Выстрел (ЛП) - Блэр Э. К. - Страница 17

Деклан больше не задает свои вопросы, пока мы заканчиваем с нашей пищей, и по большей части молча сидит, но иногда заводит легкую беседу. Мы обсуждаем поставщиков и болтаем какое-то время с Марко, и после того, как я нанимаю его, мы открываем бутылку вина и проводим много времени, выбирая блюда. Как только все дела сделаны, блюда выбраны, Марко уходит, а я следую за Декланом в фойе, чтобы попросить подогнать мою машину.

— О, нет, — выдыхаю я, когда смотрю в окно. — Как долго мы разговаривали с Марко? — на улице все белым-бело, снег прямо-таки валит и уже собрался в большие сугробы, лишая меня возможности уехать.

— Несколько часов, — отвечает Деклан. — Ты не можешь ехать по такой погоде, Нина.

— Знаю, что не могу, — говорю я, а потом, качая головой, добавляю: — Просто... я обещала Беннетту, что уеду, пока погода совсем не испортилась.

— Мы потеряли счет времени. В этом никто не виноват. Ты можешь остаться здесь.

— У меня с собой нет никаких нужных вещей, — произношу я, и Деклан начинает тихо смеяться. — Что?

— Нина, ты остановишься в одном из самых эксклюзивных отелей города. Я достану все, что тебе потребуется.

— Все?

Он говорит, улыбаясь:

— Пошли, — и ведет меня обратно в свой кабинет. Потом берет телефон, говорит кому-то на другом конце провода, чтобы приготовили пентхаус со всеми удобствами и принесли ключ.

Когда он кладет трубку, я говорю ему:

— Ты не должен был этого делать. Мне не нужен пентхаус.

— Ты будешь рядом со мной. Так ты не сможешь выбраться и баловаться, катаясь на лифтах, — шутит он, как будто я какой-то подросток.

— Рядом с тобой? — спрашиваю я.

— Я занимаю один из пентхаусов.

— Ты живешь здесь?

— Нет, — отвечает он. — У меня есть лофт на Ривер-Норт, но здесь у меня тоже есть комната, на тот случай, если я слишком устал, чтобы ехать домой или застрял в снежной буре.

— Ривер-Норт? Я думала, ты живешь здесь, в деловом районе.

— Слишком вычурно для меня. Без обид.

— Говорит мужчина, который водит вычурную машину, — поддразниваю его, улыбаясь, и внезапно, вся напряженность и разочарование рассеиваются, поскольку мы подшучиваем друг над другом.

— Ну, не могу поспорить насчет машины, но это прекрасно в конце рабочего дня оставить деловой район и уехать в более спокойное местечко.

Он говорит это, а я вспоминаю тот день, когда он приглашал меня на завтрак. Деклан определенно выгладит соответствующе и следует своей фамилии, но мне интересно, как много во всем этом его настоящего. Ривер-Норт в наши дни заполнен богачами, но он прав, этот район не претенциозный.

Через некоторое время один из сотрудников отеля приносит ключ от моего номера, и я следую за Декланом, который покажет мне комнату. На верхнем этаже только два номера, которые доступны только жителям этого этажа, то есть нас с Декланом.

— Вот этот твой, — говорит он, когда ведет меня в левую сторону от лифта.

— Спасибо.

— Я с другой стороны, — говорит он. — Так что если что-то потребуется...

— Со мной все будет в порядке, — заверяю я.

— Поужинаем позже?

— Я объелась едой, приготовленной Марко, — произношу я. — Думаю пораньше лягу спать.

Когда я поворачиваюсь, чтобы открыть дверь, он добавляет:

— Как я и сказал, если что-то потребуется, сообщи мне.

— Спокойно ночи, Деклан, — произношу я, затем захожу в комнату, позволяя двери захлопнуться за мной.

Осматриваюсь, стены — сплошные окна от пола до потолка, демонстрирующие мерцающие огни города, который теперь укрыт снежным покровом. Комната большая, с открытого плана гостиной, столовой и кухней. Всё покрыто гладкой обивкой и роскошной кожей. Я замечаю камин, который расположен в зоне отдыха, которая отделена от остальной части комнаты в секцию, опущенную на пару ступенек вниз. Я направляюсь в спальню, которая оформлена такими же панорамными окнами. Кладу пальто и сумочку на шикарное белое покрывало и иду в ванную комнату. Я смеюсь над тем, как Деклан перегибает палку, когда замечаю все туалетные принадлежности, которые могут пригодиться, а еще пижаму, лежащую в пакете из бутика «Рослин». Вытаскиваю ее и смотрю, от какого она дизайнера. То, на что пошел этот отель, без сомнения, простая любезность для меня. «Лотос» известен эксклюзивностью и анонимностью для его клиентов. Далеко не каждый может просто зайти и снять номер.

После того, как я переодеваюсь в пижаму и делаю чашку горячего чая, я сажусь на пол, скрещивая ноги, а колени прижимаю к холодному окну и наблюдаю, как снег падает на город. Я размышляю, как использовать эту ночь с пользой. Я знаю, что должна найти свой путь к его комнате, и начинаю придумывать причины, чтобы постучать в его дверь.

Время проходит, пока я блуждаю в своих мыслях, и когда смотрю на часы, которые стоят на одном из журнальных столиков, уже 22:23. Ставлю кружку около себя на пол, мой мозг возвращается к Пику, и вина затапливает меня, когда я думаю о том, что он в холодном, ветхом трейлере, в то время как я сижу здесь. Щелчок двери отбрасывает меня от Пика, и когда я оборачиваюсь, вижу Деклана.

— Что ты делаешь на полу в темноте? — спрашивает он, пересекая большую гостиную, направляясь ко мне.

— У тебя такая привычка взламывать гостиничные номера постояльцев своего отеля?

Он говорит с ухмылкой:

— Технически, я не взламывал дверь, — он поднимает вверх ключ-карту, прежде чем кладет ее на кофейный столик, проходя мимо него.

— Ты мог бы постучаться.

Я сижу на полу, он подходит ко мне, и мне приходится наклонить голову назад, чтобы посмотреть на него. Он стоит и смотрит в окно, засунув руки в карманы брюк.

— Люблю снег, — шепчет он, и без раздумий я соглашаюсь:

— Я тоже.

Он смотрит вниз на меня, его лицо находится в тени в темной комнате.

— Ты в порядке? — спрашивает он, почему-то встревожено.

— А что?

— Ну, я зашел проверить как ты тут, а ты сидишь на полу, прижавшись к окну в кромешной темноте. Выглядит печально.

Я возвращаю свое внимание обратно к городу и отвечаю:

— Я люблю смотреть на снегопад.

Он садится рядом со мной, его колено касается моего. Несколько минут я позволяю тишине повиснуть между нами, а затем говорю:

— Спасибо.

— За что?

— За комнату, — отвечаю я ему. — Она прекрасна.

— Это просто номер, Нина, — говорит он, преуменьшая размах своего отеля, и продолжает смотреть на снег.

— Лотос, — произношу я, имея в виду название отеля. — Интересный выбор. Почему лотос?

— Есть что-то в этом красивом, почти безупречном цветке, появляющемся из воды.

— Хмм, — я делаю паузу, прежде чем заявляю: — Самоанализ, — подразумевая, что смысл вызывает отклик во мне самой.

Он наклоняет голову, чтобы взглянуть на меня, его дыхание щекочет мою щеку, и говорит:

— Ты пытаешься анализировать меня?

— Неужели есть какие-то подводные камни, которые мне стоит отыскать?

— У всех есть подводные камни, которые они прячут, — он всматривается в меня. По крайней мере, он хотел, чтобы я поверила в это, но я непроницаема. В любом случае я смягчаюсь, показывая ему, что он фактически имеет на меня влияние. Я моргаю несколько раз и ерзаю, делая вид, что нервничаю, и затем он спрашивает: — Ну, так что? Что думаешь, ты нашла?

Глубоко вдыхаю и на выдохе предполагаю:

— У тебя отвращение к бизнесу, который ты ведешь под своей фамилией.

Он не двигается, и я добавляю:

— Или, возможно, у тебя неприязнь к собственному отцу.

— Интересно. Причем тут он?

Я улыбаюсь и говорю:

— Да ладно. Мы оба встречались с этим мужчиной. Он придурок, ты сам лично как-то говорил это.

Деклан едва слышно смеется и спрашивает:

— Ты не тактична в выборе слов, да?

— Я произвела бы на тебя впечатление, если бы была тактичной?

Он тихо хмыкает, смотрит на меня любопытным взглядом и говорит:

— Что насчет твоего отца?

Он застигает меня врасплох. Уколом в нежное местечко, которое я никогда не могла укрепить.