Мир не для слабых женщин (Танец со смертью, или Вернуться и Простить) - Белозерская Алена - Страница 41

Взяв телефон, Берт долго думал, кому позвонить – Зеллеру или самому Тамму? Сделав выбор, он набрал номер.

– Рихард, доброе утро, – сказал он и, не дав ему возможности ответить на приветствие, продолжил: – Высылай людей в Милан. Я тоже вылетаю, первым рейсом.

– Нашли? – быстро спросил Зеллер. – Когда предупредить господина Тамма?

– Прямо сейчас. Но, кроме него, больше никому не говори.

– Все еще думаешь о сообщнике?

– Да, поэтому не разглашай, куда ты отправляешь ребят, и им тоже ничего не объясняй. Я сам все им скажу, когда мы встретимся в аэропорту.

Глава 15

Маша уснула, едва лишь автобус отъехал от Балтийского вокзала, и открыла глаза перед самым Ивангородом, границей с Эстонией. Сонными глазами она посмотрела на крепости – весьма внушительного вида, возвышавшиеся на обоих берегах реки Нарвы. Перед русским пограничным постом тянулась очередь из легковых автомобилей, и Маша с тоской подумала, что они надолго здесь застрянут. Однако им повезло: автобус пропустили по специальному терминалу, без очереди. На пограничном пункте в салон заглянул толстый усатый таможенник и в приказном тоне сообщил, что он ждет всех на улице с вещами. Пассажиров отвели в какое-то не очень уютное помещение, где они выстояли длительную очередь только для того, чтобы получить одну печать в паспорте. Один из пограничников посмотрел на ручную кладь Маши и вяло поинтересовался:

– Это все ваши вещи?

– Все, – кротко ответила она, прижав к груди чемодан.

Пограничник самодовольно ухмыльнулся и повернулся к следующему пассажиру. Маша с облегчением вздохнула, вновь усевшись на свое место в автобусе, и пообещала себе, что отныне она будет путешествовать только самолетами. Усмехнувшись этому желанию, которое могло никогда не осуществиться, она прикрыла глаза. Эстонский пропускной пункт они прошли быстро. В автобус вошла молодая девушка, собрала у всех паспорта и уже через несколько минут вернула их, с печатями, сопровождая свои действия словами «спасибо» и «пожалуйста». Всю дорогу до Таллина Маша дремала, просыпалась иногда, когда автобус останавливался, и вновь проваливалась в беспокойный сон. На вокзал автобус прибыл вовремя, около часа дня по местному времени. Маша задержалась у ряда небольших магазинчиков и купила минеральную воду. Потом она побежала к стоянке, увидев украшенные рекламами автомобили, похожие на такси. Обрадовавшись тому, что она не ошиблась, Маша постучала в ветровое стекло одной из машин.

– Мне нужно в аэропорт, – сказала она по-английски. – Отвезете?

– Несомненно, – ответил водитель, говоря с характерным выговором, и подмигнул Маше.

– Вы русский, – улыбнулась она, обратившись к нему на родном языке.

– Только никому об этом не говорите! Значит, в «Леннарт Мери»[12]? В аэропорт, –  пояснил он, и Маша кивнула.

Пассажирский терминал не был здесь таким же комфортабельным, как во Франкфурте, но Маша не заметила этого. Мысли ее были заняты другим: надо не задерживаться в Эстонии надолго и улететь первым же рейсом. Оказалось, что сделать это не так легко, как она предполагала. Девушка в форме, стоявшая за стойкой, объявила, что прямых рейсов до Милана нет.

– Как – нет? – возмутилась Маша.

– Вы согласны сделать пересадку? – Девушка бесстрастно выслушала ее недовольную реплику.

– Согласна.

– Есть рейс на семнадцать часов. Пересадка в Брюсселе.

– Когда самолет будет в Милане?

Девушка посмотрела на экран компьютера.

– В двадцать два тридцать пять, – сказала она, показав в улыбке большие белые зубы.

– Слишком поздно, – с огорчением произнесла Маша.

– Хорошо, – девушка склонила голову, – посмотрим еще. Есть рейс Таллин – Милан, компании «Finnair». Одна пересадка, в Хельсинки. Самолет прибывает в Милан в восемнадцать ноль пять, – проговорила она ровным, хорошо поставленным голосом. – Время пути – четыре часа двадцать минут.

– Устраивает! – обрадовалась Маша.

– Можно посмотреть и другие варианты, – предложила девушка.

– Нет! – вскричала Маша. – Не стоит тратить время на поиски, я сделала выбор.

– Уже идет посадка. Но не беспокойтесь, вы успеете.

Маша улыбнулась ей, такой доброжелательной и мягкой, потом, вспомнив о сдержанности представителей скандинавских народов, опустила голову, чтобы не смущать девушку своим уж слишком игривым поведением. Через пятнадцать минут она позвонила Симе, сообщила ей номер рейса и с сильно бьющимся от волнения сердцем подошла к стойке, за которой стояли стюардессы компании «Finnair».

– Добро пожаловать, – сказала одна из них и протянула руку, попросив подать ей билет и паспорт.

В течение всего полета Маша смотрела в иллюминатор и считала минуты до приземления, но, когда стюардесса объявила, что самолет идет на посадку, она испытала внезапный страх. В груди ее словно разлился огонь, кровь прилила к лицу. Маша наклонилась вперед и уткнулась лбом в колени.

– Все в порядке? – услышала она над собой чей-то голос и подняла голову.

– Да.

– Может, вы хотите воды? – спросила стюардесса, нахмурившись при виде красного лица Маши.

Кто-то, сидевший сзади, наглым тоном потребовал, чтобы и ему принесли что-нибудь выпить, но стюардесса повернулась к нему и величественным голосом произнесла, что в здании аэропорта имеется множество кафе, где подают прекрасный кофе и другие напитки. Менее чем через минуту она вернулась с бутылкой негазированной воды и салфетками и подала все это Маше.

– Вам действительно уже лучше?

– Не беспокойтесь. Спасибо, – Маша отпила несколько глотков воды и вновь взглянула в иллюминатор.

Пройдя таможенный досмотр, она вышла в огромный зал и остановилась. Вокруг нее сновали люди, но двигались они словно в замедленной съемке, как-то карикатурно и нарочито нелепо. Смешно переступали ногами, размахивали руками и, главное, страшно шумели. Маша потрясла головой, картинка перед ее глазами на миг смазалась, но все быстро пришло в норму. Люди задвигались с обычной скоростью, только вот громко разговаривать не перестали.

Маша огляделась по сторонам, ища глазами Максима. Вспомнив, что он похож на нее, она обратила внимание на светловолосых мужчин с темными глазами. Потом достала из кармана снимок Максима, который взяла с собой, – его дала ей учительница из Калининграда, и всмотрелась в его улыбавшееся лицо. Как она могла забыть, что у Максима темные волосы? Она ведь не раз рассматривала снимок и знала каждую черточку его лица. Кто-то мягко дотронулся до ее плеча, Маша повернулась и замерла. Напротив нее стоял черноволосый мужчина в кожаной куртке. Он улыбался.

– Здравствуй, – сказал он, обняв ее за плечи.

Она не могла шевельнуться. Уткнулась лбом в его плечо и тихо спросила:

– Ты – Максим?

– Вот глупая! – рассмеялся мужчина, отодвинулся и посмотрел на Машу. – Да. Я – Максим.

– Здравствуй, – прошептала она, крепко обхватив его за шею.

– Не плачь, солнышко, – Максим подхватил ее за талию и приподнял над землей. – Идем, я оставил на стоянке машину. Мань, – позвал он сестру, которая все еще обнимала его, – ну же, отпусти меня.

– Я помню, – Маша пораженно уставилась на него. – Ты звал меня так в детстве! Я помню! – еще громче повторила она и усилием воли подавила рыдания. – Да, идем.

Максим поднял ее чемодан с ремнем, отряхнул его и повесил на плечо. Обнял Машу за талию и повел ее к выходу. Дорога к дому Максима заняла чуть больше часа. Во время пути они молчали, перебросились лишь парой общих фраз, но Маша радовалась тому, что брат иногда дотрагивался до ее руки или бросал на нее короткие радостные взгляды. Несмотря на хорошее настроение, Маша чувствовала себя такой усталой, что не могла пошевелить языком, пила минеральную воду, которую ей в самолете принесла стюардесса, и рассматривала окрестности.

– Ты давно живешь в Милане? – наконец, спросила она.

– Уже два года.