Под куполом - Кинг Стивен - Страница 19

Джендрон кивнул.

— Сделаю, если дозвонюсь. Удачи тебе, солдат.

Барби целиков обошёлся бы и без такого обращения, но вместо этого дотронулся пальцами до своего лба. И тогда тронулся дальше искать то, чего найти уже не надеялся.

7

Он нашёл лесную дорогу, которая шла приблизительно вдоль барьера. Забытая, заросшая просека, и всетаки двигаться по ней было легче, чем продираться сквозь сплошные заросли. Время от времени он поворачивал на запад, проверяя, на месте ли стена, которая отделила Честер Милл от внешнего мира. И каждый раз она была на месте.

Добравшись туда, где шоссе 119 прощалось с Честером, переходя на территорию братского Таркера, он остановился. Какой-то добрый самаритянин по ту сторону барьера уже отвёз водителя перекинутого фургона, но сам автомобиль так и остался лежать, блокируя дорогу, словно большое мёртвое животное. Задние двери от удара распахнулись настежь. Асфальт был усеян сладостями: «Хо-Хо», «Дэвил Догзами», «Ринг Дингами», «Твинки» и арахисовыми крекерами. Юноша в майке с портретом Джорджа Стрэйта[63] сидел на пеньке и ел эти самые крекеры. В одной руке он держал мобильный телефон. Он посмотрел на Барби.

— Эй, ты пришёл с… — Он показал рукой куда-то за спину Барби. Выглядел он уставшим, безрадостным, встревоженным.

— С другого конца города, — подтвердил Барби. — Ага.

— Невидимая стена тянется всюду? Граница запечатана?

— Да.

Юноша кивнул и нажал кнопку на своём телефоне.

— Дасти? Ты там? — немного послушав, он произнёс. — О'кей. — И выключил телефон. — Мы с моим другом Дасти начали восточнее отсюда. Разделились. Он пошёл в южном направлении. Поддерживаем телефонную связь. Ищем проход. Он сейчас там, где упал вертолёт. Говорит, там уже полно народа.

Барби и не сомневался.

— Нигде нет щели с твоей стороны?

Юноша покачал головой. Больше не сказал ничего, да и зачем. Они могли и не найти щель, дыры размером с двери или окна возможны, подумал Барби, но всё больше в этом сомневался.

Теперь решил, что город изолирован полностью.

Мы все поддерживаем нашу команду

1

Преодолев расстояние где-то мили с три, Барби вернулся по 119-му шоссе назад к центру города. Добрался дотуда около шести вечера. Мэйн-стрит зияла пустотой, оживляемой только гудением генераторов, которых работало там несколько десятков, судя по звукам. Светофор на перекрёстке шоссе 119 и 117 не работал, но ресторан «Роза-Шиповник» сиял светом, и был заполнен до отказа. Через большую фасадную витрину Барби не увидел ни единого свободного столика. Однако, зайдя вовнутрь, не услышал обычной громкой болтовни: о политике, «Рэд Сокс», местной экономике, «Патриотах», свежеприобретенных легковушках и пикапах, о «Сэлтикс» и ценах на горючее, о «Брунз» и новоприобретённых инструментах и оборудовании, об «Уайлдкетс» городов-близнецов[64]. И, конечно же, никакого смеха там тоже не было слышно.

Все взгляды были прикованы к телевизору над стойкой. С тем чувством недоверия и дезориентации, которое присуще людям, которые лично побывали на месте большой катастрофы, Барби увидел на экране телеведущего Си-Эн-Эн Андерсона Купера[65], тот стоял на шоссе 119, а позади него все ещё тлела махина разбитого лесовоза.

Клиентов за столами обслуживала сама Рози, то и дело, бросаясь к стойке за готовыми заказами. Из-под сеточки на голове выбились и телепались вокруг лица её взлохмаченные волосы. Вид она имела утомлённый, обессиленный. Территорию возле стойки с четырёх дня и до закрытия должна была бы занимать Энджи Маккейн, но никаких признаков её присутствия Барби не заметил. Возможно, она находилась вне границ города, когда закрылся барьер. Если причина в этом, за стойку она вернётся ещё не скоро.

Роль повара выполнял Энсон Вилер (Рози по обыкновению называла его просто «мальчик», хотя этому мальчику было где-то около двадцати пяти), и Барби боялся даже представить себе, что сварганит Энс, если ему придётся готовить что-то сложнее, чем фасоль с сосисками, традиционное субботнее блюдо в «Розе-Шиповнике». Горе тому парню или девушке, которым вздумается заказать что-то потруднее яичницы в исполнении Энсона. И уже хорошо, что хотя бы он сейчас здесь есть, потому что, в дополнение к отсутствию Энджи, в заведении также не наблюдалось и Доди Сендерс. Хотя этому чуду, чтобы прогулять работу, не нужна катастрофа. Нет, она не была бездельницей, просто легко соблазнялась. А если вспомнить умственные способности… туды её мать, что здесь можно сказать? Её отец — первый городской выборный Энди Сендерс — никогда не смог бы претендовать на членство в Менса[66], но рядом со своей дочерью он выглядел истинным Альбертом Эйнштейном.

В телевизоре позади Андерсона Купера садились вертолёты, раздувая элегантно уложенные белокурые волосы диктора, едва не заглушая его голос. Вертолёты были похожими на «мостильщиков»[67]. Барби на таких откатал своё в Ираке. И вот в кадр вошёл армейский офицер, накрыл ладонью в перчатке микрофон телевизионщика и что-то произнёс ему на ухо.

Люди в «Розе-Шиповнике» загомонили. Барби понял их тревогу. Он сам её ощутил. Когда человек в форме без всякого «с вашего разрешения» закрывает микрофон знаменитому телерепортёру, уже ясно, что это конец света.

Вояка — полковник, но не его полковник, если бы Барби увидел там Кокса, чувство ментальной дезориентации у него стало бы абсолютным — договорил своё. Отпуская микрофон, его перчатка издала звук «хрруп». С тем же каменным лицом он вышел из кадра. Барби узнал выражение лица типичного армейского дуболома.

Купер продолжил репортаж.

— Прессе приказано отодвинуться на полмили назад, к месту, которое называется Придорожный магазин Рэймонда.

Услышав такое, клиенты вновь загомонили. Здесь все знали магазин Рэймонда в Моттоне, где в витрине висела надпись: ХОЛОДНОЕ ПИВО ГОРЯЧИЕ СЭНДВИЧИ СВЕЖАЯ НАЖИВКА.

— Эту территорию, на расстоянии немного менее сотни ярдов от того, что мы называем барьером — пока нет лучшего термина, — объявлено зоной, находящейся под контролем сил национальной безопасности. Мы продолжим наш репортаж сразу, как только сможем, а сейчас я передаю слово Вашингтону, Вульф.

Под картинкой с места событий шла надпись по красной полосе: ЧРЕЗВЫЧАЙНЫЕ НОВОСТИ. ЗАБЛОКИРОВАННЫЙ ГОРОД В МЭНЕ. ТАЙНА РАЗРАСТАЕТСЯ. А в правом верхнем углу экрана мигало красное слово-предупреждение для родителей маловозрастных телезрителей: ЖЕСТОКОСТЬ, словно неоновый знак на какой-то таверне. «Глотните жестокого пива», — подумал Барби и чуть не рассмеялся.

В кадре вместо Андерсона Купера появился Вульф Блицер[68]. Рози была фанаткой Блицера и никому не позволяла переключать телевизор на что-то другое, когда в будничном предвечерье начиналось «Ситуативное пространство», она называла его «мой Вульфи». В этот вечер на Вульфи был галстук, но завязанный небрежно, и Барби подумал, что остальная часть его одежды выглядит подозрительно похожей на ту, которую одевают люди, когда работают у себя в огороде.

— Напоминаю о ходе событий, — начал Розин Вулфи. — Сегодня после полудня, приблизительно в первом часу…

— Это случилось совсем не в первом часу, а на довольно значительный кусок времени раньше, — произнёс кто-то.

— А это правда, о Майре Эванс? — спросил ещё кто-то. — Она на самом деле умерла?

— Да, — подтвердил Ферналд Бови. Старшим братом Ферна был Стюарт Бови, единственный гробовщик в Милле. И Ферн ему изредка помогал, когда бывал трезв, вот и сегодня он выглядел трезвым. Волнующе трезвым. — А сейчас все взяли и замолчали, я хочу послушать.