Рыцари ада - Ставрогин Степан - Страница 32

Батя был информирован о смерти Валико Савадзе, но не поверил невообразимой шумихе вокруг этого убийства, тем не менее он удвоил гвардию телохранителей и теперь был уверен в своей безопасности.

Он напряженно размышлял, что ему лучше предпринять вечером: отправиться в казино покрутить рулетку или принять приглашение режиссера местного эротического театра и заняться групповым сексом. В этот момент он услышал гул над головой и поднял глаза — на лужайку садился вертолет. Батя вскочил и скрылся в доме.

Завыла сирена Вертолет приземлился. Из дома посыпались вооруженные люди, затрещали автоматные очереди. Телохранители залегли в окружающем дачу парке.

Из окна первого этажа виллы Батя увидел, что нападавших начали теснить, последний из них быстро проскользнул в бронированный вертолет. Вертолет взлетел. Диверсия не удалась.

— Вторжением мы, наверняка, обязаны профессору Кивилиани, — объяснил он ситуа цию, выступая перед собравшимися телохра нителями и домочадцами. — Но он дорого за это заплатит. Я не Валико Савадзе, меня не взять голыми руками. Я объявляю за голову профессора награду: миллион баксов.

По понятным соображениям, молодой авторитет снимал дачу, стоявшую на отшибе в малонаселенной местности. Перестрелка не привлекла ничьего внимания. Впрочем, стрельба, как и салют, были нередкими спутниками кутежей в этом фешенебельном районе.

Шестеро нападавших лежали в саду. Гвардия Бати тоже понесла потери в количестве трех телохранителей. Горло одного из них было чудовищно изорвано неизвестным оружием.

Самым ужасным было то, что молодая массажистка, точнее, ее окровавленное тело, плавало в бассейне. Ей кто-то вскрыл сонную артерию

— Заройте убитых тут же в парке, — распорядился Батя. — Я не могу позволить себе отвечать на вопросы любопытной ментуры. И воду в бассейне поменяйте, слышите? Покидать дачу ему совершенно расхотелось. Вечер он провел у телевизора. Он потягивал «мартини» и смотрел какой-то милый старый вестерн с молодым Бертом Ланкастером в главной роли. Батя очень любил этого актера, но сегодня прекрасная игра и трогательная интрига с погонями на экране совершенно не увлекали его.

Любовница Бати, замечательная красавица с тициановскими волосами, откровенно зевала.

— Давай выйдем в парк, у меня затекли ноги, — предложила она, когда закончился фильм.

Молодой человек согласился. Они вышли на освещенную луной веранду. Прошел дождь. Воздух был пряный и свежий. Фильм закончился поздно, было уже за полночь.

Батя увидел огонек сигареты одного из телохранителей, карауливших в парке. Его рука обвила талию умопомрачительной фотомодели. Они спустились по ступенькам в парк.

— Ах, это вы, шеф, — сказал телохрани тель. — А я вас поначалу не признал.

— Не рыпайся, — посоветовал ему Батя. — Я не думаю, что повторное нападение последует так скоро. Забор охраняют собаки, ворота закрыты, ток включен. Единственное, что еще можно было бы добавить, — это зенитное орудие.

— Наверняка вы установите его очень скоро, — неудачно пошутил телохранитель и деланно засмеялся.

Батя прикурил две сигареты — одну для себя, другую для Инны. Молодые люди углубились в парк. Лунный свет заливал серебром деревья и цветы на клумбах. Под ногами шуршал гравий. Батя и Инна дошли до стены, обозначавшей границу его владений.

Навстречу им в сопровождении ротвейлера вышел кинолог. Пес явно беспокоился, топорщил уши и нервно скулил.

— Я просто ума не приложу, что случилось с собаками, — пожаловался кинолог. — Участок, где мы похоронили убитых, не желает охранять ни одна собака, даже мой Роник начинает беситься, когда мы приближаемся к этому месту. Он скулит и жмется к ноге.

— Собаки чуют смерть, — безапелляционно заявил Батя. — Вот твоя сигарета, Инна. Когда ты ее докуришь, мы повернем обратно к дому.

Кинолог с ротвейлером вернулся на свой пост.

Молодые люди остановились недалеко от могилы. Массажистка и мужчина с разорванным горлом были зарыты вместе с остальными. Инна застонала в объятиях своего покровителя и затрепетала. В свои неполные семнадцать лет это была очень страстная девушка и моментально возбуждалась, стоило ее лишь коснуться. Эрогенными на ее теле были, казалось, абсолютно все места — руки, плечи, волосы

Батя повалил ее на холмик земли и задрал ей мини-юбку.

— Не надо…— прохныкала девушка, — не здесь… Не на могиле…

— Разве смерть тебя не возбуждает? — ухмыльнулся Батя.

— Да, да, — залепетала красотка. — Возьми меня прямо здесь…

Из жирной, рыхлой земли показалась бледная рука. За ней появилась женская голова, такая же неестественно бледная В лунном свете на ее шее была отчетливо видна ужасная рана. Рядом с женщиной тоже зашевелилась земля.

Трупы с изуродованными телами восставали из разрытых могил. Батя и Инна, не замечали ничего вокруг себя, они возбужденно и тяжело дышали, в упоении занимаясь своей любовью. Где-то вдали завыла собака.

Медленно и беззвучно мертвецы двигались к Бате и его любовнице. Инна внезапно увидела через плечо своего дружка сведенное судорогой, ужасное лицо мертвеца. Она истошно закричала. Парень молниеносно обернулся.

Перед ними стояло тело массажистки с оскаленными зубами Дрожащие пальцы Бати потянулись к пистолету, но было поздно. Мертвец, обладающий сверхъестественными силами, притянул его к себе.

Бандит дико завопил, и холодные пальцы трупа вцепились в его холеное тело Острые зубы нашли сонную артерию и прокусили ее.

—Аааххх!

Батя бессильно рухнул на землю, труп массажистки навалился на него и стал плотоядно заглатывать теплую кровь

Инна хотела спастись бегством, но ее схватил мужчина с ужасной раной на шее. Девушка начала царапаться, драться, вырвала у вампира большой клок волос, но бесполезно — ее звенящий вопль перешел в предсмертный хрип, когда длинные зубы чудовища вонзились в ее тонкую шею.

К месту происшествия бежали со всех сторон привлеченные криками телохранители, но они опоздали. Вампиры завершили свой кровавый пир и скрылись, оставив на месте трагедии неподвижные тела бывшего «Принца Уральского» и его подружки.

VI

— Вы слышали, Валико Савадзе и Принц Уральский, мои основные соперники, устранены. Сейчас я возглавляю преступный мир России. Но скоро я возглавлю преступный мир США, Италии и, вообще, всего мира. Сначала я стану некоронованным королем бандитов, а потом и всех парламентов.

После этих слов профессора Кивилиани Андрей Берестов грустно взглянул на него. Профессор стоял у двери камеры в белом халате врача, за ним возвышался Зигфрид, всюду следовавший за своим господином.

— Вы сошли с ума, профессор, — произнес Берестов. — Только свихнувшийся человек может использовать в своих целях это несчастное создание, тем более устранить уязвимые места вампира, сделав его совершенно недосягаемым. Однажды этот демон расправится с вами. Вы заключили сделку с самим Сатаной, господин Кивилиани. Но человек в таких сделках всегда проигрывает.

Профессор захохотал.

— Ваш низменный дух не понимает, что великие люди идут непроторенными путями. Зигфрид — мой раб, мое творение, но и в то же время мой друг, мой ученик… О, он умен, очень умен. Он за считанные дни научился тому, на что другим потребовались бы месяцы, если не годы. Он полностью адаптировался в нашем мире. Я снабдил его телом, нечувствительным к огню, дневному свету, кислоте и морской воде. Я обучил его всему необходимому. Я, профессор Кивилиани, превратил демоническую мумию в монстра, равного которому не существует на всей планете.

Зигфрид отодвинул в сторону профессора и подошел к Андрею.

Бывший магистр дьявольских монахов был одет в голубой строгий костюм и модные туфли, на руках его были черные кожаные перчатки, верхнюю половину лица закрывали темные очки. Лицевую маску он теперь предпочитал носить на затылке, натягивая ее лишь в случае выхода на солнце. На вид это был черноволосый курчавый молодой человек лет двадцати пяти с бледной кожей и красивыми васильково-голубыми глазами. Вампир обнажил белоснежные крупные как на подбор зубы. Андрей отпрянул к стене.