Мир не для слабых женщин (Танец со смертью, или Вернуться и Простить) - Белозерская Алена - Страница 53

– Калинина, – Сима похлопала Машу по руке, – ты о чем задумалась? О Берте?

– С чего ты взяла?

– У тебя вид такой… – Сима пощелкала пальцами и усмехнулась, найдя подходящее слово, – блаженный!

– Скажешь тоже, – покраснела Маша.

– Повезло этому фрицу. Такую девицу заполучил!

Маша рассмеялась и закрыла лицо руками.

– Как же я скучала без тебя и твоего колючего языка!

– Да и мне без тебя невесело было, – вздохнула Сима. – Значит, здесь останешься? Окончательно решила?

– Да, – кивнула Маша.

– Вот черт! Была у меня одна подруга, и та от меня избавилась!

Маша взглянула на часы и нахмурилась.

– Немец задерживается? – спросила Сима.

– Задерживается. И Максим тоже. Они сегодня сопровождали Пиа в клинику, где находится Кристина. Может, заехали к Эдуарду…

– Слушай, как представлю, во что превратилась жизнь Кристины, умереть хочется. – Сима нервно переплела пальцы. – Хорошо, что она ничего не понимает, хотя бы не страдает.

– Зато родители мучаются, глядя на нее.

– Вы часто видитесь?

– Берт – часто. Он же работает с Эдуардом. А я – нет. Только когда они с Пиа приглашают нас на обед.

– Наверное, вам неловко смотреть друг другу в глаза, – заметила Сима.

– Отчего? Я же не виновата в том, что случилось с их дочерью.

– Знаешь, Калинина, я до сих пор удивляюсь, почему Тамм отпустил своего сына? Я бы его точно убила!

– Уверена, что ты не смогла бы.

– Где он сейчас?

Маша пожала плечами:

– Когда Славу выписали из больницы, он уехал. Берт говорит, что они с отцом больше не встречались, словно Тамм навсегда вычеркнул его из своей жизни. Но, знаешь, в том, что случилось, Эдуард виноват не меньше сына. Детей нужно просто любить, не пытаясь их изменить, и не раздражаться, когда они не соответствуют твоим ожиданиям. Нельзя ранить их чувства, пытаясь найти им замену. Тамм был наказан за то, что пренебрегал своим ребенком, – Маша помолчала. – Это страшно, Арифулина, когда люди совершают ошибки, не заслуживающие прощения, обрекая себя на вечную душевную пустоту.

– А ты, я смотрю, еще сильнее ударилась в философию, – неожиданно рассмеялась Сима, и Маша улыбнулась – уж очень заразительным был смех подруги.

– Жизнь – хороший учитель, как и опасность. Они заставляют пересмотреть многие вещи, отделить зерна от плевел. Они меняют мир. И – в моем случае – в лучшую сторону!

– Согласна! – Сима повернула руку ладонью вверх, и Маша звонко по ней хлопнула. – А вот и твои мужчины! – воскликнула она, вытягивая шею.

Маша обернулась, увидела Максима и Берта, направлявшихся к кафе и оживленно беседовавших. Максим вдруг остановился, откинул голову, рассмеялся, хлопнул Берта по плечу. Берт тоже выглядел веселым, расслабившимся.

– Макс завтра уезжает в Милан, – сказала Маша с легкой грустью.

– Разве он не работает с Таммом?

– Не работает. Сказал, что во главе компании должен стоять только один человек, и Берт прекрасно с этим справляется. А еще добавил, что он привык к свободе и, наконец, нашел то, чем хотел бы заниматься.

– Фотография, – не удивилась Сима. – Я видела его работы, и, признаюсь, даже меня, человека, далекого от искусства, они очень впечатлили.

– Не хочу расставаться с ним. Уже сейчас скучаю, зная, что завтра он оставит меня.

– Несколько месяцев тому назад ты, как сумасшедшая, носилась по Европе в поисках брата. Тебя никто не мог остановить. Неужели сейчас, когда нет никаких преград, ты не сможешь навещать его, когда пожелаешь? Что тебя удержит?

– Ничего! – вдруг пылко воскликнула Маша и поднялась. – Абсолютно ничего!

Она побежала к мужчинам, которые, заметив ее приближение, остановились и перебросились быстрыми фразами. Сима была уверена, что они поспорили, кого Маша поцелует первым. Она сделала ставку на фрица, но ошиблась. Маша прижалась к Максиму, а уже затем повернулась к Берту.

– Что? Проиграл? – ехидно спросила Сима, когда они вчетвером устроились за столиком.

– Наоборот, – улыбнулся Берт и поцеловал Симу в щеку. – Выиграл!