К востоку от Эдема - Стейнбек Джон Эрнст - Страница 120

Он, даже и не подымая глаз на гостей, почувствовал, что они успокоились. Раз он богат, значит, не ленив. Ленива только беднота. Равно как только беднота невежественна. А в богаче безграмотность — всего лишь каприз или своеобычность.

— Кто у вас занят воспитанием мальчиков? — спросила миссис Бейкон.

— Все воспитание, какое уж там есть, дает им Ли, усмехнулся Адам.

— Ли?

Адама начали уже слегка раздражать расспросы.

— У меня только один человек служит, — сказал коротко.

— Этот самый китаец? — Миссис Бейкон была несколько шокирована.

Адам спокойно улыбнулся ей. Опасливое чувство, вызванное у него этой дамой, уже прошло. Он сказал:

— Ли вырастил их, и обо мне все это время заботился.

— А женской заботы мальчики не знали?

— Нет.

— Бедные птенчики, — сказала миссис Бейкон.

— Они ребята диковатые, но крепкие, — сказал Адам. — Я запустил их точно так же, как землю. А теперь Ли уходит от нас. Не знаю, как мы будем без него.

Мистер Бейкон прокашлялся — прочистил горло для внушительных речей.

— А вы подумали об их образовании? — осведомился он.

— Нет. Об этом я пока особенно не думал.

— Муж мой твердо верит в образование, — сказала миссис Бейкон.

— На образовании зиждется будущность человечества, — сказал мистер Бейкон.

— На каком именно? — спросил Адам.

— Знающему человеку все доступно, — продолжал мистер Бейкон. — Да, факел знания — мой символ веры. И, наклонясь к Адаму, он сказал доверительным тоном; — Коль скоро вы не намерены возделывать вашу землю, то вам бы стоило сдать ее в аренду и поселиться в нашем окружном городе, где хорошие школы.

У Адама чуть не вырвалось: «Какого вы черта лезете не в свои дела?»; но он сдержался и сказал:

— Вы думаете, стоит?

— Думаю, что мог бы подыскать вам хорошего, солидного арендатора, — сказал мистер Бейкон. — Почему бы вам не получать от земли доход таким способом, раз вы сами не хозяйствуете на ней?

Ли шумно внес чай. Из кухни, сквозь дверь он невнятно слышал голоса и по их тону чувствовал, что Адаму уже основательно надоел этот разговор. Ли был уверен, что гостям не понравится чай — во всяком случае, китайский зеленый, который он им заварил. И когда они стали пить и похваливать, он понял, что Бейконов задерживает не чай. Ли попытался поймать взгляд хозяина. Но Адам упорно глядел себе под ноги, на коврик.

— Мой муж уже много лет состоит в школьном совете… — начала миссис Бейкон, но Адам не слышал ее слов.

Он мысленно видел большой глобус, висящий, качающийся на ветке одного из здешних дубов. Затем почему то вспомнился отец — топает на своей деревяшке, стучит по ней тростью, требуя от сыновей внимания. Припомнилось, с каким сурово-солдатским лицом он муштровал их, нагружал тяжелыми ранцами для развития спинных мышц. Под аккомпанемент голоса миссис Бейкон вспомнился, ощутился ранец, груженный камнями. Увиделось лицо Карла в едкой усмешке — злые, свирепые глаза Карла. Да, ярый нрав у брата… И вдруг захотелось повидаться с Карлом. Надо съездить к нему — и мальчиков взять. Он возбужденно хлопнул себя по ноге.

— Виноват? — Мистер Бейкон, говоривший что-то, умолк.

— Прошу прощенья, — сказал Адам. — Вспомнилось одно дело, которое давно бы надо сделать.

Бейконы учтиво, терпеливо ждали объяснений.

«А что? — Подумал Адам. — Я же в инспекторах ходить не собираюсь. В школьных советах не состою. Чего мне сюсюкать с ними?»И объяснил гостям: — Я вспомнил, что уже больше десяти лет не писал брату. — Покоробившись от такой бестактности, гости обменялись многозначительными взглядами.

Ли разливал в чашки новую порцию чая. Щеки его весело надулись, он поспешил выйти в коридор, и Адам слышал, как он хохотнул там. Бейконы не стали комментировать слова Адама. Прокомментируют потом, по дороге, в коляске.

Ли предвидел, что теперь Бейконы уедут. Он тут же пошел запрягать, подвел коляску под крыльцо.

Выйдя на крытое небольшое крыльцо, дети постояли рядком, поглядели, как с раскидистых дубов льет и плещет дождевая влага. Ливень кончился, ушел к дальним раскатам громов, но дождь остался и, видимо, не скоро перестанет.

— А нам сказали, дождя нет, — проговорил Арон.

— Мама не глядя сказала, — мудро разъяснила Абра. — Она всегда не глядя говорит.

— Сколько тебе лет? — спросил Кейл.

— Десять, — ответила Абра.

— Хо! — сказал Кейл. — А нам одиннадцать.

Абра сдвинула шляпу на затылок, так что поля образовали ореол вокруг лица. Абра красива, темные волосы заплетены в косы. Лоб небольшой, округлый, выпуклый, брови ровные. Нос пуговкой, но позже оформится в красиво вздернутый. И уже оформились твердый подбородок и большой яркий рот, прелестный, как цветок. Светло-карие глаза глядят умно, остро и совершенно бесстрашно, глядят прямо в лицо, в глаза то Кейлу, то Арону; и без следа исчезла стеснительность, которую Абра напустила на себя в доме.

— Не верю, что вы близнецы, — сказала Абра. — Вы непохожи друг на друга.

— И все равно мы близнецы, — сказал Кейл.

— И все равно мы близнецы, — эхом отозвался Арон.

— Близнецы бывают непохожие, — настаивал Кейл.

— И даже часто, — сказал Арон. — Ли нам объяснил. Если близнецы из одной клетки, то похожи. А если из двух, то нет.

— Мы из двух клеток, — сказал Кейл.

Абра снисходительно усмехнулась — до чего же темный народ эти фермерские дети.

— Из клеток. Ха! Из клеток, — повторила она — негромко, без издевки, но теория Ли заколебалась, зашаталась. И Абра окончательно обрушила ее вопросом: — Вы что, из зоопарка? Или кролики?

Мальчики сконфуженно переглянулись. Они впервые столкнулись с неумолимой женской логикой, всепобеждающей даже тогда, когда она неверна и, может быть, тут то она и разит наповал. Это было ново для них, огорошивало, пугало.

— Ли — китаец, — объяснил Кейл.

— Ну, так бы сразу и сказал, — великодушно улыбнулась Абра. — Китайцы все живут в клетушках. — Она помолчала для пущей убедительности. И увидела, что возразить им нечего — она победила, взяла верх над мальчиками.

— Пошли в старый дом, поиграем, — предложил Арон. — Крыша протекает, но там хорошо.