Находка на Калландер-сквер - Перри Энн - Страница 33

Улыбка Питта стала шире.

— Это как раз подтверждает мои слова.

— Напротив. — Леди решила быть твердой. — Это нуждается в пояснении.

Он милостиво сдался, снова побеспокоив ее просьбой:

— Думаю, вы правы. Тем не менее чем скорее я закончу свое расследование, тем быстрее дело будет раскрыто или положено на полку как неразрешимое.

— Я принимаю ваши аргументы. Что вы хотите узнать от меня?

Инспектор собрался ответить, но тут дверь открылась и вошел Брэнди. Питт никогда не видел его до этого, и Огаста увидела, что на его лице мгновенно появилось заинтересованное выражение.

— Мой сын Брэндон Балантайн, — коротко представила она.

Брэнди, судя по выражению лица, был так же, как и Питт, заинтересован встречей.

— Вы ведь не подозреваете маму? — игриво спросил он. — Или вы расспрашиваете ее о сплетнях?

— Думаете, это хорошая идея?

— Блестящая! Мама притворяется, что она выше этого, но, по правде говоря, она знает все.

— Брэндон, сейчас не время для легкомыслия, — упрекнула леди Балантайн. — Погибли двое малюток, и кто-то в этом виноват.

Брэнди тотчас перестал шутить и бросил на Питта извиняющийся взгляд.

— Сплетни очень полезны. — Питт выждал минутную паузу и затем пояснил: — Вы удивитесь, узнав, как часто раскрытие преступления зависит от какой-нибудь незначительной детали, которая известна всем в округе с самого начала, но люди просто не упомянули об этом, поскольку каждый думал, что раз об этом знают все, то и полиция должна знать.

Брэнди расслабился и сделал маленькое замечание в ответ. Но прежде чем Питт смог возобновить прерванный разговор, в комнату вошла Кристина.

Огаста была раздражена. Она знала, что дочь зашла сюда сугубо из любопытства, опасаясь, что происходит нечто такое, о чем она не знает. Пока Кристина лежала в постели, ей казалось, будто общество движется куда-то без нее, а она никому не нужна. Сейчас дочь была очень тщательно одета и причесана. Ее глаза сияли, и даже на щеках появился румянец, Кристина выглядела так, словно ожидала поклонника. Она очаровывающе улыбнулась Питту.

— Доброе утро, инспектор… Питт? — Девушка колебалась, не будучи уверена в том, что правильно запомнила его имя. Она прошла чуть вперед, будто собираясь предложить ему руку, но потом вспомнила, что он полицейский, стоящий на одной ступени с торговцами и ремесленниками. Она опустила руку. Это выглядело несколько высокомерно, а если бы она не улыбалась при этом, так и вовсе грубо.

— Доброе утро, мисс Балантайн. — Питт слегка поклонился. — Я рад видеть, что вы поправились. Вы выглядите воплощением здоровья.

— Спасибо.

— Может, вы тоже сумеете помочь мне? Среди ваших знакомых мужчин есть такие, у кого не очень хорошая репутация? Я полагаю, вы хорошо знаете, кому можете доверять, а кому нет. Молодые женщины часто обсуждают подобные вопросы, чтобы предупредить друг друга. — Он резко повернулся к Брэнди. — Или вы, мистер Балантайн. Есть ли у вас друзья, которые встречаются с девушками, не подходящими для женитьбы?

— Боже праведный, дюжины, я думаю! — От неожиданности Брэнди заговорил с полной откровенностью. — Но обычно у каждого хватает разума не делать этого на виду у всех.

Питт был вынужден засмеяться.

— Понятно, — согласился он. — А как насчет слуг? Тот ваш лакей выглядит довольно развратным парнем. — Он повернулся, и его внимательный взгляд остановился на Кристине.

Огаста почувствовала, как кровь отхлынула от лица, в то же время лицо Кристины залила густая краска. Удар пришел из ниоткуда, и она не подготовилась к защите. Леди открыла было рот, чтобы вмешаться, но поймала предупреждающий взгляд Питта и прикусила язык. Заговорив, она раскрыла бы сама себя. Само желание говорить об этом в тот момент, когда она должна быть беспристрастной, выдаст ее с головой.

— Он обычный лакей, — холодно сказала Кристина, но в ее голосе ощущалась небольшая дрожь, как будто что-то застряло в горле. — Я никогда не интересовалась его личной жизнью. Возможно, вы не понимаете, поскольку у вас не было собственных слуг. Люди нашего положения не обсуждают такие вещи со слугами. Они здесь, чтобы работать, вести хозяйство. Это все, о чем мы с ними говорим, да и то чаще через дворецкого, для этого он и существует. Вам лучше всего поговорить с самими слугами. Эти девушки знают немного больше о его жизни, как вы думаете?

— Без сомнения. — Питта ничуть не задело ее высокомерие. Его лицо оставалось бесстрастным, его манера говорить по-прежнему была мягкой. — Но, может быть, они не в его вкусе.

— Меня совершенно не волнует, какой у него вкус, — резко ответила Кристина. — Этот вопрос меня не интересует.

Питт хмыкнул, обдумывая только что услышанное. Он все еще смотрел на молодую леди, а она старалась избегать его взгляда.

— Сколько времени он служит на Калландер-сквер? — спросил инспектор.

— Около шести лет, — ответил Брэнди с абсолютно невинным видом.

Огаста подумывала, не отослать ли его. Найти какую-нибудь причину и выдворить сына из комнаты. Но, увидев бдительное выражение лица инспектора, она поняла, что этого делать не надо. Это лишь подтвердит подозрения, которые он, может быть, уже имеет.

— Хороший слуга? — спросил Питт.

— Великолепный, — опять ответил Брэнди. — Я не люблю этого парня, но мне не в чем его обвинить. Поверьте, если бы я мог, давно вышвырнул бы его отсюда.

— Вы не можете уволить его без причины? — Питт изобразил невежество.

— Полагаю, что так. — Брэнди отвечал все еще небрежно, не задумываясь. — Он ведь меня не беспокоит и, кажется, всех устраивает.

— Нет жалоб от женского персонала?

— Нет, ни разу не слышал.

— Горничные не возражают? Или он ищет развлечений где-то еще?

— Мистер Питт! — наконец-то выступила вперед Огаста. — Я не позволяю словоблудия в моем доме, желаете вы того или нет! Чем бы мои слуги себя ни развлекали, уверяю вас, они делают это где-то на стороне.

Но Питт наблюдал за Кристиной. Боже милосердный! Наверняка он не мог этого знать… Такое просто невозможно. Или возможно?..

— Если вы думаете, инспектор, что Макс виновен, — Огаста говорила, собрав в кулак всю свою волю, при этом не глядя на дочь, — я бы посоветовала вам поискать женщину за пределами этого дома. Возможно, следует возобновить расспросы в других домах района.

— Проще допросить Макса, — предложил Брэнди. — Бедная девушка вряд ли захочет в чем-то признаваться. Во всяком случае, сейчас. Надавите немного на Макса, заставьте его покорчиться, пусть назовет имя любовницы…

У Огасты перехватило дыхание, а вот Кристина взорвалась.

— Нет! — выпалила она. — Это было бы глупо и нечестно! У вас нет причин полагать, что это дело связано с Максом. Я не хочу, чтобы вы расстраивали наших слуг. Мама, скажи, пожалуйста!

— Действительно, это выглядит незаконным. — Огаста очень тщательно подбирала слова. — У вас есть какие-нибудь основания для подозрений, инспектор? Если нет, я вынуждена отказать вам в разрешении тревожить мой штат. Возвращайтесь с доказательствами, и тогда, конечно, я окажу вам всяческое содействие.

Кристина облегченно вздохнула.

Дверь открылась, и вошел генерал. От удивления он остановился.

— Доброе утро, сэр, — вежливо поздоровался Питт.

— Что вы здесь делаете снова? Нашли что-нибудь?

— Он ищет мужчину, — ответил ему Брэнди. — Думает, что это может быть Макс, и хочет поговорить с ним.

— Хорошая мысль, — решительно сказал генерал. — Давайте все выясним, в конце концов. — Он подался вперед и, до того как Огаста смогла остановить его, дернул за шнурок колокольчика.

Тут же появился Макс. Он, должно быть, находился в холле.

Питт встретился с ним взглядом, оглядел его смуглое чувственное лицо и безукоризненную одежду.

— Да, сэр? — чуть склонил голову Макс.

— Романтические увлечения? Женщины? — Балантайн говорил резко, словно отдавая приказы кавалеристам.

Огаста поморщилась.

Лицо Макса почти не изменилось.