорошо, пусть будет. Если тебя это так сильно беспокоит, купи мне ткань для платья, как ты сделал это в прошлый раз. Мне понравилось то, что ты берешь на себя некоторые решения.

Такой компромисс вполне подходил ему, и оставался лишь последний вопрос:

– Предпочитаешь темный или светлый?

*

Артуру было очень интересно, как Рита собирается использовать изумрудный бархат, который он купил ей для платья. Она ничего ему не говорила, но назначенный день стремительно приближался, и любопытство разгоралось все сильнее. С другой стороны, он расщедрился для самого себя на покупку нового фрака, шелковой рубашки с манишкой и даже подобрал подходящий галстук. Ему еще не приходилось покупать так много одежды за один раз, и стоя в магазине перед зеркалом, он чувствовал себя не вполне уверенно, словно зашел на запретную территорию.

Когда условленный день наступил, он проснулся слишком рано. Лежа в своей большой постели, в полной тишине, Артур думал о том, чем занята его будущая жена. Он понимал, что должен хорошо отдохнуть, но слишком сильно боялся опоздать или вовсе проспать назначенное время. Промучившись около получаса, он поднялся с постели, оделся, собрал свой свадебный костюм, уложил его в картонную коробку и вышел из квартиры.

Ему с трудом удалось выбить выходной у Гектора, поскольку по воскресеньям в дверях городской администрации делать было нечего, а значит, было необходимо найти время в будний день. К обеду они должны были уладить все формальности, вернуться домой, встретить гостей и провести с ними несколько часов. Лишь вечером должно было наступить их время. Они заранее договорились, что он купит билеты в кино (тот самый кинотеатр «Невероятные картинки», о котором говорил Юлий), и после сеанса приедут в его квартиру. Это будет третья ночь, что они проведут вместе в его доме.

Да, они договорились, что он заберет ее из дома в десять часов. Но ведь ничего не случится, если он приедет немного раньше? Артур вынул из кармана часы. Стрелки показывали без десяти шесть, и на улице было слишком темно. Никакого транспорта на дорогах не оказалось, так что пришлось идти до конца улицы, туда, где останавливались такси.

К дому Риты он приехал в седьмом часу, но в окнах гостиной уже горел свет. Значит, она также не спала.

– Ты немного раньше, чем я думала, – удивилась она. – Робби еще спит.

На ней была надета ночная рубашка, поверх которой она набросила теплую шаль. Ее волосы были собраны в косу – очевидно, когда его не было рядом, она не распускала их по плечам.

– Счастливый Робби, – вздохнул он. – Я вот, совсем спать не могу.

– И я все никак не усну.

– Чем же ты занимаешься здесь? Неужели работаешь?

Она покачала головой, опускаясь рядом с ним на диван.

– Нет, сегодня я не думаю о работе. Подумать только, Артур. Сколько новобрачных прошло через наши руки? Ты делал их фотографии, а я выводила их имена на пригласительных открытках. И вот, настал день, когда мы сами должны заключить брак.

– А у нас нет ни фотографа, ни пригласительных, – тихо рассмеялся он, пытаясь отыскать ленту, которой были стянуты сплетенные пряди ее тяжелых волос.

– Не распускай, – наблюдая за тем, как он перебирает пальцами, предупредила она.

– Почему? Ты все равно будешь делать другую прическу.

– Я должна набрать воды и помыть волосы, а потом…

Он хотел бы послушаться ее, но руки сами расплели косу, и Артур прижался лицом к ее волосам.

– Зачем тебе их мыть? Они приятно пахнут.

Рита рассмеялась:

– Завивать можно только чистые волосы, а вчера вечером я просто не успела сделать все сама. Юдифь пришла после работы, и мы до самого вечера возились на кухне. У нас почти все готово, осталось совсем немного. Я предупредила Робби, чтобы он впустил ее, если мы не успеем до этого времени – сегодня она хочет прийти немного раньше.

– У тебя будет время для того чтобы высушить волосы? – спросил он, осторожно целуя самые кончики темных прядей.

– Конечно. Двух часов достаточно, тем более, я надену шляпку.

Артур снова взглянул на часы, на сей раз на те, что висели над камином. Половина седьмого.

– Раньше за твоими волосами ухаживала Марта? – спросил он, ощущая необычный прилив энергии и интереса.