Та, которая заблудилась - Икрамова Яна В. - Страница 39

– Уломал, чё! Спрашивай.

Он опять морщится. А что, я должна умолять, что ли? Да не пошли бы вы, товарищ…

– Верно ли, что ты, женщина, прибыла из иного, проклятого мира?

– Не-а.

– Но… – теряется монах.

– Во-первых, не прибыла, а меня притащили. Во-вторых, я бы еще поспорила, чей мир проклятый. В моем мире людей не пытают. Во всяком случае, не священники.

– Заткнись! – Он наконец выходит из себя, и я получаю новую пощечину.

Невольно дернувшись, я резко ударяюсь затылком о спинку стула и вздыхаю от тупой боли в голове. В этот момент мой враг беспредельно счастлив, и это отражается на его лице.

– Значит, ты признаешь, что явилась из другого мира?

– С небольшими уточнениями. Но в целом это так.

– Признаешь ли также, что тебе помогал известный чародей, чернокнижник Архимариус?

– Ну, помогал – громко сказано. Но я тут по его вине, точно!

– Признаешь ли ты, что своей черной магией, принесенной из иного мира, превратила сего почтенного мага в животное?

– Погодите, а разве он не чернокнижник?

– Ну да, – недоуменно отвечает святоша.

– Так как он вдруг стал почтенным магом? Вы уж определитесь!

Магичка снова фыркает, а священник кривится. А у меня опять во рту привкус крови, но я так довольна, что меня это не волнует.

– Отвечай на вопрос, – шипит Серпентарий.

– Какой вопрос? – хлопаю ресницами, изображая невинность.

– Ты превратила его в кота?

– Нет.

– Так кто?

– Сам!

– Врешь, ведьма!

– Кхм, – доносится от окна.

– Он выпил что-то со своего стола. И превратился.

– Что выпил? – Голос у магички сухой, но приятный.

– А я почем знаю? Вам виднее, дамочка.

– Святой отец, почему бы нам не поверить этой девушке? Для начала. – Магичка говорит спокойно, но я слышу скрытую иронию в ее словах. Она понимает, что все мои слова может подвергнуть тщательной проверке. И эта проверка сейчас прямо на моих ногах. Мало кто станет лгать под пытками. Да они оба знают, что я скажу все. Даже то, чего не хочу говорить, или то, чего не знаю. Но пока они забавляются, а я относительно жива. И я была бы рада продлить эти мгновения. Хотя от меня тут мало что зависит.

– Хорошо, – машет рукой святоша. – Значит, он сделал это сам. Зачем?

– Это ваш вопрос? Серьезно? Я его видела от силы пятнадцать минут! Откуда мне знать, зачем он это сделал.

– Ты не знаешь?

– Нет!

– Тогда, может, ты знаешь, что стало с тем предметом, что хранился в его покоях?

– Каким предметом?

– Не знаешь?

– Я не понимаю.

– Архимариус работал над созданием великого артефакта, – спокойно сказала магичка.

– Который исчез после того, как ты появилась в его кабинете, – язвительно добавил Серпентарий.

Я даже удивилась.

– Вы думаете, что я взяла его?

– А ты не брала? – усмехнулась магичка.

– Я не вор.

– Хм, я видела тебя в компании по крайней мере одного вора. Насколько мне известно, его разыскивают во всех городах страны. И награда весьма приличная.

– У всех свои недостатки. Зато он человек хороший, – пожала плечами я.

– Так и будешь утверждать, что не ты украла?

– Я никогда ничего не воровала!

– Хм…

– Хватит фыркать! На кой ляд мне ваши артефакты? Я в них вообще не смыслю! Что за бред! – Я выхожу из себя. Начинаю кричать и пытаюсь выдернуть руки из крепко завязанных веревок. Губы окончательно лопаются и кровь течет по подбородку. Я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. Чувство жуткой несправедливости рвет меня изнутри, я начинаю кричать бессвязные слова. Ругаюсь. Все это больше походит на нервный срыв. Меня больше всего злит, что я незаслуженно обвинена в воровстве. Магичка весело смеется и смех ее совершенно не злой. Кажется, это забавляет ее. Серпентарий краснеет еще больше. Он наклоняется ко мне, и я вижу каждую пору на его лице.

– Просто верни, что взяла, и я отпущу тебя, – шипит он. Его глаза явно дают понять, что эти слова – ложь.

И я начинаю смеяться. Теперь мы смеемся вместе с магичкой, но я слышу, что мой смех истерический. Я пытаюсь прекратить, но уже не могу остановиться.

Серпентарий машет рукой палачу, и мой мир перестает существовать.

Глава 39

Ощущение было такое, словно я плыву вверх. Я поднимаюсь со дна глубокого водоема, но вода вокруг густая, словно кисель. И я медленно поднимаюсь вверх, туда, где можно наконец вдохнуть чистого воздуха. Но я плыву слишком медленно, а легкие уже разрываются, горят, точно в адском огне. Еще рывок, еще чуть-чуть – и ледяной водопад обрушивается на голову.

Я глубоко вдохнула и пришла в себя. Вода стекала по лицу и волосам. Человек с ведром неопределенно крякнул и исчез из поля моего зрения. Я хотела вытереть лицо, но обнаружила, что у меня нет рук. Вернее, я их не ощущаю. Часто моргая, я пыталась рассмотреть, что происходит вокруг меня. Сперва я увидела только блестящую пряжку на чьем-то поясе, но мгновением позже женщина присела рядом на корточки, и я вспомнила ее. Она смотрела заинтересованно.

– Не думала, что ты такая слабенькая.

Я даже не думала отвечать. Все, что я могла делать, это ловить разрозненные мысли в пустоте черепной коробки. Перед глазами все плыло то ли от воды, все еще текущей в глаза, то ли от головокружения.

– Ты еще не поняла, – вкрадчиво сообщила женщина. И пока я старалась найти смысл в ее словах, она добавила – Вниз. Смотри вниз.

Я даже не успела ничего понять. Просто расслабила уставшую шею, прикрыла глаза и посмотрела. Из-под разодранного подола платья виделось что-то красное и белое и темное. И однозначно жуткое. И когда я поняла, что вижу, до меня докатилась боль. Рот открывался и закрывался, но оттуда не вырывалось ни единого звука. А может, я просто не слышала себя. Ведь вокруг меня повисла звенящая тишина. Такая тягучая и пугающая. Кажется, я плакала, но в этом я не уверена. Я была не уверена даже в том, что я существую. И в этот миг я снова увидела ее лицо. Она держала меня за подбородок двумя пальцами. Рот ее открывался и, по всей видимости, она мне что-то кричала. Моя тишина не пропускала ни звука. Кажется, она это поняла. Я видела, что она бьет меня по лицу, и понимала, что я дергаюсь от ее пощечин, но контролировать это было выше моих сил. Тогда она плюнула мне в лицо. Ее слюна потекла по моему носу, и я осознала, что чувствую это. И я была благодарна. В мой мир вернулись звуки.

– …жалкая! Ладно, это уже надо убрать.

Я ощущала ее ладони, прижимающиеся к тому жуткому фаршу, который недавно был моими ногами. Она не делала больно. Мне даже показалось, что стало легче.

– Смотри!

Но второй раз я не поддалась, и ей пришлось опять хватать меня за подбородок. Теперь я чувствовала ее пальцы, больно впивающиеся в мою кожу. Она тянула голову вниз, а я отчаянно сопротивлялась. Ее ладонь была в моей крови, и пальцы соскальзывали. Кто-то сзади резко схватил меня за волосы и толкнул в затылок. Пришлось опустить глаза.

Они были там. Амбал поливал их водой, смывая остатки крови. На них не было ни царапины.

– Уверяю, даже мозолей не осталось, – усмехнулась она.

И я вспомнила. Магичка, которая лечит. Так мы познакомились. Это ее работа. Мои ноги в полном порядке, вот только зачем ей это?

– Что ж, начнем сначала, – прохрипели рядом, и все встало на свои места. Разумеется. Это нужно не ей, а ему. Пока я без сознания, я бесполезна. Безупречный план: сперва меня пытают, а потом благородно спасают. И все. Я благодарна и все рассказываю. Удивительно, что после случившегося я еще способна соображать. Пару минут назад проку от меня было не больше, чем от фруктового желе. Дамочка перестаралась со своей магией. – Где то, что ты украла?